посмотрел на мое новшество, но промолчал.
— Госпожа, ваши вещи перенесли. Если вам и герцогу Биреку что-либо понадобится, можете позвонить в колокольчик, он на столе возле кровати. Днем и ночью на этаже будут дежурить две служанки, так что не переживайте, в любое время вас услышат.
Я внимательно посмотрела на пожилого мужчину. Он так грамотно организовал переезд, распорядился насчет служанок, не похоже, что он на стороне кузена. Скорее всего он раньше очень уважал и ценил старшего герцога.
— Благодарю, сэр. Подскажите, а мой муж ужинал? В какое время ему приносят еду, и что он ест?
Управляющий вскинул бровь и удивленно на меня посмотрел.
— Его сиятельство не трапезничает. С тех пор, как приключилась беда, он питается магическим зельем. По паре капель в сутки.
— Хмм. — все, что смогла на это ответить. Каким бы больным человек не был, но правильная полезная еда жизненно необходима.
— Пожалуйста, попросите повара оставить на кухне курицу, лук и соль. Я скоро спущусь, чтобы приготовить мужу еду.
Мужчина странно на меня посмотрел и кивнул. И мне на мгновение показалось, что в его глазах вспыхнуло одобрение и уважение.
Закрыв за всеми дверь, я подошла к лежащему на постели мужу.
— Добрый вечер, Ксавьер. Извини, что раскомандовалась в твоем доме, но поверь, так будет лучше. Итак! — я начала загибать пальцы на руке. — С сегодняшнего дня ты начнешь питаться обычной пищей. Не переживай, я сама буду ее готовить и пробовать перед тем, как отнести тебе. Не знаю, удалось поймать твоих врагов или нет, кто тебя отравил, но прости, твой родственник внушает мне большие сомнения в его добропорядочности.
Муж удивлённо на меня взглянул, и пока больше не закатывал глаз, и не смотрел так, словно хочет меня придушить. Я непроизвольно коснулась ладонью его впалых щек. Определенно, надо переходить с магической еды на простую. Глядишь, и силы появятся.
— Во-вторых, каждое утро мы будем начинать с оздоравливающих процедур. Контрастное обтирание, массаж, прогулки на свежем воздухе. И не возражай! По твоим глазам вижу, что не веришь в успех. А я верю! Я ребят с такими травмами видела, без рук, без ног, и выкарабкивались! И призвание находили, и детей рожали. Так что хватит киснуть. У тебя все цело, все на месте. — поняв, что сболтнула лишнее, я прикусила язык.
— А в -третьих, я не доверяю магу. Сколько он тебя лечит? Несколько месяцев? Улучшений, я так понимаю, нет. Поэтому предлагаю воздержаться от его микстур. Желательно так, чтобы он не заметил. К примеру, ты… вы… могли бы не глотать его гадость, а выплевывать сразу после его ухода. Я буду рядом и помогу.
Герцог смотрел на меня таким подозрительным немигающим взглядом, что я напряглась и заволновалась.
— Если вы не согласны, моргните два раза. Если согласны — три. — Произнесла я шепотом, боясь, что слишком многое себе позволила, как не принято в этом мире, и герцог попросту откажется слушаться женщину.
Повисла тишина. Секунды тянулись словно минуты.
Герцог впился в меня колким пробирающим до глубины души взглядом, прошелся по лицу, задержался на губах, затем опустился вниз, словно исследуя и изучая мое тело. И завис на груди.
Да, моя новая грудь была небольшая, но их местная мода, это настоящее произведение искусства. Плотный лиф, украшенный по кромке кружевом, так красиво ее подчеркивал, что я сама невольно залюбовалась на свое отражение в зеркале двумя часами ранее.
Задумавшись, я чуть не пропустила момент, когда герцог моргнул… три раза. Окрыленная его согласием, я, не задумываясь, наклонилась и осторожно чмокнула его в щеку. И радостная побежала на кухню.
Надо постараться приготовить ему вкусный бульон. Как же давно я не готовила! Даже успела соскучиться.
Повар сначала с опаской косился в мою сторону. Но мне достаточно быстро удалось разговорить мрачного и недовольного мужчину. И он оказался вполне себе милым и отзывчивым человеком.
Все-таки умел герцог подбирать себе персонал. Пока я столкнулась только с четырьмя, и все они оказались профессионалами своего дела и приятными на первый взгляд людьми. Лишь бы только Ксавьеру младшему не пришла в голову идея сменить персонал.
Вернувшись в комнату с подносом горячего ароматного бульона, ломтиком свежеиспечённого хлеба, я улыбнулась. Впервые за эти дни я ничего не боялась и было как-то спокойно на душе.
Я распорядилась, чтобы моей няне выделили комнату на этаже, неподалеку от нас, и планировала ночью ее проведать и, заодно расспросить про местные восстанавливающие травы.
Подойдя к кровати, я поставила подушки к изголовью, наклонилась, ухватила герцога за плечи, чтобы подтянуть верх и усадить. Мужчина оказался очень тяжелым, но я справилась.
И только хотела отстраниться, как почувствовала его горячее дыхание на моей шее. Не знаю, почему так среагировал организм, но мое тело тотчас покрылось волнующими мурашками, а сердце замерло. Так, глупые мысли в сторону, надо покормить человека.
Усадив, я взяла ложку и принялась кормить. Несмотря на то, что все тело было недвижимо, ел мужчина вполне спокойно и уверенно. Не понимаю, для чего надо было лишать его нормального питания и подсаживать на пару капель микстур.
Все съев, герцог попытался улыбнуться, но не получилось. Его взгляд потускнел и словно стал стеклянным.
Я промокнула салфеткой его губы, поправила волосы и пристально посмотрела в глаза:
— Любая большая победа начинается с маленького шажка, ваше сиятельство. Вам надо лучше питаться, хорошо спать. Отдыхайте. День был насыщенным, а на завтра у нас очень большие планы. Спокойной ночи.
По ставшему привычным ритуалу, я поцеловала его в щеку, поправила подушки, и приглушила свет. Зайдя к себе в комнату, с большим трудом стянула с себя платье, и уставшая завалилась на кровать. Все-таки я еще не совсем оправилась от удара и мне тоже надо как следует отдохнуть.
Закрывая глаза, я прокручивала в голове план, что надо сделать завтра с утра, но самое главное, меня беспокоил лекарь. Еще сегодня вечером он должен был передать справку, что у герцога все в порядке с детородной функцией, но я ее не получила. Странно. И крайне подозрительно.
Но, об этом подумаю завтра. А сейчас… Так и не успела додумать мысль, сморенная сном.
И что самое удивительное, мне снилась я. Я лежала в палате, под капельницей, а рядом сидел Стас и нежно держал мою руку. Мы с ним были просто друзья, два волонтера, выполняющих одно общее дело, ничего более. Но сейчас он смотрел на меня
