Рабиозо хорошо подготовился к предстоящему совещанию. Он бодро и быстро доложил о ситуации в стране, об успешной работе своего ведомства.
– Господин директор, вы все обрисовали замечательно, если не считать инцидента в Ноузгее на теннисном турнире. Вы почему-то об этом умолчали. Также хотелось бы узнать, как идет расследование загадочной смерти Доктора Энви? Что на это скажете? – подчеркнул диктатор с ухмылкой на лице.
– К сожалению, Ваше сиятельство, расследование идет крайне медленно, по его ходу у следователей возникло много вопросов, на которые они пока еще не нашли ответов, – начал упавшим голосом оправдываться главный полицейский.
– Теперь одновременно вопрос и Рабиозо, и генералу Перфидо. Почему в Брио внезапно прекратились выступления бунтующих моряков?
Суровый генерал молча сопел, не зная, что ответить. Он такими вопросами никогда не заморачивался, его дело – стрелять, подавлять, разгонять! Его дело – командовать армией, а не заниматься политикой.
А Рабиозо принял удар на себя и нашелся мужества дать отпор агрессии диктатора.
– Извините, Ваше сиятельство, вы не справедливы к нам. Мы из кожи лезем: наши секретные агенты проникли во все щели в Брио, мы знаем обо всех жителях все. Слежка за неблагонадежными идет постоянно, мы не смыкаем глаз ни днем, ни ночью.
– Хорошо, ответьте тогда, куда подевался северный отряд Моряка Велы? Может, вымер или испарился? – не унимался задавать каверзные вопросы Традор, еле сдерживая раздражение.
– По отряду Велы, к сожалению, не располагаем сведениями. Согласно сообщениям контрольных постов, расположенных на всех дорогах, данных о появлении повстанцев от них не поступало. Вероятно, мятежники сидят безвылазно в горах и боятся высунуть оттуда нос.
– Капитан Бесто, чем можно объяснить неожиданное прекращение голодовок в Крепости Мейз? – спросил диктатор, повернувшись всем корпусом к тюремщику. – Не находите это странным?
– Скорее всего, Ваше сиятельство, заключенные поняли, что кроме вреда самим себе они ничего не добьются! – бодро отчеканил бравый служака.
Уверенные четкие ответы, подтянутость офицера-тюремщика, в отличие от других присутствующих, понравились Трайдору и несколько улучшили мрачное настроение.
– Несмотря на подозрительное спокойствие вокруг, пока я доволен только деятельностью полковника Портаменто, который значительно усилил охрану арсенала, контрольных постов и увеличил количество военных патрулей на улицах столицы.
Все присутствующие уставились на полковника, разрумянившегося от похвалы и смущения, словно красна девица.
– Дорогой адмирал, может, поведаете нам, где сейчас мятежный бриг капитана Дью? Чем заняты его люди? – продолжал Трайдор.
– Ваше сиятельство, от этого трусливого бунтовщика давно нет никаких известий. Он давно не появляется в наших водах. Моя могучая эскадра сотрет его в порошок, пусть этот птенец только посмеет мелькнуть на горизонте! – отчеканил Черный Адмирал, нахмурив брови.
– Уважаю вашу самоуверенность, адмирал. А вы в курсе, что недавно бриг этого трусливого бунтовщика атаковал и чуть не потопил фрегат Малисиозо?
– Первый раз об этом слышу, – отозвался адмирал, при этом его взгляд вызывающе блеснул.
– Вы, адмирал, наверное, забываете, что это не какая-то простая рыбацкая шхуна, а хорошо вооруженный военный корабль с опытными моряками. И не надо недооценивать противника! Необходимо быть все время начеку!
Присутствующие чувствовали мрачное настроение диктатора и поэтому старались отвечать четко, без лирических отступлений, чтобы не получить лишний раз нагоняй.
– Совещание закончено, господа! Вас, Рабиозо, прошу задержаться! Раббатино чуть позже проводит вас ко мне в кабинет! – сказал правитель, вставая из-за стола и выходя из зала.
Когда директор Департманта тайной полиции в сопровождении секретаря вошел в кабинет диктатора, тот сидел на диване и, погруженный в думы, разбирал шахматную партию на маленьком столике.
– Рабиозо, присаживайтесь! Поведайте мне, что там за проблемы с расследованием убийства Доктора Энви?
– Ваше сиятельство, мои специалисты, а у них опыта не занимать, вы это прекрасно знаете, носом роют, пытаясь найти какие-нибудь следы убийцы. Но ничего пока не смогли обнаружить. Они перевернули весь особняк вверх дном, и ничего. Во-первых, стража, которая охраняет дом, клянется, что в него никто не входил, кроме Энви и его слуги Руина.
– Руин? Помню, это такой придурковатый увалень, слуга ученого. По его роже видно, что он любит выпить, – сказал Трайдор, крутя в пальцах белую пешку.
– Да, он самый.
– А Руина допросили?
– Дело в том, что слуга уже несколько дней как отсутствует в столице. Он уехал в Фиолетовый Замок по заданию доктора за какими-то бумагами и лабораторным оборудованием.
– Выходит, доктор Энви находился в доме совершенно один.
– Да, его нашли убитым в его лаборатории, расположенной в подвале. Убийца сумел каким-то таинственным образом проникнуть незаметно в особняк и напал на ученого.
– Может, через окно?
– Исключено, Ваше сиятельство. На всех окнах в доме надежные решетки.
– Ну, не через трубу же, в конце концов, он пробрался в дом? – с раздражением произнес Трайдор, перемешивая фигуры на шахматной доске.
– Трубу говорите? – переспросил озадаченный директор Департамента тайной полиции. – Интересная версия, Ваша сиятельство. Про нее-то мы и забыли. Сегодня же дам задание проверить.
– Так проверьте, черт побери! – взвился диктатор. – Тоже мне, сыщики!
– Я лично проконтролирую, Ваше сиятельство.
– Хорошо, Рабиозо! Потом доложите о результатах следствия!
– Так точно, Ваше сиятельство!
Флари ползал на коленях и всматривался в оставленные убийцей следы. В подвал, где находилась лаборатория, на помощь приятелю спустился Восто. С опаской косясь на стеклянные бутыли и колбы, в которых угрожающе булькала какая-то зеленоватая вонючая бурда, главный сыщик обошел стол с загадочным аппаратом, потом заглянул в темный угол за книжные шкафы, где был свален всякий хлам.
– Ну, чего-нибудь нарыл? – спросил Восто у Флари, который с лупой в руках продолжал ползать на четвереньках по лаборатории и совать свой длинный нос во все щели.
– Понимаешь, Восто, какая странная штука получается…
– Какая, не тяни? Я уже задохнулся от удушливой пыли. Не представляю, как Доктор Энви работал в таких ужасных условиях. Тут с палец пыли. Наверное, накопилось не за один десяток лет.
– Не мудрено, приятель. В этом особняке уж лет пятнадцать никто не живет.
– Совершенно непонятно, чем он приглянулся нашему доктору?
– Ну, как чем? Дом старинный, с прекрасной архитектурой, с большим парком, с бассейном… К тому же расположен в тихом уголке, в стороне от шумных улиц.
– Дорогой, ты в парк-то заглядывал? – криво усмехнулся Восто, закуривая. – Там все заросло, а в бассейне на дне уже давно кусты плакучей ивы растут.
– Кстати, ты проверил парк, может, там тоже могли какие-нибудь следы остаться?
– Ты что, какой парк? Здесь – дел невпроворот, следов море, девать некуда! Смотри сколько натоптано вокруг!
– Погоди, а это чьи следы, вроде как от босых ног? – вдруг насторожился Флари.
– Ты тоже обратил внимание? Смотри, как натоптано ими! Это и для меня загадка.
Носатый сыщик вновь опустился на четвереньки и через лупу стал изучать странные следы.
– Апчхи! Апчхи! – не выдержав, громко чихнул несколько раз подряд Восто, подняв облако удушливой пыли.
– Ну, ты и устроил! Ничего же теперь не видать! – расстроился ползавший Флари. – Не мешай, ступай наверх!
– Нет, не могу я здесь больше находиться, ты как знаешь, а я пойду, – сказал Восто, исчезая за дверью.
Пока носатый сыщик изучал в подвале странные следы, его товарищ поднялся на первый этаж и стал исследовать комнаты, одну за другой. В дом никого не пускали, поэтому следы могли остаться только от хозяина дома, его слуги, преступников, двух сыщиков и охранника, который утром обнаружил убитого доктора. Восто открыл на всех окнах ставни, они не открывались тысячу лет и поросли столетним мхом и седой паутиной.
Солнечный свет потоком ворвался внутрь здания и весело заиграл на пыльном полу. И сразу стало видно все следы, оставленные на паркете. Его несколько озадачили черные следы под потолком. Совершенно непонятно, как они там оказались. Следуя по ним, Восто без особого труда добрался до камина, через который в особняк проникли убийцы.
– Все теперь ясно, как дважды два, – довольный пробурчал он себе под нос. – Вот и черная сажа, которая сыпалась из дымохода, когда они влезли в дом. Наследили ребята, будь здоров! Теперь точно известно, что их было двое! Надо бы еще на крышу слазить, посмотреть там. Глядишь, может, улики какие оставили.
За этими размышлениями его и застал, поднявшийся из лаборатории перепачканный с ног до головы, но довольный Флари.
