class="p1">Младший лейтенант удивлённо посмотрел на неё, потом на пульт. Вздохнул, сжал зубы, что даже скулы покраснели и снова попробовал.
На этот раз при управлении он слегка наклонил голову вправо, одновременно двигая рычажок. Беспилотник, к удивлению всех присутствующих, не дёрнулся как обычно, заревев двигателями, а плавно развернулся и действительно полетел в нужном направлении.
— Получилось! — заорал Кудрявцев. Да так громко, что я аж вздрогнул за дверью. — Анна, ты гений!
— Так братик же тебе почти то же самое говорил, — улыбнулась она. — Только он сказал, что бы ты представлял, что туда идёшь, а не летишь.
— Да, это я помню. Спасибо тебе товарищ учитель, — он кивнул удивлённому мальчишке и добавил: — Мне представлять, что именно лечу — легче. — Потом посмотрел на пульт, вновь сжал зубы и переводя взгляд на планшет прошептал: — Давайте-ка ещё раз попробуем.
И в этот раз у него вновь получилось. А потом ещё и ещё…
Кудрявцев несколько минут летал по комнате, нарезая круги и восьмёрки при этом, даже не собираясь разжимать челюсть и кажется скрежеща при этом зубами.
Ваня подсказывал, когда надо подняться, когда притормозить и, к удивлению всех присутствующих, Кудрявцев почти не делал ошибок. Да от получения указания, до принятия решения и нажимание на кнопки и стики пульта управления, как правило, проходило одна-две, а иногда и три секунды, но всё же, это уже было кое-что. Теперь стало понятно, что мой напарник не безнадёжен и, если будет тренироваться, сумеет постичь азы нового вида вооружения.
Наконец Сергей посадил дрон и довольно улыбнувшись, протянул пульт девушке:
— Всё, я устал. У меня прям коленки дрожат. Теперь твоя очередь.
Анна кротко кивнула и надела очки.
Беспилотник взлетел сразу, ровно, но, когда она попыталась повернуть, он почему-то пошёл вниз.
— Ой, я кажется, не туда нажала? — растерянно спросила она.
— Ты вот эту — левую палочку вниз толкнула, — заметил Ваня, показывая пальцем. — А надо было в правую сторону.
Девушка поправилась, но дрон снова начал рыскать.
— Не могу сосредоточиться, — пожаловалась она. — Сейчас ещё разочек попробую.
— И не забудь наклонять голову куда хочешь лететь, — напомнил главный малолетний инструктор.
Она чуть наклонила голову вправо — и дрон послушно повернул. Наклонила влево — разворот.
Девушка засмеялась:
— Сергею советовала, а сама забыла.
Мы все тоже улыбнулись.
Анна летала минут пять, набираясь уверенности. Дрон послушно выполнял все её команды: описывал круги, поднимался под потолок и опускался почти до пола.
Я стоял за дверью и невольно радовался. Наблюдать за этой сценой было одно удовольствие. И я в который уже раз подумал, что правильно сделал, не став непосредственно вмешиваться в процесс обучения. У людей этого времени свои представления о технике, свои ассоциации. То, что я объяснял бы сложными терминами и логическими схемами, они постигают через простые, понятные образы: «как птица», «головой наклоняйся». Я бы, если честно, до такой условно — «примитивной» методике обучения, вряд ли додумался. Но ведь это работает! Маленький мальчишка, сам того не осознавая, нашёл ключик к восприятию вверенных ему учеников. В отличие от меня, который, наверное, только запутал бы их своими рассказами об акселерометрах, гироскопах и PID-регуляторах.
И то, что у них начало получаться, было очень хорошо. Беспилотников у нас теперь было много — целый склад. А вот пилотов явно не хватало. Но теперь я стал питать немалые надежды, что вскоре эта ситуация исправится. Сергей и Анна — люди молодые, способные и с неплохой реакцией. Если они освоят управление, хотя бы на базовом уровне, мы сможем задействовать в операциях уже не один-два дрона, а сразу большее число, причём одновременно. А это совершенно другой масштаб.
Тихонько, чтобы не мешать, прошёл на склад готовой продукции, взял коробку с шаром ретранслятором, небольшой баллон с гелием и направился в коридор, ведущий к выходу из бункера.
Расположившись там за столом, на котором стояли демонстрационные мониторы, начал распаковку. Внутри, лежала туго свёрнутая оболочка шара, блок управления с антеннами и панель солнечных батарей в сложенном виде. Инструкция была приклеена к внутренней стороне крышки. Я внимательно прочитал её ещё раз, чтобы при сборке ничего не перепутать. И приступил.
Процесс оказался не слишком сложным.
Блок управления представлял собой небольшую коробку с антеннами и разъёмами. Снизу к нему крепилась гибкая панель солнечных, которая облегала часть шара. Я включил питание — загорелся зелёный светодиод. Прикрепил и подсоединил к блоку «жучок», который позволял отслеживать местоположение шара и ретранслировать сигнал. Загорелся ещё один индикатор. Система работала.
Далее нужно было разложить оболочку на ровной поверхности и я расстелил её на бетонном полу коридора. Тонкая, почти невесомая плёнка с металлизированным напылением смотрелась тут инородно. Затем подсоединить шланг от баллона к клапану и начать подачу газа. Заполнять в коридоре его полностью я не собирался, потому что потом он бы не вошёл в дверной проём. Это было необходимо, чтобы на улице меньше времени потратить на закачку. Когда шар начал немного принимать форму перекрыл вентиль, закрутил клапан и примотал его верёвкой к ножке стола, чтобы тот не улетал. Теперь предстояло прикрепить с помощью специальных карабинов к оболочке блок управления с солнечными панелями.
Когда уже почти заканчивал, услышал, как открылась дверь из жилой части. Обернулся и увидел Сергея. Тот был раскрасневшийся, но явно довольный проведённым уроком.
— Ну что, позанимались? — спросил я, откладывая инструменты.
— Ещё как! — воодушевлённо начал он, подходя ближе. — Скажу тебе честно, Коля, из тебя учитель — так себе. Я понимаю, ты пытаешься объяснить правильно, по науке, но иногда это слишком… ну, заумно, что ль. Ты начинаешь рассказывать про какие-то оси, про крен и тангаж, а у нас с Анюткой в голове каша. А вот Ванька — прирождённый педагог! Он всё просто объясняет: «Стик вправо» — значит и голову наклони вправо. И сразу понятно. Как война закончится, после школы надо будет его на учителя отдать учиться. Думаю, все его ученики враз всё понимать будут после его объяснений.
— Очень рад. Главное, что результат есть. А Аня как?
Ответить напарник не успел, потому что дверь снова открылась, и вышла девушка. Она тоже выглядела довольной.
— У меня тоже всё стало получаться ещё лучше, — сообщила ученица. — Я уже почти не путаю, эти стики… И в очках голова совсем не кружится.
— Вот как? Ну и отлично! — обрадовался я. — Значит, план такой: сегодня и завтра вы тренируетесь на том самом детском дроне, здесь: в помещениях, в коридорах, в гараже. Так сказать, набиваете руку и привыкаете к управлению.
