только казалось.
— Сколько у нас в запасе?
— Три недели, — лиската перевел взгляд на спросившего Расселя. — Это — максимум. Точная дата начала неизвестна.
— Это все? — Спокойствию Рассела можно было только позавидовать.
Соболев и позавидовал. Самому было…
— Пока — да. Как только…
— Я могу быть свободен? — обратился к Соболеву Рассел, не дав лиската закончить.
Впрочем, то, что тот собирался сказать, они уже слышали. Специалисты работали на пределе возможного…
— Можете, — задумчиво кивнул Соболев, продолжая рассматривать висевшую над столом объемку.
Все было…
Все было более чем хреново!
Когда за офицером закрылась дверь, поднял взгляд и посмотрел на Римана, ещё раз поймав себя на том, как легко тот играет образами. От лиската, надменность которого вполне можно было считать эталоном, до вот такого, уставшего, взвалившего на себя неподъемную ношу человека…
— Но это ведь ещё не все? — поинтересовался он, следуя скорее собственному наитию, чем имеющейся у него информации.
— Не все, — чуть заметно улыбнулся Риман, добавив к своей последней роли еще каплю человечности. — Но для этого нам нужно дождаться одного генерала…
Дождаться одного генерала…
Несмотря на сложившуюся ситуацию, Соболев невольно усмехнулся. Не зря он вспомнил о спайках: командир — подчиненный… Как и в их с Кошелевым случае, Шторм вполне мог в скором времени переплюнуть своего учителя…
В отношении Сергея он был бы этому только рад. А вот в том, что касалось Вячеслава…
Глава 2
В отличие от остальных, из двух вариантов: скола и режима стандартной визализации, Шторм выбрал второй.
По большому счету — не принципиально, но… Играть генерал предпочитал на своем поле и по своим правилам.
— А если вылезет?
— Не если, а когда, — довольно жестко отрезал Шторм, остановившись у окна.
Пейзаж с той стороны успел стать привычным, знакомым едва ли не до мельчайших подробностей, так что увидеть ничего нового он не ожидал. Если только зацепиться взглядом, возвращая себя к существовавшей за стенами кабинета реальности.
Два здания напротив друг друга: Управление контрразведқи Коалиционного Штаба и возглавляемая Валандом Служба аркатов.
Думал ли он…
Думал, пусть и не в конкретных терминах, а оценивая потенциальный уровень. До того, который отметил, Марку не хватало лишь опыта.
Впрочем, с этим было проще всего — дело наживное. Да и темп, с которым тот брал новые для себя высоты, заставлял опасаться будущего, в котором Валанд доберется до своего потолка. Уж если его уже сейчас с легкой руки Ракселя называли за глаза кризом…
Местная тварь.… Хитрая. Цепкая. Безжалостная…
Тот Марк Валанд, которого он, как щенка, забросил в круговерть Зерхановского апокалипсиса, был похоҗим, но — другим. Без категоричности последнего эпитета.
— Я бы раскрутил недели за четыре, что вытворит их служба внутренней безопасности…
— Принято, — перебил адмирал. Сканер командного показал, как Соболев, избавляя от внимания его спину, посмотрел на Римана: — Что скажете?
Оперативный зал на борту крейсера «Байярд» Шторм тоже в свое время изучил досконально — систему защиты контрразведка тестировала вместе с СБ. Да и состав собравшихся откровением не являлся. Лишь самые самые… как насмешливо «охарактеризовал» их впервые присутствовавший на подобном сборище Кошелев. А Джориш, глядя на него, еще и добавил… негромко, но достаточно, чтобы услышать: «Отмороженные…»
— Вот тогда они и устроят нам… — заполнив повисшую благодаря молчанию лиската паузу, заметил каше Изарде.
Шторм дернул плечом, но не обернулся, продолжая «разглядывать» весьма условную ночь:
— Они и так нам устроят, только на месяц раньше.
Судя по ставшей слишком глубокой тишине, спорить с такой постановкой вопроса никто не собирался, но…
— Если остановим капитан-лейтенанта Торрека, потеряем не только его доверие, — сместил акцент Джориш.
— Между главамими оор нет единства, — то ли поддерживая, то ли просто констатируя факт, качнул головой Риман. — Война — общая, цели — разные.
— Мы можем просто не мешать…
Рассеянно скользнув взглядом по обрамлявшему единственную прогулочную аллею вечнозеленому кустарнику, Шторм демонстративно медленно развернулся, встретился взглядом с арконом Фарлишем:
— Можем, но тогда встает вопрос: а что дальше?
— Он — справится.
— Речь не об этом, — усмехнулся Шторм. Соболева впору благодарить, а не возражать, отвечая на брошенные им слова. — Как вы думаете, кто станет…
— … инорой, — не столько подсказал — сколько перехватил все тот же Фарлиш, показав свое истинное отношение к предложеной авантюре. — Временной матерью для наследницы Дерхаи станет лидер-капитан Орлова, в этом можно даже не сомневаться. Временной матерью и главой ооры, которой капитан-лейтенант присягнул на верность.
— В голове не укладывается… — довольно протяжно вздохнул Кошелев, посчитав за лучшее смотреть на объемку с выведенными красным направлениями ударов домонов, а не на заигравшихся в политику высших офицеров.
Тут бы со своими проблемами разобраться, а они… Подставив Харитэ, выкрасть дочь Дерхаи…
Тянуло на сумасшествие.
— Отношения между аллерами действительно оставляют желать лучшего, — скол лиската «моргнул», «ушел» с пространственной сетки в зону визуализации, сам же Риман, уже в кабинете Шторма, поднял бокал с коньяком. — Как говорит Вячеслав Владимирович, грех не воспользоваться.
— А вот это уже страшно… — со странными, противоречащими теме разговора интонациями, выдал Джориш.
— Вы о коньяке? — усмехнувшись, мгновенно соориентировался Кошелев. Имел в виду лиската Храма Предназначения, столь неожиданно изменившего тарканскому.
— И — компании, — кивнув, подтвердил эрари.
— Но мы же об этом никому не скажем? — с пронзительным, выворачивающим наизнанку прищуром, осклабился Шторм. Подобие улыбки «сорвал» резко, продемонстрировав хищное нутро: — Многоходовка просчитана. Вина Харитэ не будет явной, подозрения в адрес аллеры появятся едва ли не в последнюю очередь, но…
— Значит, — вновь перебил его Соболев, давая понять, что в уровне подготовки операции никто не сомневается, — пессимистичный вариант — четыре недели. А оптимистичный?
— По времени или последствиям? — Шторм с уточнением не задержался.
Решение далось ему не просто. Им… С одной стороны, действительно, грех не воспользоваться — принцип: «разделяй и властвуй» тысячелетиями доказывал свою эффективность, с другой — свои дети для домонов священны, так что те самые последствия, когда истинная подоплека событий всплывет наружу, будут страшными.
Хотя, куда уж страшнее…
— Сдильма не упустит своего шанса…
Голос был мягким, но Шторм едва ли не вздрогнул. О присутствии в его кабинете еще одного гостя, он не забыл, но.…
Из двух ипостасей этого типа, Камил Рауле нравился ему значительно больше. Хотя бы тем, что казался человеком.
— Шанса сделать что? — Рассела «предупреждение» главы Храма Судьбы скорее заинтересовало, чем испугало.
— Захватить кангорат, объявив его своим, — Ордан Ханиль с кресла, в котором сидел, так и не поднялся. — Или вы еще не поняли…
Говорили, что жрецы этого Храма служили Будущему.
Утверждать про всех Шторм
