узким улочкам сквозь толпы покупателей и голосящих торговцев отправились в дом-резиденцию отца Графа.
Миравид встретил нас лично. Но обстоятельства, при которых это произошло… Он весь в чёрном, с бледным лицом. Его слуги — тоже в чёрном. Женщины — в траурных масках.
— Сын? Ты что тут делаешь?
На Рафаэле лица не было. Он едва устоял на ногах, видя эту странную церемонию и поникшие лица людей вокруг. Миравид всё быстро понял, схватил сына в охапку и успокоил его и наши тревожные души. К счастью, мы не опоздали. И они действительно собирались на похороны. Собаки. Самой лучшей и любимой гончей отца Графа. Что прожила двадцать лет и была для работорговца, по сути, ещё одним членом семьи.
— Фух… — облегчённо выдохнул я. — Аж от сердца отлегло.
— Да… Я уже подумала, что нас кто-то успел проклясть, — устало подошла к стене Мария, массируя левый висок двумя пальцами.
Слишком ужасающей была та картина, что на миг предстала перед нашими глазами…
Граф что-то прошептал своему отцу, и тот удивлённо вытаращил глаза, а затем показал рукой на дом позади себя, на третий этаж, где за жёлтым матовым стеклом угадывался человеческий силуэт.
Граф кивнул и ринулся к двери. А один из владык города с дрожащими руками подошёл к нам.
— Не курите, случаем? — поинтересовался он у нас.
Гномы, что умело прятались за нашими спинами и старались не приковывать к себе излишнего внимания, вытащили из сумки душистый табак и трубку, передали Брячедуму, и тот подошёл к нам.
— Вот. Подарок, — брякнул он, кладя в руку Миравида мешочек и деревяшку.
— Ещё и гномы в гостях… А я в таком… виде, — покачал Архонт головой.
— Да ладно. Все всё понимают. А кто не понимает — пусть идёт к чёрту со своим мнением, — ответил я ему. — А вы чего не пошли?
Я кивнул в сторону дома, а Архонт молча проследил за входной дверью, тяжело вздохнул и достал зажигалку.
— Знал бы ты… сколько раз я пытался… Моё сердце не железное. Может и не выдержать очередного провала, — затянулся он и дрожащими руками начал вертеть в руках зажигалку.
Брячедум с интересом смотрел на наследие земной цивилизации. Миравид протянул её гному.
— Вот. Подарок. Кстати, нас так и не представили друг другу. Миравид — один из пяти Архонтов славного города, в котором вы находитесь. Член совета правления Замахана, — протянул он руку и глубоко затянулся.
— Брячедум. Король гномов, — ответил мастер молота.
Миравид закашлялся от неожиданности.
— К сожалению, временно покинул свой дом и свою должность. Но это ненадолго. Рано или поздно я верну свой трон. Или выкую новый, собрав гномов под своим знаменем, — серьёзным голосом ответил он.
— Ваше величество, а полное имя ваше как?
— Не старайся, — отмахнулся гном, — не запомнишь.
— И всё-таки… Такое знаменательное событие для нашего города. Это вы ведь жили беженцами в Шлёпске, если я не ошибаюсь.
— Верно. Пришли вместе с Алексом. С ним же и ушли. Собираемся восстановить нашу гордость и честь, прежде чем вернуться в родные горы.
Архонт помахал рукой, подзывая кого-то из своих помощников, и тот подскочил к нам. А через пару секунд в его руках был карандаш и блокнот. Миравид вновь попросил гнома назваться полностью. Для истории. Для летописи и хроник.
— Кто знает, к насколько великим свершениям нас может привести эта встреча, — улыбнулся Архонт, возвращаясь в роль человеческого лидера.
Этот образ идёт ему куда лучше, чем образ убитого горем хозяина погибнувшей от старости гончей. Да он всем бы шёл лучше, чем этот…
«И так двадцать лет пожила псина. Нашли, из-за чего траур устраивать», — недовольно произнесла Алиса.
«А ты показываться не собираешься? — решил уточнить я у неё. — А то я теряюсь в догадках, нужно ли тебя представлять».
«Обойдётся любитель пёсиков. Такие, как он, стоит меня увидеть, сразу пожелают шубку заполучить! Особо упрямые глупцы с ума сходят, охоту объявляют… Всякое у меня в жизни приключалось…»
«Я тебя смогу защитить. Не переживай».
«Ой! Ковалёв! Он меня и не достанет. А охотиться будут на того, кто со мной связан! На тебя! Так что себя спасай, защитничек!»
«Ты что, голодная? Чего злая такая?»
«Отстань… Ни в одном из меню таверн по пути не было гуся, представляешь⁈ И даже уточки! Одни курицы и всякие крылюхи куроподобные. Обезжиренная, диетическая бяка! Фу!»
«Ух ты какая!.. Ладно. Я уточню. Может, мы решим хоть как-нибудь нашу проблему», — пообещал я поискать деликатес: в таком большом городе не может не найтись подходящего меню.
Вскоре я и сам ощутил голод, но разговор с Архонтом города был важнее. Я видел, как его трясло, и всеми силами отвлекал от мыслей о супруге, пока мы ждали Графа. Он задерживался… Уже час его не было.
Мы обсудили многие из вещей, которые планировалось обсуждать за столом роскошного кабинета члена совета Замахана, а не вот так, на улице. Но и в дом он нас не пускал.
Миравид слушал внимательно. Особенно вопросы о демонах и священных очищающих процедурах. Потом покачал головой:
— О демонах я только слышал легенды и сказки. Считал их выдумками, чтобы пугать детей. Если это правда… Я не знаю, как помочь.
Жрецы храмов вряд ли способны помочь вам. Будь это в их силах, моя жена бы не мучилась столько лет. Про класс экзорцистов я тоже ничего не слышал. Но спрошу у коллег при случае. Может, подскажут чего. Но особо не рассчитывайте. Если бы редкий класс был у сильного человека, мы бы знали о нём. А раз не знаем, значит, его либо нет, либо он слишком слаб и уж точно не сможет вам ничем помочь. А у кого квест такой странный появился?
Мы ему, естественно, скормили заранее заготовленную легенду. Мол, в Крево один из наших друзей и возможных членов отряда застопорился на этапе поиска святости и уничтожения демона. Якобы найти его можно — есть ритуалы призыва. Но вопрос в том, как изгнать его, победить. Естественно, в открытую задавать всем подряд такие вопросы не станешь, ибо любые призывы демонов — опасная практика, и ни одному правителю такое не понравится. Вот мы и подстраховываемся, собирая сведения.
Архонт поверил. К счастью…
Мы ещё немного поговорили. А потом дверь дома медленно открылась. На пороге стоял донельзя
