как дёрнулось лицо Декарта.
— Инструмент? Я растил тебя. Кормил. Одевал. Учил всему, что знаю!
— Так докажи это. Я выросла. И могу сама принять решение!
Они оба замолчали, начав играть в гляделки. Никто не хотел уступать. Что-то сломилось в правителе Маски. Его лицо вновь стало безэмоциональным.
Декарт медленно вернулся за стол. Сел. Сложил руки.
— Хорошо… — сказал он наконец. — Ты хочешь свободы? Ты её получишь. Но не сейчас.
Маша напряглась:
— Что это значит?
— Это значит, что я не могу просто так отпустить человека, которого готовил столько лет. Ты — моя преемница. Единственная, кто способен занять моё место. Я растил тебя с расчётом на это и дал тебе каплю свободы, чтобы ты научилась сама принимать решения и ответственность за свои поступки. И сегодня для тебя будет очередной урок. Твоя клятва — это причина, по которой я относился к тебе так, как ни к кому другому. И моё отношение к тебе — это последствия и причина, почему я не разорву контракт.
— Но, отец…
— Больше нет! — рявкнул Декарт. — Я — Архонт этого города! Твой правитель. Твой повелитель! Я решаю, что справедливо, а что нет! И я решил: ты останешься здесь. Будешь служить мне. Пока я не найду достойную замену. Может, год. Может, десять. Может, всю жизнь.
— Ты не можешь…
— Могу. — Голос Декарта стал ледяным. — Контракт всё ещё в силе. Попытаешься уйти — станешь клятвопреступницей. Знаешь, что это значит? Хочешь испытать на себе гнев Системы и её проклятье? Уже забыла, что случилось с женой Миравида? Либо так, либо ты превратишься в бесполезную калеку. Навсегда.
На глазах Марии блеснули слёзы.
— Отец… Пожалуйста…
— Нет.
— Я люблю его.
— Мне плевать.
— Я хочу быть с ним. Хочу идти за ним. Верю в него.
— Мне. Плевать. — Каждое слово падало как камень. — Ближайшие годы ты будешь слушаться меня. Или превратишься в бесполезный кусок проклятого ничтожества. Выбор за тобой.
Маша стояла неподвижно. По её щекам текли слёзы. Но она не издала ни звука.
Я сжал кулаки.
Достаточно.
Глава 5
В кабинете Декарта. Пара секунд спустя.
Стук в дверь прозвучал громко и отчётливо.
Декарт вскинул голову:
— Убирайтесь! Я занят!
Снова стук. Громче. Настойчивее.
— Кто там⁈ — рявкнул Архонт поднимаясь. — Я сказал — убирайтесь!
Стук не прекращался. Ритмичный. Требовательный.
Декарт сжал кулаки, пытаясь потушить свой гнев. Кому-то сейчас станет очень плохо, если он не исчезнет. Он подошёл к двери. Резко распахнул.
И замер.
Тот, кого они с Марией обсуждали всё это время, стоял на пороге. Лицо спокойное. Взгляд — ледяной. Без эмоций. Без тени почтения. Или страха.
Ковалёв и Лоу посмотрели друг на друга всего секунду, но Декарт успел почувствовать опасность. Его глаза расширились, рука дёрнулась к поясу. Но кулак «сопляка» был быстрее.
Мощный, резкий удар в живот отбросил Архонта, заставил согнуться. В него вчерашний Новичок вложил все свои силы, скорость и чувства.
Декарт врезался в стол и перевернул его. Бумаги разлетелись по комнате.
Мальчишка шагнул внутрь и закрыл за собой дверь.
— Значит, это ты и есть тот самый злой отчим, что обижает мою Машу?
Маша смотрела на него широко раскрытыми глазами.
— Алекс⁈ Что ты…
— Тихо, — мягко сказал он. — Разберёмся.
Декарт поднялся. В его глазах горела ярость.
— Ковалёв… Ты осмелился…
— Слышал я тут краем уха… — перебил тот, — что системный контракт можно разорвать без последствий. Если одна из сторон… умрёт.
Мгновением позже в руке мальчишки появился пистолет. Он поднял его и направил в грудь Архонта.
— Будем решать по-хорошему? Или всё-таки по-плохому?
Декарт застыл. Его взгляд метнулся к оружию, затем он с удивлением посмотрел в глаза незваного гостя и лишь на секунду скользнул по остолбеневшей дочери.
— Огнестрел… — прошептал он. — Неплохо… Где взял?
— Неважно. Важно другое. Я не хотел бы убивать приёмного отца на глазах у дочери. Но если придётся — выстрелю. Без колебаний.
Декарт медленно выпрямился. Отряхнул одежду. На его лице появилась странная улыбка.
— Опоздал, мальчик.
— Что?
— Если хотел убить меня, нужно было стрелять сразу. А не языком молоть.
Он улыбнулся, но мгновение спустя белая маска с красными полосками появилась на его лице.
И мир изменился.
Аура силы хлынула из Декарта волной. Она заполнила кабинет, сдавила грудь, заставила сердце всех вокруг биться чаще. Словно ураган нагрянул в ратушу.
На место Декарта Лоу пришёл Архонт Маски. Настоящий воин. Не политик. Не интриган. Тот, кого боялись все вокруг.
Алиса предупредила Ковалёва о резко возросшей силе его противника. О том, что он подозрительно уверен в себе, несмотря на оружие в руках его врага.
— Уходи, — с холодной решимостью произнёс парень, обращаясь к Марии, активировал «Глубокий анализ» и приготовился задействовать все до единого козыри, что только у него есть.
— Алекс, не надо… Пистолет не проб… — попыталась остановить его девушка.
— Уходи, — повторил Декарт. Его голос стал другим. Глубже. Опаснее. — Это между мной и щенком.
— Нет! Остановитесь! — закричала девушка.
Алиса материализовалась рядом. Её появление заставило Декарта вздрогнуть.
— А ты ещё кто такая? — произнёс он, но Алиса в ответ лишь зашипела, обнажая клыки.
— Идём, — сказала она Маше, хватая её за руку. — Ты только помешаешь.
— Но…
— Верь в него. Или забудь о нём! — крикнула божественная покровительница Легендарного проводника по лисьим тропам.
Они исчезли за дверью.
Мужчины остались вдвоём, чтобы решить, кто прав, а кто нет.
Декарт и Ковалёв. Архонт и Новичок.
— Ты понимаешь, что делаешь? — спросил Декарт.
— Забочусь о тех, кто мне дорог.
— Она сама не понимает, чего хочет.
— А ты, значит, понимаешь? Ты жалкий и бесчестный манипулятор. В твоих словах столько же истины, сколько в лае пса. Думал, я не узнаю, кто мой отец? Играл на моих чувствах, пожелав превратить в пешку на шахматной доске? Не вышло. И я не позволю Маше стать очередной частью твоей партии. Она — свободный человек. И ты отпустишь её. Так или иначе.
Декарт рассмеялся. Холодный, злой смех.
— Мальчишка, который пару месяцев назад даже не знал, с какой стороны взяться за меч и что такое реальная жизнь,
