тревоги, вызванные откровенным разговором с другом.
- А еще оно холодное, - поддразнил Зефир.
- Мой торт-мороженое! – Сальвет повисла на шее парня от переизбытка эмоций. – Да! Да-да! Я закончила! Веди. Идем, идем скорее! Он точно в три яруса?
- Точнее не бывает, - смеясь, шутливо упирался Зефир, пока его, пыхтя, толкали в спину по направлению к выходу из заброшенного склада. – Три яруса светло-золотистого цвета с серебряным цветком на макушке. Огромным таким! Ах-ха-ха! Сальвет, шкаф! Й! Ладно-ладно, я все понял. Иду сам. Да иду я, не толкайся.
В этот раз их никто не искал, так что блуждали по нижним ярусам спокойно и в одиночестве. Сюда уже давно никто из дворца не спускался. Как пришел упадок в Семьи, так не становилось лучше. Только хуже.
Их народ относили к солнцерожденным. Именно так звучало из книг и уст высокопоставленных членов Семей. Борцы со злом, если коротко и опуская подробности из все тех же книг и ртов.
Зло, разумеется, обитало на Дне. А то в свою очередь – под Небесной твердью, как обозначался летающий остров, парящий над миром. На котором, собственно, солнцерожденные и жили.
Историю оба подростка не любили и в свое время данный предмет, преподаваемый всем в юношеском возрасте до возраста сознательного, когда дальнейшее обучение переходило на самообучение, систематически прогуливали. Скучно до невообразимости – это раз. Два – столько пафоса могли выдержать лишь страницы книг. Потому что даже просто рассуждать о том, какие солнцерожденные исключительные, несчастным преподавателям было не всегда под силу.
Собственно, именно поэтому Сальвет с Зефиром оба знали, что только их народ в состоянии бороться со злом, именуемом кошмарами, что обитают на Дне и мешают жить всем тем несчастным, которые каким-то чудом там еще живут. Возможно, жили бы лучше, но наверх в Небесную твердь их не пускали. Зато периодически спускались сами.
Однако уже много лет как большинство не спускается. А чтобы получать со Дна всякие полезности, продают туда собственных детей. Поэтому и занимаются главы Семей «скрещиванием» одних с другими, дабы получить более сильное потомство, которое можно будет продать дороже.
Сальвет с Зефиром «повезло». Их не продали, потому что растили под селекцию.
Мрак и ужас, другими словами, которые здесь, наверху, старались не вспоминать, чтобы не накликать беду. Но куда уж хуже-то?!
В целом и общем, на Дно спускаться воспрещалось не всем. Желающих не было, а шанс – вот он.
На Сальвет разрешение не распространялось, как на девушку. Только с одобрения Зефира, который после проведенной церемонии становился главным в паре, и за свою девушку отвечал в прямом смысле головой. Что случится с ней – его убьют. Лучше повода для заботы и не найти.
Спускаться на Дно, как и подниматься оттуда, предполагалось по Лестнице, расположенной аккурат в центре Небесной тверди, схематически поделенной на четыре секции. По количеству Семей, в ней обитающих.
Белоснежные ступени десятками сужающихся кругов сбегали вниз к огромной черной дыре. Внешне все это очень походило на некую арену, из центра которой непременно должен вылезти особенно большой кошмар и сожрать бедолагу. Может, поэтому лишний раз на Лестницу и не совались.
- Мы не домой? – удивилась Сальвет, когда поняла, что они движутся в совсем другую сторону.
- Вот еще, праздновать там наше становление парой, - фыркнул пренебрежительным тоном Зефир. И, поглядывая с ехидством на девушку, добавил, - Нет. Мы идем в Мрачную пучину.
- Куда?!
- Это будет моим тебе подарком, - смеялся в голос Зефир, на котором с радостным возгласом повисла Сальвет и поцеловала в щеку. Обнял за талию, чтобы не ушиблась, споткнувшись о его же ногу. – Нравится идея?
- Лучшая! – с пылом воскликнула Сальвет. Отстранилась от парня и воодушевленно шагала рядом. –У тебя получилось добыть для меня разрешение? Давно мы там не были.
- Сальвет, ты забыла? Церемония, - пощелкал пальцами где-то у носа девушки Зефир. – Я сам твое разрешение.
- Ах, точно! Я и забыла, - спохватилась Сальвет, смутилась снисходительного взгляда. – Непривычно. Ах да! Это же значит, что мы и на Дно спуститься можем! Давай сходим, Зефир! Пожалуйста! Хоть одним глазком!!
- Сходим обязательно. И не одним, а всеми двумя. Но сегодня – в Пучину. Твой торт растает.
- Не надо.
- С другой стороны, так будет проще слизывать, - мечтательно протянул Зефир, размышляя о чем-то своем. Причем Сальвет почти со сто процентной уверенностью могла сказать, о чем именно. Сама думала о том же.
Непосредственно в Небесной тверди Лестницу не охраняли и за ней не сладили. Поэтому оба подростка спокойно зашли на ступени и принялись спускаться к зияющей черной дыре.
Мир вокруг таял и растворялся, менялся, опутанный в светлую туманную дымку, которую пронизывали теплые золотистые лучи невидимого солнца. Для незнающих людей должно быть красиво. Сальвет окружающих красот не замечала, предвкушая веселое времяпрепровождение в скором времени.
Она так часто оглядывалась назад, что первой заметила изменения.
- Скоро будем, - оповестила она вслух.
- Ага, - Зефир целенаправленно спускался, не занимаясь ерундой.
Наконец, ступени закончились. Впереди округлая площадка, в центре которой продолжаются уже знакомые белоснежные узорчатые ступени, сбегающие к значительно уменьшившейся черной дыре.
Картина за спинами подростков изменилась. Если раньше там были высотные постройки светло-серого камня, высотные мосты, переплетения дорог, то сейчас вместо всего этого разместился один единственный дом, опоясывающий Лестницу кольцом.
Светло-лимонного цвета каменные стены с барельефами смотрелись очень изысканно. Зелень цветов украшала многочисленные балкончики на втором этаже. Больше у дома этажей не было. Зато имелись разнокалиберные башенки с темно-бордовой черепицей и зелеными вьюнами, с удовольствием извивающиеся вокруг такой красоты. У подножия дома раскинулись клумбы с цветами всевозможных оттенков. Их обнимали пушистые веточки кустов, которые торчали защитниками то тут, то там. Запах у всего этого цветочного безобразия был такой силы, что невольно кружилась голова.
Просторное крыльцо встречало гостей пустотой и распахнутыми дверьми, куда зашли путники.
- Сегодня никого? – предположила Сальвет, озираясь по сторонам. С непривычки после залитой солнцем улицы здесь казалось слишком сумеречно. Избытка световых камней, которыми могли похвастать наверху в каждом углу, не наблюдалось.
- Не знаю, не спрашивал. Меня как-то больше твой торт беспокоил. Будешь потом ворчать, что его не было.
- Не буду.
- Будешь.
- Возможно. Калири! У вас сегодня подозрительная тишина и пустота, - окликнула Сальвет фигуру, мелькнувшую в другом конце коридора.
Из-за угла высунулась темноволосая девушка, а оттого
