уголок рта мужчины, как всегда, приподнят в своей привычной манере - слегка вверх.
– Хочешь, я научу тебя яхтингу?
В ярких зеленых глазах брюнета разгорается такой азарт, что я даже забываю о том, кто я и каким вопиющим образом попала на это судно. В меня бурным потоком, как непокорная река, перетекает его горячность и страстность.
Будто в жилах кровь бурлит!
Прикусываю губу, ощущая, как рвется наружу сияющая улыбка. Одновременно с этим в груди зарождается веселый смех.
Должно быть, за меня отвечают мои сверкающие глаза, потому что Волков, не дождавшись ответа, тут же продолжает:
– Море не терпит суеты. Важно подходить к процессу обучения последовательно, – Дима поворачивает штурвал раскрытой ладонью, от чего на руке под смуглой кожей более явно проступают синеватые крупные вены.
Затаив дыхание, слежу за его уверенными опытными движениями, непроизвольно представляя, как он мастерски справляется с судном во время шторма. Должно быть, это невероятно захватывающее зрелище!
– А с чего лучше всего начинать? – мило улыбаюсь, позволяя мужчине беспрепятственно властно завладеть своей правой рукой. – Я уже знаю, что такое корма. Со всех сторон мою хрупкую кисть будто окутывает теплом под уверенной мужской ладонью.
– Подготовка к обучению начинается не с изучения морских терминов или приемов, а с экипировки, – Дима сжимает сильнее мою ладонь, заставляя крепче обхватить гладкую кожаную обивку штурвала.
Не знаю, что это именно, но очень уж похоже на дорогую телячью кожу.
- Стандартный набор будущего яхтсмена, как правило, включает в себя крем от загара, перчатки, ветровку и непромокаемую обувь, - плавно поведя штурвалом влево, Дима, не выпуская моих рук, продолжает посвящать меня не в такое уж и простое морское дело: – Например, на борту всегда должны находиться спасательные средства. Выходить на воду, не зная, в чем заключается отличие между правым и левым бортом судна, крайне неразумно.
Он наклоняется надо мной, и я ощущаю, как Дима, уткнувшись носом в мои волосы, спускается губами к виску, плавно перемещается к зардевшейся щеке, обдавая ее жаром своего дыхания.
– Если поворачивать штурвал вправо, по часовой стрелке, то судно поворачивает направо, налево, против часовой стрелки – корпус яхты поворачивает налево, – Дима усмехается, разворачивая меня к себе, словно послушную тряпичную куклу. - Определение направления и силы ветра напрямую влияют на тактику и построение маршрута, – он приподнимает бровь и слегка щурится, будто пытаясь проникнуть в мои мысли. – Ты хоть что-нибудь поняла, малышка?
Заливаюсь румянцем, но не потому, что совсем далека от морского дела, а потому что разомлела в крепких мужских объятиях.
– Понятно, - мгновенно оценивает мое состояние Волков. Ямочка на щеке Димы смягчает образ мужчины. - Начнем постепенно, не будем торопиться.
Подняв мое лицо за подбородок двумя пальцами, он внезапно наклоняется ниже, водит возле виска носом, втягивая с шумом в себя мой запах. В этом есть что-то такое интимное, собственническое.
Дмитрий Волков буквально излучает животный магнетизм.
Неохотно отстранившись, ласкает взглядом мое лицо. Дима обжигает мои губы неровным дыханием, в котором чувствуются ароматные ноты винограда с пряностями. Его руки неспешно скользят вдоль моих, прямо по промокшему шелковому материалу рубашки, вызывая мурашки по всему телу.
Непроизвольно прикатываю губы под жарким мужским взглядом.
– Ну, что, ты меня больше не боишься? – зеленые глаза довольно вспыхивают. - Вижу, что нет. И правильно, я не виню тебя, красавица, – и добавляет задумчиво. - Иногда я сам себя боюсь.
Пальцы нежно ведут тонкую линию по предплечьям, локтям, кистям рук. Переплетя их, большими принимается нежно водить по моим ладоням. Димины пальцы скользят вверх по моим рукам, будто стараясь разогнать кровь, согреть озябшее тело.
Совсем низко, почти над нами, летают чайки. В моей душе царит настоящее смятение. Я и правда больше не боюсь Волкова, но это даже хуже… Ведь меня к нему безумно тянет. Очень трудно устоять перед искушением и те желания, которые манят в этот момент, потом могут привести в бездну. И далеко ходить не надо. У меня есть пример моей матери, но голос разума уже где-то очень далеко.
– Сейчас ливанет дождь, – отводит ласково белокурую прядь мне за ухо. – Пойдем в каюту, красавица, ты продрогла.
Словно в подтверждение слов Димы, прямо над нами, как пушечный выстрел, гремит удар грома. Вскинув глаза на небо, Волков проводит ладонью по своим мокрым коротко стриженным волосам на затылке.
Позволяю приобнять себя за талию и повести в сторону каюты. Хлесткие капли ливня… вино… и я плыву в сильных объятиях Демона…
Девочки, наш морской волк, кажется, почти или вернее уже сказать УЖЕ заманил бедную овечку
Глава 12
Глава 12
Алена
Оказавшись в каюте, Волков первым делом стягивает с меня свою почти насквозь промокшую рубашку.
Только вот мне не понятно, чем именно он руководствуется?
Заботой или же… Вздрагиваю от глухого звука упавшей на пол рубашки. Она, словно чернильная шелковая лужица, тут же растекается возле моих ног. Обхватив себя за плечи, мелко дрожу, но вовсе и не от холода, скорее, наоборот – буквально плавлюсь под мужским взглядом.
– Малышка, ты такая красивая… - Дима ведет горячими ладонями по моим ребрам вниз. Он так пристально смотрит на мои губы, что я машинально приоткрываю их, даже не осознавая, как это соблазнительно выглядит в глазах мужчины.
Как самое настоящее приглашение... Не давая опомниться, Дима наклоняется, запуская пальцы в мои влажные от дождя волосы.
Опаляет губы таким голодным жарким поцелуем, что сердце, как ошалевшее, пропускает удар, затем второй... а потом и вовсе бросается в запредельный ритм.
Не догадываясь о моем состоянии, сильная рука по-хозяйски крепко обхватывает тонкую талию, сминая чувствительную кожу через тонкую ткань платья.
Дима с мужской настойчивостью непреклонно прижимает меня к своему твердому телу так, что между нами не остается просвета.
Язык дерзко скользит меж моих податливо приоткрытых губ, с наслаждением исследует влажные глубины.
Ласкает нёбо,
