class="p1">Вытащив из кармана брюк телефон, набрал номер Тимофея — единственного друга и начальника службы безопасности «Королев холдинг» в одном флаконе.
— Темыч? — Ответил моментально. — Случилось чего?
— Случилось, — выдавил из себя и подошел к окну.
Выглянул в сад, где все уже было готово к началу торжественного вечера: столы, арка из живых цветов на возвышенности, оркестр с живой музыкой. Теперь понятно, куда делись те самые сорок миллионов, пропажу которых несколько месяцев назад обнаружили финансисты компании. Гости толпились небольшими кучками, распивая дорогое французское шампанское — по особому случаю будущей тесть велел достать из подвала коллекционные бутылки. Циничный показушник! При мысли о нем Артему снова стало мерзко на душе. Так противно, что желудок скрутило.
— Парень, ты меня пугаешь, — медленно произнес Тим. — Выкладывай!
— Я сам еще не до конца разобрался, но с девушкой что-то не то. Она совсем не похожа на ту светскую красотку, которую я видел в Москве. Она какая-то другая. Ничего общего. Не знаю, как объяснить…
— Это понятно, ты зря так переживаешь. Одно дело — видеть девушку впервые, другое — провести с ней несколько часов. Первое впечатление не всегда оказывается верным, — наставническим тоном заявил Тимофей.
К своим тридцати шести годам мужчина обладал таким жизненным опытом, что мог вычислить ложь по одному только взгляду. Артем доверял ему. Прислушивался к мнению товарища. Вот и сейчас, он позволил другу спокойно договорить и только после этого продолжил:
— Не знаю, братец, не знаю. Не нравится мне эта история. Гнильцой отдает.
— Ты же проверял их. Семья, как семья. Ничего особенного…
— Нет, Тим, — Артем мотнул головой и отпустил край шторы. — Здесь что-то нечисто… Они что-то скрывают от меня, и я хочу знать, что именно. Вытащи мне все, что только можно нарыть на эту семью. Собери полное досье. На каждого. Только займись этим лично, не вмешивай никого. Не нужно, чтобы кто-то узнал об этом деле.
— Все настолько серьезно? Может, лучше отказаться пока не поздно? Зачем тебе девушка из такой семьи?
И снова перед глазами Артема возникло лицо невесты. Красивое. С бледной, почти прозрачной кожей. Он будто воочию увидел ее перед собой, заглянул в огромные, полные слез и отчаяния глаза…
— В чем дело? Не хочешь отменять свадьбу?
— Она тут не при чем. Мне кажется, ее заставили согласиться на брак. Вынудили принять это решение… Я хочу разобраться.
— Хорошо. Постараюсь собрать что-нибудь к твоему возвращению. Хотя, не думаю, что это будет так просто. Люди, вроде Куликова, умеют заметать следы.
— В любом случае, я на тебя надеюсь. До связи, — сбросил вызов и задумчиво посмотрел на телефон.
В этом доме определенно что-то происходило. Но не на того напали, родственнички! Артем не идиот. Это не Москва, где его возможности не ограничены, но и не край света. Сила денег не имеет территориальных границ, а хорошие связи еще никто не отменял.
Вытащив из шкафа новенький костюм, Королев переоделся и вышел из спальни, на ходу поправляя бриллиантовые запонки. У подножия лестницы он остановился, повернул голову и… все. Артем бужто потерялся. В ней потерялся. В ее глазах.
Время вдруг остановилось, растворилось в тот самый миг, когда их взгляды пересеклись. Что-то внутри него снова дрогнуло, сжалось; сердце учащенно забилось, вжалось в ребра.
Сам того не понимая, подошел к ней, остановился напротив, по-прежнему не сводя с нее глаз. Взял ее за руку, переплетая пальцы.
— Готова? — спросил одними губами.
Девушка кивнула, опустила взгляд на их сплетенные руки и улыбнулась. В темно-шоколадных глазах заплясал яркий огонек, от вида которого у него перехватило дыхание.
— Ничего не бойся, — произнес почему-то, снова вспоминая инцендент в машине, и нахмурился. — Я рядом.
— Я знаю, — ответила хрипло и смущенно отвернулась. — Нам… пора. Гости совсем заждались…
— Такую красоту не грех и подождать, — сказал он и улыбнулся. Её щеки тут же зарделись, длинные ресницы скромно коснулись щек. Ангел. Истинный. Непорочный. Разве такие бывают? — Но ты права. Пора заканчивать с этим делом!
Марина
Праздник был в самом разгаре. Несмотря на приближение полуночи, музыка в саду не прекращалась ни на минуту. Красиво одетые гости наслаждались «Помолвкой года», как пока еще неофициально прозвали наше с Королевым обручение. За высокими воротами семейного особняка толпилась дюжина, если не больше, любопытных репортеров, каждый из которых был готов на любые ухищрения, только бы запечатлеть на камеру виновников сего безумия. То и дело, переходя од одной группы гостей к другой, я краем уха улавливала обрывки разговоров. Всех до ужаса волновала история нашего с Артемом знакомства…
Нашего? Я тут же одернула себя и поспешила прогнать непрошеные мысли, спрятать их за фасадом невозмутимого спокойствия. Нет никаких нас. Нет и быть не может. Никогда! Есть он — Артем Игнатьевич Королев, жених моей сестры. И есть я — Марина. Просто Марина… Фальшивка и обманщица, временная исполнительница главной роли в спектакле, поставленном моими собственными родителями.
Сколько ни старалась, так и не смогла избавиться от гнетущего чувства вины. Она распускалась во мне ядовитым цветком, травила своим ароматом и убивала изнутри. Медленно. Жестоко и изощренно… Чем больше погружалась в болото лжи, тем хуже мне становилось. А когда смотрела Артему в глаза, когда видела его искреннее участие, чувствовала его украдкие взгляды, когда он думал, что я этого не вижу… Боже, мне хотелось провалиться сквозь землю; раствориться. Только бы не участвовать в этом фарсе, не врать и не притворяться.
Отойдя подальше от шумной толпы, прислонилась спиной к стволу старинного векового дуба. Закрыла глаза и попыталась выровнять сбившееся дыхание. Мысленно, уже в тысячный раз за ночь, велела себе успокоиться и не паниковать. Если не справлюсь с эмоции, выдам себя с головой. И что тогда? Как я объясню все это Артему? Что скажу родителям?
— Мариш? — Тихий до болезненного родной голос совсем близко заставил меня распахнуть глаза и встретиться с бледно-голубыми глазами напротив.
Бабушка стояла рядом, скрестив на груди руки, и осматривала меня, словно видела впервые. От ее ласкового «зайчонок» на глаза навернулись слезы, сердце сжалось, задрожало.
Как же хорошо было в детстве! Легко и беззаботно… правильно что ли. И мы тогда все были настоящими. Собой были. Открытыми и честными. А теперь…
— От кого прячешься, зайчонок?
— Что… нет, — пролепетала я, смахивая невидимые пылинки с шелкового подола платья. — Я не прячусь, просто устала немного…
— Врешь, — бабушка нахмурилась и посмотрела на меня строго, совсем как в далекие детские годы. — Причем, врешь ты не мне, Марина, а себе… Себе врешь! Да так неумело, так глупо…
