потом я очнулась. Но не до конца. Я не понимала, где нахожусь. Снова и снова переживала старые воспоминания. Зоя, поверь, это ужасно. Я больше не хочу приключений и не хочу быть самостоятельной. Я хочу, чтобы обо мне заботились. Матеус будет обо мне заботится, он обещал, когда мы подписывали брачный договор!
– А что если… он не захочет... исполнять договор?
– Почему ты так думаешь?! – возмутилась Катрина и прищурила глаза. – Он обязательно его исполнит. Он настоящий, благородный вирил. Его слово – закон. Если он его нарушит, его ждет бесчестье. Родители от него отрекутся, лишат наследства! А теперь, когда я столько пережила, он просто обязан относиться ко мне мягче. Он будет беречь меня, дышать на меня!..
Я сглотнула. Да, Матеус благороден. Катрина никогда не вернет ему свое слово. Значит, Матеус исполнит обещание и женится на ней.
После того, что случилось в подвале Бармалана, мы с ним почти не разговаривали. Матеус как будто избегал меня. Я подозревала, что дело не только в Катрине. Матеуса жег стыд. Он не смог защитить меня. Бармалан справился с ним одной левой.
Глупый вирил с непомерным самолюбием! Я радовалась тому, что он остался жив, и ни капли не сомневалась в его храбрости и силе.
Есть случаи, когда даже самый храбрый проигрывает. Разве я могу разлюбить его из-за того, что он переоценил свои силы?
– Катрина, послушай. – начала я нерешительно. – Тебе пришлось нелегко. Ты многое пережила. Допустила несколько ошибок. я понимаю. Сама часто принимала плохие решения. Но стоит ли делать еще одну ошибку? Ты провела несколько недель в плену книги. И хочешь в новый плен? Стать зависимой от мужа?
– Это другое, – глубокомысленно заметила Катрина.
– Ты сейчас сбита с толку и расстроена. Знаю, брак в Эленвейле сложно расторгнуть. Чаще всего, он заключается на всю жизнь, особенно у вирилов. Если ты будешь несчастна, это непросто исправить. Может, стоит подождать? Неужели ты больше не хочешь попробовать себя в чем-то новом? Сделать что-то самой? Встретить человека, который будет тебя полностью устраивать? Почему бы, например, не съездить на Земле? Женщины у нас живут по-другому.
Катрина задумалась. На ее лице мелькнуло сомнение. Но потом она твердо покачала головой.
– Родители мне не позволят, после всего, что я натворила.
– Ты готова противостоять будущему мужу, но не готова противостоять родителям? Матеус тебя поддержит, я уверена. Он останется твоим другом, даже если вы не поженитесь.
– Ты иномирянка и ничего не понимаешь. Легко тебе говорить! – отрезала Катрина. Она поставила чашку на стол и поднялась. – Пойду собираться. Скоро выезжаем. Спасибо тебе за все.
Я проводила ее обескураженным взглядом.
Наступило время прощания.
Катрина покинула лавку первой и стояла у экипажа, изнывая от нетерпения. Я не вышла ее проводить. Мне нужно было поговорить с Матеусом.
Я ждала его в торговом зале и гадала: захочет он увидеться со мной наедине или нет?
И дождалась. Матеус вошел в комнату, замер в дверях, а потом подошел ко мне и взял за обе руки.
– Зоя, прости меня, – начал он неожиданно.
– За что?!
– За все. Из-за меня ты подверглась большой опасности. Я вел себя безрассудно и неразумно, – отчеканил он. На его щеке подрагивала жилка, он твердо смотрел мне в глаза, и его взгляд передавал куда больше, чем слова.
– Ты вел себя очень храбро, Матеус. У тебя еще будет много возможностей действовать разумно и решительно, – я ласково улыбнулась ему.
Матеус не улыбнулся в ответ.
– Да. Скоро мне придется принять одно очень важное решение, – сказал он. – Оно вряд ли будет разумным, но оно будет правильным.
– Что ты задумал, Матвей? – встревожилась я.
И тут, он, наконец, улыбнулся, услышав, как я назвала его на земной лад. Однако на мой вопрос не ответил.
– Ты точно не хочешь в Нианору? Два месяца до возвращения ты можешь прожить в столичном комфорте, среди своих.
– Нет. Останусь в Лиллидоре. Тут столько дел! Не могу бросить лавку. Ирма одна не справится, – объяснила я неубедительно. – Все мои друзья здесь. В столице я никого не знаю.
– Значит, я смогу найти тебя в Лиллидоре?
– Ну да, – мое сердце дрогнуло. – Ты хочешь меня проведать?
– Я вернусь, Зоя.
– Тебе будет не до этого. Свадьба и все такое.
Матеус нахмурился и легонько сжал мои руки.
– До свидания, Матеус, – попрощалась я тихо. – Ты был важной главой в моей истории. Без тебя она бы вышла совсем другой, и конец у нее был бы невеселый. Ты помог мне измениться. Жаль, мы не встретились раньше.
Он хотел что-то сказать, но стиснул зубы и вздохнул. Наклонился ко мне – я замерла, ожидая поцелуя. Но поцелуй не случился. Матеус лишь пристально вгляделся в мое лицо, как будто желая запомнить его надолго. А потом отпустил мои руки, поклонился и ушел, даже не задержавшись в дверях.
Свистнул кнут, застучали копыта, загрохотали колеса по брусчатке.
Бублик жалобно тявкнул.
– Ну вот и началась новая глава в нашей истории, – сказала я вслух. – Каждый сделал выбор и пошел своим путем. Но мы и одни справимся, Бублик, верно?
Бублик тявкнул еще раз и побежал на кухню. Новую главу в своей собачьей жизни он хотел начать, хорошенько подкрепившись.
Осень окончательно пришла в Лиллидору лишь через три недели. И эта была уютная, тихая осень, полная неимоверно ярких красок.
Когда похолодало, я оценила прелесть камина. Вечерами поднимался ветер, и старый дом начинал скрипеть, как парусник, а падающие листья уютно шелестели о стекло окон, словно волны.
Понемногу стали забываться все ужасы. Я была не одинока, и дел было невпроворот.
Днем в лавке толпился народ. Каждый день
