меня скверные отношения с дядей и двоюродным братом, но я никогда не рассматривал полнейшее отречение от своего рода. Да и как это скажется на моей маме? Сменив фамильные цвета, я более не буду иметь веса в собственной семье, – прямо высказался Элион.
– Сомневаюсь, что Кассия решит ограничить твою свободу в общении с родственниками. Камилла переехала в наш загородный дом, мы уже охраняем её. Если она не против, то мы также примем её в наш Дом, тем самым лишим Тобиаса и Иолая рычагов давления на тебя, – заверил Майрон. – Но если Камилла не захочет менять Дом и цвета, мы всё равно оставим её под нашей защитой.
Кассия решит…
Я даже ни на что не согласилась.
Мне хотелось возразить на каждую фразу, но чем дольше я молчала, тем тяжелее становилось раскрыть рот и высказаться. Хотелось уйти.
– Я готов к браку, если он защитит Кассию. Знаю, на что способен мой дядя, и если своим согласием я сумею помочь, то буду рад, – со всей серьёзностью заявил Элион.
Я спрятала лицо в ладонях, чтобы он не видел, как мне не удалось сдержать гримасу раздражения. Опять они хотят меня от чего-то спасти.
Дело не в Элионе. Не люби я Кая, то серьёзно задумалась бы над полученным вариантом. Эль очаровательный и заботливый. За короткий срок я полюбила его как друга и, может, однажды полюбила бы как мужчину, но теперь это невозможно.
Дело во мне. Я жадная и не желаю лишаться всего, что смогла обрести. Звания наследницы и архонта граничат с жертвами в пользу того, что будет лучше для моего Дома. Но я так не могу. Такая жизнь не для меня.
Я потёрла лицо и отняла руки, чтобы они не решили, что плачу.
– Нет, – спокойно ответила я и встала из-за стола, так и не притронувшись к десерту. – Спасибо, дедушка, за твои старания. Спасибо, Элион, за поддержку. И спасибо всем остальным за честное мнение, – без каких-либо эмоций перечислила я. – Но нет.
Я не позволила начать спор, а направилась к выходу, страстно желая побыть одной.
– Дайте ей время на размышления, и она даст вам точный ответ в ближайшие дни, – раздался за спиной голос Кая и звук отодвигаемого стула.
Я с такой силой схватилась за дверную ручку, что пальцы побелели. Каю ответил Иво, за ним Веста и Элион, но, выйдя в коридор, слов я уже не расслышала. Они задержали его, пытаясь разобраться в ситуации, потому что вслед за мной никто не вышел.
К приходу Кая в мою спальню я успела выпить два стакана имеющегося яблочного сидра. Не такой крепкий, как вино, но всё же притупил пульсирующее раздражение.
Я с ногами сидела на диване, потягивая остатки напитка. Кай опустился на противоположный край. Он оценивающе рассмотрел количество сидра в моём стакане, а я назло сделала большой глоток. Может, зная, что алкоголь – это триггер для моего приступа гнева, он будет аккуратнее выбирать выражения.
Кай забрал у меня сидр, отставил на стол и сам придвинулся ближе. Я прищурила глаза, безмолвно предупреждая. Надеюсь, он осознаёт, что мои колени в опасной близости от его лица.
– Ты примешь это предложение, Кассия.
Сперва я задохнулась от возмущения, а потом громко фыркнула и встала, поражённая его наглостью. Ожидала извинений, оправданий или чего-то в таком духе, но кого я обманываю. Кай редко что-то объясняет.
– Это не обсуждается, – бросила я, направляясь в свою спальню.
Сделала всего пару шагов, но Кай преградил дорогу. Его сдержанность была напускной, резкие движения и незнакомый напор заставили попятиться, Кай прижал меня к спинке дивана, не позволяя уйти.
– Ты не понимаешь, Кассия. Ты наследница и будущий архонт. На тебе лежит ответственность. Иолай и Тобиас – лишь начало, впереди другие конфликты. Количество твоих врагов будет то расти, то уменьшаться, но они будут всегда! – торопливо зашептал он мне в губы, удерживая лицо за подбородок.
Близость встревожила. Тело отозвалось, и я с трудом подавила желание податься вперёд и поцеловать его. Сперва поцеловать, а затем пнуть хорошенько. Кай тоже умолк, кажется, подумав о том же самом, его взгляд замер на моих губах. Он пару раз моргнул и продолжил, вновь посмотрев мне в глаза:
– Тебе нужна защита.
– Ты сын Гипноса! Кто способен дать лучшую защиту, чем ты?! – в отчаянии сорвалась я, не понимая, как он может так легко от меня отказаться.
Кай даже не попытался возразить, наоборот, первым поддержал идею. Это не укладывалось в голове.
– Я хоть и сын Гипноса, Кассия, но я один, – снисходительно пробормотал он с печальной улыбкой. Я тихо выдохнула, когда он провёл большим пальцем по моей нижней губе, будто не мог сдержаться. – У наших отношений никогда не было будущего. Сперва потому, что я думал, что ты человек, но теперь ты наследница. Из-за этого шансов у нас не стало вовсе.
Я уцепилась руками за спинку дивана, пытаясь остановить подступающие злые слёзы. Мне стало труднее сохранять невозмутимость, глядя, как выдержка самого Кая идёт трещинами, открывая отчаяние с примесью гнева. Его глаза лихорадочно заблестели, а брови болезненно изогнулись.
– Почти все мои попытки тебя защитить оборачивались провалом. Я выяснил, кто едва тебя не отравил. Знаешь кто? Это была Дафна, Кассия. А знаешь почему? Из-за меня, из-за того, что при всех предпочёл тебя ей, – торопливо напомнил Кай, отвечая на каждый свой вопрос раньше, чем я успевала его осознать. – Ты не понимаешь, что это такое – молча смотреть, пока тебя избивают. Я один, моя любовь и желание уберечь тебя не спасут! Даже стараясь изо всех сил, я не смогу защитить тебя от всего. Я не Гипнос, Кассия, и не вечен! Обязательно настанет время, когда меня не будет рядом в нужный момент! Ты вправе обманываться, что этого не произойдёт, но я не хочу себе лгать, – признания лились сквозь зубы, и я с трудом понимала, злится он на обстоятельства или на себя и собственные эмоции. – Лучшее, что я могу, – это дать тебе свободу, чтобы ты смогла выбрать путь, где кто-то другой обеспечит тебе необходимую защиту! Элион может, так как за ним стоит целый Дом! Тобиас – твой враг, но враг, которому ты нужна живой, станет мощным союзником. Это двадцать первый век, Кас. Сила измеряется не только мечами попрочнее и пушками побольше, но и влиянием, властью, альянсами.
– Я сама могу себя защитить, – дрожащим голосом заверила я.
Его горькая улыбка сбила дыхание, Кай ласково погладил мою щёку.
Он в меня не верил.
– Ты можешь меня защитить, –
