Мы делали уже четвертый огромный круг по залу, когда я почувствовала его присутствие и остановилась, повернувшись к дверям. Диллан. Наши взгляды на мгновенье пересеклись, но он тут же отвернулся, улыбнувшись вошедшей под руку с ним девушке в светло-голубом до боли знакомом платье. А потом медленно повел ее в зал, вежливо отвечая на приветствия.
— Ты в порядке?
— Да.
Нет. Оказывается это действительно больно — видеть как тот, кого ты любишь, держит под руку другую. Он знал, что я буду здесь, знал, что увижу их вместе, знал, что причинит боль. Решил отомстить? Наказать? Хорошо, я приму это, переживу, даже видом не покажу, какую муку причиняет мне каждая секунда, обуздаю свой огонь. Вот только не перегорю ли после этого?
— Лира, девочка, мне твои глазки, конечно, нравятся, но вот остальных они немного смущают, — прошептал мне на ухо Тайрон, переместившись так, чтобы закрыть от меня герцога.
— Спасибо, — голос звучал хрипло, я все же очнулась и взяла себя в руки.
— Не за что. Ну, успокоилась?
— Можем выйти на воздух? Здесь душно.
— Боюсь что нет, еще слишком рано, чтобы можно было выйти незамеченными, — ответил мужчина, поглядывая на меня с искренним беспокойством.
— А если замеченными?
— Тогда твоя репутация навеки погибнет.
— Что погибнет? Репутация? Ты сейчас неудачно пошутил?
— Боюсь, что нет.
Это будут самые долгие четыре часа моей жизни.
Ходить по кругу надоело, кажется, я уже наизусть запомнила каждую нишу и каждый уголок этого зала, поэтому не нашла ничего лучше, чем остаться на месте, последовав совету друга и смирившись с неизбежным. Познакомиться со мной изъявили желание действительно практически все. Лорды, графы, маркизы, баронеты, герцогини… Звереть я начала уже с первой минуты, но к собственному удивлению, ничем не проявляла раздражения и даже на вопросы о своем происхождении отвечала спокойно и честно, что это не их дело. И неизменно с милой улыбкой.
На втором часе подобной пытки, когда мне пришлось отклонить очередное приглашение на танец, случилось чудо — нас своим присутствием решили почтить правители обоих государств.
— Не знала, что они тоже будут, — воспользовавшись тем, что небольшая армия настойчивых кавалеров отвлеклась, я подобралась к Тайрону и указала на Эллеота с супругой и принцессу Элоизу.
— Они здесь как символ мира.
— Будет речь? — обреченно протянула, заранее готовясь внимать Тернану.
— Нет, речь уже была на прошлых вольгавдах, сейчас они просто откроют бал.
— В каком смысле?
— Первыми начнут танцевать, — терпеливо объяснили мне.
— А где правительница?
— Правительница?
— Мать Кайра?
— Умерла при рождении наследника, — тихо ответил страж, и я поняла, что мой вопрос здесь неуместен.
Но ведь я не знала. Действительно не знала. А потом сработала интуиция, еще ни разу меня не подводившая и за версту чующая неприятности. Вспомнилось приглашение — «Особо почетная гостья правителя».
— А с кем в таком случае будет танцевать Тернан? — вкрадчиво поинтересовалась у друга и попятилась, желая слиться со стенкой.
— С ее величеством, леди Лилит, разумеется, — судя по тому, как нахмурился мужчина, не мне одной пришла в голову неизбежность огромной подставы. — А вот Эллеот…
Собственно говоря, его величество, Эллеот ля Ривальди уже нашел единственное знакомое женское лицо в толпе придворных и с легкой улыбкой двинулся ко мне. Проклятье! И ведь отказать не смогу, как-никак сам правитель, но танцевать в такой день…
— Рад вновь видеть вас в добром здравии, миледи, — остановился напротив его величество и протянул руку. — Не окажите мне честь?
Конечно, окажу, я ведь не самоубийца. Но вслух, естественно, ничего не сказала, лишь скоромно улыбнулась и изобразила немного неуклюжий реверанс. И только выйдя на середину зала, поняла, что понятия не имела, что за танец собиралась танцевать.
— Вальс, — едва слышно произнес мой партнер и улыбнулся в ответ на удивленный взгляд.
Вальс так вальс, его я, по крайней мере, уже знала. Зазвучала размеренная мелодия, и мы закружились по паркету. Три пары — Тернан с Лилит, мы с Эллеотом и Кайр с Элоизой. В отличие от своих подданных, обе правящие династии были в траурных цветах, и даже правительница не позволила себе ни единой драгоценности, заслужив мое уважение.
— Я еще не поблагодарил вас за то, что вы для нас сделали, — произнес правитель, уверено ведя меня в танце.
— Не стоит, ваше величество, — я едва не споткнулась, не ожидая подобных слов. — Мне вполне хватило денежного вознаграждения.
— Но ведь это не вернет ваших людей, — тихо протянул мужчина, одарив внимательным и понимающим взглядом. — Я знаю, что вы должны нас ненавидеть. Не возражайте, — усмехнулся в ответ на мою очередную заготовленную вежливую тираду, — я достаточно знаю, чтобы не строить иллюзий. И не стоит бояться, я слишком вам обязан, чтобы обижаться на правду. Вам есть, за что не любить людей.
— Не стоит, ваше величество, — отвела взгляд, не зная, чем мне выльется подобная откровенность главы государства.
— Вы уберегли моих детей.
— Там были не только ваши дети.
— И все же хочу, чтобы вы знали, что можете обратиться к нам, если возникнет такая необходимость.
Что я могла ответить? Лишь улыбнуться, подумав, как круто может повернуться жизнь, если сам правитель предлагал помощь бывшей цыганке, танцуя с ней перед огромной толпой придворных. Очень скоро к нам присоединились остальные пары, и мелодия зазвучала с удвоенной силой, а я уже мечтала поскорее оказаться в своем углу и не ощущать на себе сотни взглядов.
— Вы позволите?
Сердце пропустило удар, едва мы остановились и меня с понимающей улыбкой передали с рук на руки райту, тут же притянувшему к себе и уверено заскользившему по паркету.
— Не знала, что здесь можно менять партнеров.
— Ты вообще многого не знаешь, дейдре, — теплое дыхание опалило щеку, а меня притянули еще ближе. Неприлично близко.
— Что ты делаешь? — подняв голову, я встретила взгляд Диллана, с удивлением обнаружив в нем злость.
— Всего лишь танцую, — на удивление спокойным тоном ответил мужчина, чуть пошевелив пальцами.
А я задохнулась от эмоций, вызванных близостью его тела. Зачем он это делал? Что кому хотел доказать? Перед глазами встала картина прекрасной пары — темноволосый высокий мужчины, затянутый в черный костюм и белокурая юная девушка в небесно-голубом. Боль отрезвила.
— Что? — тихо спросил герцог, от которого не укрылась моя реакция.
— Все замечательно, ваша светлость, — я заставила себя улыбнуться. — Все замечательно.
