Миссис Кроули, — сказала я, когда карета остановилась. — Мне нужно кое в чем признаться.
Она насторожилась.
— В чем?
— Я забыла в прошлой гостинице свою шкатулку с драгоценностями. Ту самую, с бабушкиным рубином. Если ее найдут... леди Маргарет меня убьет.
Миссис Кроули побледнела.
— Как забыли?! Это же бесценная вещь!
— Знаю, — я всхлипнула (актерский талант прорезался внезапно, но к месту). — Пожалуйста, вернитесь и найдите ее! Я не могу без нее! А мы с Милой подождем здесь, на постоялом дворе.
— Одни? — подозрительно прищурилась миссис Кроули.
— А что нам сделается? — я изобразила полную беспомощность. — Мы же слабые женщины. Да и постоялый двор вон, прямо у дороги. Мы снимем комнату и будем ждать вас. Вернетесь с рубином — поедем дальше.
Миссис Кроули колебалась. Но перспектива потерять драгоценности (и гнев Маргарет) была сильнее подозрений.
— Хорошо, — буркнула она. — Я быстро. А вы сидите тихо и носа на улицу не кажите.
— Обещаем! — хором сказали мы с Милой.
Как только карета с миссис Кроули скрылась за поворотом, мы с Милой переглянулись и расхохотались.
— Сработало! — завизжала Мила.
— Быстро! — скомандовала я. — Нанимаем другую карету и едем в Академию. У нас есть максимум полдня, пока она не поймет, что никакого рубина там нет.
Через полчаса мы уже тряслись в наемном экипаже по дороге на север. Впереди была Академия. Позади — прошлое, которое я надеялась оставить навсегда.
Академия Высших Магических Искусств имени Святой Этельреды оказалась... огромной. Нет, это слово не передавало масштабов. Это был целый город, обнесенный высокой стеной из белого камня. Башни, шпили, купола, мосты, переходы — все это сверкало на солнце, переливалось магическими щитами и выглядело так величественно, что у меня захватило дух.
— Ничего себе, — выдохнула Мила, выглядывая из окна кареты. — Это ж сколько там студентов?
— Тысячи три, наверное, — прикинула я. — И каждый — маг. Опасное местечко.
У ворот нас остановила стража. Двое парней в синих мантиях, с эмблемами Академии на груди, окинули нашу карету подозрительными взглядами.
— Цель визита?
— Поступление, — я высунулась в окно. — Леди Эвелина Ашфорд. У меня допуск к вступительным экзаменам.
— Документы?
Я протянула бумаги, которые мы с Милой подготовили заранее (пришлось подделать подпись Маргарет, но, надеюсь, здесь это не проверят). Парень просмотрел их, хмыкнул и кивнул.
— Проезжайте. Экзамены в главном корпусе. Удачи.
Мы въехали внутрь. И тут началось.
Академия кипела жизнью. По мостовым сновали студенты в форменных мантиях — синих, зеленых, красных (по цвету факультетов, как я потом узнала). В воздухе пахло магией — буквально. Искрили какие-то конструкции, летали птицы (или это были магические проекции?), гремели взрывы из окон (надеюсь, учебные).
— Миледи, — прошептала Мила, прижимаясь ко мне. — Мне страшно.
— Не бойся, — я сжала ее руку. — Мы справимся.
Главный корпус встретил нас гулким холлом, расписанным фресками с изображениями великих магов прошлого. У входа стоял стол, за которым восседала суровая женщина в очках и с пером в руке.
— Фамилия? — спросила она, даже не поднимая головы.
— Леди Эвелина Ашфорд. На вступительный экзамен.
Женщина подняла глаза и окинула меня цепким взглядом.
— Ашфорд? Та самая? Которая...
— Которая чуть не умерла, да, — перебила я. — Но теперь я жива и хочу учиться. Принимайте документы.
Женщина хмыкнула, но спорить не стала. Пролистала мои бумаги, поставила печать и махнула рукой в сторону дверей.
— Третья дверь налево. Экзамены через час. Опоздаете — не ждем.
Час пролетел незаметно. Я сидела в коридоре на скамейке, рядом со мной расположились еще человек десять абитуриентов. Все молодые, взволнованные, кто-то бормотал заклинания, кто-то трясся в истерике.
— Волнуетесь? — спросил меня парень слева, симпатичный блондин с голубыми глазами.
— Нет, — честно ответила я. — Я боюсь только одного: что спалю тут все к чертям собачьим.
Парень округлил глаза и отодвинулся. Правильно, держись подальше, мальчик. Я — опасная.
— Абитуриент Ашфорд! — выкрикнули из дверей.
Я встала, одернула платье (специально выбрала неброское, темно-синее, чтобы не привлекать внимания) и шагнула внутрь.
Зал оказался огромным, круглым, с высокими сводами. В центре стоял каменный постамент, по бокам — стол, за которым сидели пять магов в мантиях разного цвета. Главный — старик с длинной седой бородой и пронзительными глазами — смотрел на меня с интересом.
— Леди Эвелина Ашфорд, — произнес он, заглядывая в бумаги. — Девятнадцать лет. Сирота. Состояние... хм, впечатляющее. А почему вы решили поступать именно сейчас? Обычно в этом возрасте уже заканчивают обучение.
— Потому что раньше мне не разрешали, — честно ответила я. — Моя опекунша считала, что магия — не мое. Но я думаю иначе.
— Думаете? — старик прищурился. — Или знаете?
— Чувствую, — я приложила руку к груди. — Здесь. Огонь. Он всегда был во мне, просто его не хотели замечать.
По рядам магистров пробежал шепоток. Старик поднял руку, призывая к тишине.
— Что ж, проверим. Подойдите к постаменту. Вам нужно будет зажечь огонь. Любой огонь. Направьте свою силу вот в этот камень.
На постаменте лежал огромный прозрачный кристалл, внутри которого мерцали искры.
— Просто зажечь огонь? — уточнила я.
— Просто зажечь, — кивнул старик. — Но кристалл покажет силу и чистоту вашего дара. Начинайте.
Я закрыла глаза. Глубоко вдохнула. Выдохнула. В груди затеплился знакомый уголек. Я потянулась к нему, позвала, и он откликнулся — горячей волной, разлившейся по телу.
Когда я открыла глаза, мои руки светились оранжевым. Я поднесла ладонь к кристаллу и... выдохнула.
Пламя вырвалось наружу. Не просто огонек — настоящий фонтан огня, который ударил в кристалл, заставив его засиять так ярко, что все магистры зажмурились. Кристалл загудел, задрожал, и вдруг — БАБАХ!
Он взорвался.
Осколки полетели в стороны. Я инстинктивно прикрылась рукой, но огонь, вырвавшийся из меня, создал вокруг защитный купол. Ни один осколок не коснулся меня. А вот магистрам досталось.
Когда дым рассеялся, я увидела пять магов, которые пытались отряхнуть мантии от каменной крошки. У одного из них тлела борода, которую он поспешно тушил. У другого дымился рукав. Старик смотрел на меня с таким выражением, будто я только что сотворила чудо или явилась с того света собственной персоной.
— Это... — начал он и
