– Конечно, иди, да хранит тебя Афина.
Не успел Гектор отойти и на десять шагов, как к Кассандре подскочила Лаодика, давно уже ревниво наблюдавшая за разговором Гектора и сестры. Последнее время отношения с братом у нее не складывались, и она терпеливо ждала, когда тот пойдет по своим делам. Ветреная кокетка никак не могла понять, почему Гектор плохо относится к Парису, и очень на него за это обижалась. С Кассандрой же она пока дружила, хотя отношения становились все более сложными. Уж слишком много беспокойства причиняла ей сестра своими «пророчествами». После того как новоявленная предсказательница молила отца убить Париса, Лаодика несколько дней не разговаривала с рыжей вещуньей, но потом простила ее и снова начала рассказывать о своих любовных переживаниях и городских сплетнях.
Подбежав к занятой печальными мыслями Кассандре, она с ходу затараторила, вертя головой во все стороны, чтобы не упустить ничего, что в это время происходило на площади. Впрочем, народ уже расходился, и скоро агора опустела, если не считать нескольких заморских купцов, обсуждавших событие на незнакомом ей языке.
– Ты видела, какую красавицу привез Парис? У меня даже дух захватило! Конечно, она не такая красивая как я, но тоже очень хороша. Не знаю прямо, что делать. Ужасно хочется выцарапать ей глаза, но, с другой стороны, если мы с ней подружимся, то я смогу чаще видеть Париса. Как жаль, что он живет в городе, а не во дворце, правда? Ну что ты молчишь, скажи что-нибудь! И пеплос у нее просто роскошный. Какая вышивка! С ума сойти можно! Надо будет узнать, она сама ткала ткань, или ее откуда-нибудь привезли. Пойдем домой! Мне с тобой надо еще о многом посоветоваться. Ну что ты такая кислая? Неужели тоже из-за Париса? Признавайся! Учти, я ужасно ревнивая!
От такого потока слов у Кассандры пошла кругом голова. Оторвавшись от невеселых мыслей, она недоуменно посмотрела на сестру.
– Если тебе нравится Парис, и ты хочешь подружиться с его женой, то что ты делаешь здесь? Я бы на твоем месте поспешила за всеми. Елена здесь чужая, и ей будет отрадно, что с ней кто-то хочет подружиться, тем более что я не уверена в ее хорошем приеме со стороны других членов семьи. Не может порядочная женщина бросить мужа и дочь, чтобы кинуться в объятия чужого мужчины. Говорят, что из-за нее уже пали Афины, когда ее еще девочкой умыкнули из родного дома Тесей с Пирифоем. В отместку Кастор и Поллукс разгромили город, вернули домой сестру и за компанию прихватили в качестве рабыни мать Тесея. Так что у нее богатое прошлое и, судя по всему, не менее интересное будущее.
– Не может быть, сам Тесей? Но ведь он для нее староват. С другой стороны, сказания о его подвигах известны везде. А слава золотит многие неприглядные стороны человеческого характера… Ну ладно, раз ты считаешь, что мне лучше последовать за Парисом и Еленой, то я побежала.
«А как же муж? Что скажет Геликаон, если ты будешь так откровенно преследовать чужого мужчину?», – хотела спросить Кассандра, но потом сдержалась. Что ж поделать, если Лаодика – это Парис в пеплосе. Остается только надеяться, что ей не придет в голову сбежать с каким-нибудь заезжим купцом. Вот будет смеху-то! А что с ней делать?
Глава 3 АХЕЙЦЫ
Весь город ликовал, радуясь появлению прекраснейшей из женщин. Только наиболее прозорливые троянцы понимали, что беда уже стоит у них на пороге. Но месяц шел за месяцем, и даже самые большие пессимисты уверовали, что умыкание Елены останется безнаказанным, пока однажды на рассвете в гавань не вошли ахейские корабли.
Приам настолько был уверен в непобедимости Трои, что даже не удосужился мобилизовать свой флот, большая часть которого либо ушла в торговые экспедиции, либо охраняла море от разбойников. Как они пропустили армаду ахейских кораблей – остается только гадать. Может, во всем виноват туман, стоявший над морем, или боги застили глаза троянским мореходам, но факт остается фактом: ни один илионский корабль не вышел навстречу неприятелю. На полном ходу ахейцы беспрепятственно подошли к берегу, засыпая стоявшие в гавани троянские и союзнические корабли горшками с греческим огнем. Это было так стремительно и невероятно, что никто ничего не понял, пока гавань не превратилась в море огня.
Хоть и с запозданием, но часовые на крепостных башнях подняли тревогу, пробуждая горожан ото сна, и спустя несколько минут в городе началось светопреставление: одни в панике метались по дому, другие никак не могли понять, что творится вокруг, третьи бросились за оружием и доспехами.
Когда же первая паника улеглась, все высыпали из домов и бросились к Скейским воротам. Бежали, визжа от восторга мальчишки, для которых война казалась игрой, спешили женщины и старики, мешая своим же воинам быстро добраться до ворот. Те, как могли, протискивались вперед, надевая на ходу броню, а рядом с ними, раздвигая толпу плечом, торопились их подросшие сыновья, неся отцовское оружие, пока мужчины застегивали шлемы.
Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы среди ахейцев не произошла заминка. Данайскому войску было предсказано, что первый, кто ступит на троянскую землю, погибнет, а поскольку сердца ахейцев грела не любовь к родине, а жажда мести (немного) и корысть (в основном), то никто не хотел даже за талант золота умирать на чужбине. В Аид же его с собой не заберешь!
Троянцы уже успели выбежать из ворот и приблизиться к вражеским кораблям, а высадка десанта еще не началась. Дело принимало критический для ахейцев оборот.
Ситуацию, как часто бывало, спас Одиссей. Хитрый итакец бросил на землю щит и на глазах всего войска спрыгнул с корабля. Его доверчивые соратники решили, что пророчество нашло свою жертву. И тогда юный предводитель фессалийцев Протесилай, в погоне за славой, взмахнув обнаженным мечом, перепрыгнул через борт корабля и… погиб от удара копьем, брошенного могучей рукой Гектора. Слишком поздно сын Ификла заметил, что Одиссей стоит на своем щите, а не на запретной земле. Рассвирепевшие фессалийцы кинулись на троянцев, горя желанием отомстить за смерть предводителя. С остальных кораблей тоже посыпались воины, выхватывая на ходу оружие.
Под их ударами троянцы стали медленно отступать в город, пока не скрылись окончательно за Скейскими воротами, а ликующие ахейцы быстро вытащили корабли на берег и начали обустраивать лагерь, устанавливая палатки, и размечая площадь для собраний.
Возбужденная Лаодика нашла Кассандру в Аполлоновой роще, куда ее сестра теперь часто захаживала в сопровождении служанок, ожидавших на почтительном расстоянии, пока госпожа насладиться тишиной и пением птиц. Может быть, она надеялась снова увидеть своего божественного поклонника, или царивший там покой вносил гармонию в измученную душу, но, как бы то ни было, после таких прогулок царевна возвращалась умиротворенная, с легкой улыбкой на губах.
Вот и сегодня Кассандра пришла сюда на рассвете, чтобы встретить восход солнца. Видения не преследовали ее этой ночью, и девушка сидела на траве, глядя, как легкий ветерок колышет ветви мирта.
