class="p1">— Я испугалась, что вы не вернетесь. Вас так долго не было.
Дим не ответил, взял один из огневиков, висящих на стене.
— Везде полно законников, — произнесла она, — на улице, здесь. Я даже не стала открывать дверь, когда стучали.
— Скорее это был прислужник с едой, — все же ответил ей Димостэнис. Огляделся в поисках подноса с посудой, — вы сегодня хоть что-нибудь ели?
Агния покачала головой. Мужчина тяжело вздохнул.
— Я принесу вам ужин.
— Подождите, — окликнула его девушка. — Я не голодна. Могу я попросить вас об одолжении?
Дим нахмурился.
— Вот, — она протянула ему браслет, — я хочу, чтобы он был у вас.
— Почему?
— Так будет надежнее.
— Вы же говорите, что не боитесь Стефана.
— До него далеко. Есть много других людей, которых я боюсь.
Агния бросила на него умоляющий взгляд.
Дим протянул руку, взял украшение, положил его в карман плаща. Девушка вновь укуталась в одеяло и легла. Он пошел в купальню. Закрыл дверь, разжег огневик, достал браслет, еще раз осмотрел печать Зелоса на нем. Тяжело вздохнул и вновь положил в карман.
Плащ был весь в грязи, как штаны и обувь. Относительно чистой оставалась лишь куртка. В такую погоду защитить себя можно было лишь с использованием силовых барьеров либо подчинением стихии, если тебе это подвластно. Дим не мог пользоваться своей силой, поэтому приходилось защищаться от непогоды как обычный человек.
Он стянул с себя грязную одежду, положил в предназначенный для этого короб, нагрел воду в ванной почти до горячей, чтобы согреться и с наслаждением погрузился в ее приветливое тепло.
Глава 32
Димостэнис спустился вниз по лестнице, зашел в обеденную залу, глазами нашел нужного ему человека.
— Приветствую, — Клит был собран и деловит.
Дим кивнул в ответ.
— Сегодня утром на одной из хлебопекарен недалеко от столицы был пожар, — тихо произнес помощник. — Было много жертв, пострадавших везут в столицу в обители. Обоз остановится около постоялого двора. Некоторых, менее нуждающихся в помощи высадят здесь, и другими повозками они будут доставлены к местным врачевателям.
Димостэнис слушал, не перебивая.
— В этой телеге останутся только те, кто пострадал сильнее всего. С сильными ожогами по всему телу и лицу, которые будут перемотаны тряпками. Вряд ли кто на границе попросит их размотать, чтобы проверить.
Клит снял крышку с глиняного кувшина, стоящего на столе. Оттуда пошел пар и соблазнительные запахи.
— Желаете? Я уже второй заказал, чтобы горячий был к вашему приходу, — он показал на свою кружку, которая была наполовину пуста.
— Что за пожар? — тихо спросил Дим.
Клит в это время наливавший напиток во вторую кружку, осуждающе поднял на него глаза.
— Не думаете же, что я его устроил? — он обескураживающе развел руками. — Я бы просто не успел.
Дим взял кружку, положил на нее ладони, согреваясь. В зале было довольно холодно.
— Там уже давно намечалось что-то подобное. Люди были недовольны устоявшимися правилами. Вот и подняли мятеж. Власти были готовы, успели вовремя остановить. Пострадавших не так много. Изначально у меня был другой план, а тут, в общем, нам повезло.
Дим подумал, как отреагировали бы обожженные люди, которые сейчас трясутся в этом обозе на подобное замечание. Клит всегда был довольно циничен, даже по меркам бывшего руководителя службы. То ли издержки ремесла, то ли последствия тяжелого детства и молодых аров жизни.
— Что ваш путник?
— Это женщина. Она будет готова, как только ты скажешь.
Дим вдохнул терпкий аромат имбиря и корицы, сделал обжигающий глоток. Имбирь забивал вкус, но тепло, которое приятно разлилось по телу, убрало этот недостаток, и он сделал еще несколько глотков.
Все же странно, что он ничего не слышал о пожаре. Единственная хлебопекарная фабрика, которую он знал в этом районе, была совсем близко, в небольшом поселении, находящимся меньше чем в сэте езды от приграничного городка, в котором они остановились. И все же он ничего не слышал. Ни разговоров других постояльцев на эту тему, ни рассказа трактирщика, который вряд ли упустил возможность посплетничать.
У Клита на воротнике куртки была пришита эмблема: серебряное око с длинными острыми как мечи ресницами. Помощник заметил его взгляд.
— Его величество оставил наш знак. И официально назвал службу — Оком императора.
Дим попытался глубоко вздохнуть, чтобы убрать некую скованность, охватившую грудь. Тело было будто ватное, а кончики пальцев, которые обычно покалывало от соприкосновения со стихиями, онемели и были ледяными. Он прислушался к себе. Такие далекие, но не забытые ощущения.
Яд, проникший в его кровь вместе с согревающим напитком, был знаком его организму. От его смертоносного воздействия Пантерри едва смог спасти его и сейчас он снова владел им, отнимал силы, мутил сознание.
Димостэнис поднял глаза. Клит внимательно следил за ним.
— Только нет руководителя, — медленно проговорил бывший помощник.
— Он пообещал тебе это место? — тихо спросил Дим, чтобы растянуть силы.
— Если я найду вас, и устраню проблему.
— Почему ты не сделал это раньше? У тебя были благоприятные моменты, — он пытался понять, что можно сделать.
— Его величество сказал, что возможно вы будете искать женщину, которая ему нужна. А тут вы появились и, на самом деле, кого-то искали. И я подумал, что, если чуть подожду, выиграю вдвойне.
Дим пытаясь делать это незаметно, схватился за край стула, на котором сидел. Грудь, где был хьярт, скрутило болью. Все же через желудок яд действовал куда медленнее, чем, когда попадал сразу в кровь. Тем более его хьярт уже несколько дней был опустошен, и только это еще давало ему сил держаться.
— Документы, которые ты мне сделал. Ты следил за мной?
Клит был настороже, следя за каждым его движением. Он кивнул.
— Я хотел, чтобы вы спокойно передвигались по стране, а я всегда бы знал, где вы. Все же вы исчезли, и я уже начал волноваться. А потом этот случай в Джарде. Снова увидеть вас — было чистым везением. Олафури, видимо, получивший от императора то же задание, что и я, решил, что сэя Аллара та самая, кого ищет его величество. Он чуть не спутал мне все карты.
— Это ты его убил? — догадался Дим.
Бывший помощник скупо улыбнулся.
— Вы очень помогли мне. Если бы не путы, которыми вы его связали, я вряд ли когда смог сделать это.
— Император знает, что это не я.
— Скажу вам больше, — вдруг самодовольно хмыкнул Клит, — он знает, что это я. И заверил, что, если вслед за сэеем Олафури я и вас отправлю к Вратам Зелоса, он не будет на меня злиться.
Волна
