а связь между ними поддерживалась по старым персидским каналам и дорогам.
После занятия Вавилона войска евфратской группы, которой командовал лично Красс, форсирвованным маршем пошли к Тигру. Объединенные войска, не теряя времени, атаковало блокадную армию Орода у стен Селевкии. Гарнизон города, увидев бьющихся с армией Орода римлян, так же атаковал осаждающих. Атака римлян и встречная вылазка войск Миридата вызвала такую панику в рядах многочисленной, но собранной наспех армии парфян, что они, после непродолжительного сопротивления, бросились в бегство. Возможно, погибший под Каррами Сурена нашел бы выход из этой тяжелой ситуации, но среди полководцев царя не оказалась никого, способного его заменить. Сам царь Ород II не сумел справиться с овладевшей воинами паникой. Поэтому, собрав самых преданных воинов, царь первым переправился на левый берег Тигра. Оказавшись одним из немногих спасшихся во время этого разгрома.
Ктесифон римляне и войска Митридата взяли с ходу. Ород бежал и Митридат III со своей армией отправился вслед за ним, получив от Красса в подкрепление конных ауксилариев.
Красс добился небывалого успеха, в верхнем Междуречьи была создана новая провинция Месопотамия. Оставив в Вавилоне и Селевкии свои гарнизоны, Красс с частью армии и флотом пошел дальше и достиг города Харакс, он же — Харакс Спасину, столицы вассального парфянам царства Харакена. Впрочем, жители этого царства встретили римлян с восторгом. Особенно когда узнали, что дань, которую выплачивало царство, будет уменьшена вдвое. Потом речная флотилия спустилась вниз по течению до Персидского залива, очистив устье реки от пиратов. Поэтому и смог Красс выполнить свой обет беспрепятственно.
Теперь Марк Красс, император и принцепс Римского Сената, имел полное право именоваться также «господином Востока», так как цари Парфии, Осроены и Харакены признали себя его клиентами…
Обратная дорога в Харакс Крассу ничем не запомнилась. Зато по возвращении его ждали сразу несколько известий. Пришло сообщение из Экбатан, города, который Митридат III, царь Парфии, назначил своей столицей. Один из его полководцев, Фраат Сохая, сумел настичь отряд Орода и разбил его. Царь попытался бежать, но был убит собственными телохранителями. Которые отрубили ему голову и принесли полководцу Митридата. Тот отправил голову в столицу, где в это время проходила церемония коронации царя Парфии.
Гонец от Сохая прибыл на следующий день после коронации. В этот день Митридату III, бывшему подобно многим знатным людям Парфии, любителем эллинской культуры, захотелось посмотреть спектакль. В этот в театре прибывшая в Экбатаны труппа актеров из Селевкии ставила трагедию Эврипида «Вакханки». В конце пьесы царь Фив, Пенфей, попадает в руки взбешенных почитательниц Диониса, которые его разрывают на части из-за того, что он выступал против культа вина и веселья. Вакханками предводительствует его собственная мать, Агаве, и она-то появляется на сцене с головой сына. Играющий эту роль актер Ясон вышел на сцену с головой Орода. Которую потом бросил к ногам царя Митридата.
Услышав эту новость, Красс невольно сглотнул ставшую вдруг горькой слюну и потер шею. Он-то помнил, что в иной истории, которую знали только он и Луций, актер вынес его голову.
«Боги, оказывается у Клио* и Юпитера имеется очень интересное и извращенное чувство юмора. И она воссоздает некоторые события почти без изменений, — подумал он. — Хорошо, что не все и не вмешивается, разрешая мне менять историю. Но дело, несмотря ни на что, сделано. Власти Митридата теперь ничто не угрожает…»
* Клио в греческой религии — муза истории
Вторая важная новость пришла из Рима. Германцы пошли в большой набег на провинцию Белгику. Два расквартированных в Бельгике легиона и их ауксилии должны были справиться с любым набегом. Но они не справились. Публий Красс отправился туда, чтобы разобраться с происходящем. Также Публий сообщал, что по имеющимся сведениям, большая часть ауксилариев перешла на сторону германцев. Поэтому теперь разбитые в поле легионы заперты в лагерях. Легионы остальных провинций Галлии трогать опасно, потому что возможны беспорядки и даже восстания местного населения.
— Что же, — выслушав гонца в присутствии всех своих легатов, спокойно заметил Красс. — Публий наведет в Галльских провинциях должный порядок. Но и нам пора отправляться в Рим…
Однако Крассу и его легатам пришлось задержаться в Хараксе. Девяностолетний царь Харакены Тирей II Сотер Евергет скончался в разгар приготовлений римлян к возвращению домой.
Тело царя еще остывало в покоях дворца, а знать Харакены уже разделилась на две партии. Одна, в которую собралась большая часть придворных, настаивала передачу власти дяде царя Артабазу. Занимавший должность «хранителя печати», Артабаз был хорошо известен придворным. Поэтому они рассчитывали на сохранение прежних должностей и статуса. Вот только по возраст… Аратабаз был моложе умершего царя всего на четыре года.
Вторая партия сплотилась вокруг царя Аттамбела единственного выжившего из сыновей старого царя Тирея. Молодые «друзья и соратники» рвались к власти. К ним присоединились придворные, недовольные своими должностями. Молодой и энергичный правитель собирался не только почистить придворные круги, но и уговорить римлян передать ему часть земель Месопотамии с городом Уруком, поставив под полный контроль все торговые пути по Тигру и Евфрату. Поэтому его поддержали купцы, поделившись деньгами для подкупа сторонников.
Обе партии стремились заручиться поддержкой римлян. Их сторонники стаями кружили вокруг дворца, в котором временно поселился Красс. Они пытались подкупить его легатов и контуберналов, чтобы они повлияли на решение повелителя. Римляне подношения брали охотно, но ничего конкретного не обещали. Сам император, запершись внутри дворца сразу после похорон Тирея, никуда не выходил. Только сменялась у входных дверей стражи. Караул каждый день выставлялся из другой когорты. Таким образом, незаметно для внешних наблюдателей, организовали попадание во дворец разведчиков — фрументариев и эксплораторов, докладывающих о настроениях в царстве, городе и разговорах сторонников партий.
Наконец на пятнадцатый день после похорон Красс собрал во дворце всех присутствующих в городе знатных людей Харакены и объявил.
— … по всем законам, вашего царства и римским, наследовать трон должен сын царя Тирея Аттамбел. Прошу собрание знатных и уважаемых людей царства подтвердить законные права сего доблнестного мужа на трон.
Знать согласилась единогласно, поскольку все уже знали о присоединении с согласия римлян Урука и его хоры* при занятии престола Аттамбалом.
* Хора — сельская местность,
подчиненная какому-либо полису
Крассу пришлось еще ждать прошедшей через три дня коронации царя Аттамбала Первого Сотера Евергета. После чего он поднялся на борт либурны и отправился вверх по течению Евфрата. Вместе с ним плыли контуберналы и часть армии. Остальные войска должны были дойти до Вавилона по суше.
Орлы над Германией
Орлы над Германией
