на стаю, едва способная говорить, когда они все падают на колени. — Наша альфа, наша альфа. Песнопение разносится по всей поляне, и слезы наполняют мои глаза.
Мари выходит вперед, и все замолкают, когда она поворачивается ко мне. В ее руках цепочка моего отца - та, которую он так и не снял. Должно быть, она упала, когда он пал. Это длинная золотая цепочка, а у основания изображен воющий волк - символ альфы. Она направляется в мою сторону. — Ты всегда была альфой, Куинн, но знай это. Стая последует за тобой, куда бы ты ни пошла. Мы твои, а ты наша. Наша альфа. Ты сражалась за нас, а теперь мы будем сражаться за тебя. Возможно, это не та церемония, о которой мы все мечтали, но времена меняются. Здесь, в сердце нашей земли, ты примешь и поведешь?
— Я сделаю это, — шепчу я, опускаясь на колени и глядя в гордые глаза моей матери. Я все еще беспокоюсь, что поведу их неправильно, но, несмотря на все их доверие ко мне, я знаю, что должна стараться ради них, Чана и самой себя. — Я буду жить, я умру, и я буду служить этой стае, пока богиня не призовет меня домой. — Слова приходят сами собой.
Она улыбается, и я склоняюсь, когда она надевает ожерелье мне через голову. Оно уютно ложится между моих грудей, и я прикрываю его, поднимая голову. — Тогда, Куинн, как наша мать и старшая сестра этой стаи, я считаю тебя нашей новой альфой. Встань и посмотри в лицо своим людям.
Она протягивает мне руку, и я встаю, поворачиваясь лицом к своей стае, когда их головы запрокидываются с радостными воплями. Земля вибрирует от их топающих рук и ног, когда они взывают ко мне, показывая свое счастье. Мари улыбается мне, в ее глазах слезы, которые отражают мои собственные.
— Я так горжусь тобой, моя дочь, и твой отец был бы горд, Куинн. — Она улыбается еще шире. — Я имею в виду Альфа.
Я оглядываюсь на толпу, впитывая все это, прежде чем повернуться к своим партнерам. Они воют и хлопают громче всех, а когда я ловлю их взгляды, они подмигивают. Это наводит меня на мысль, и я смотрю на Белого.
— Я хочу, чтобы мои партнеры были бетами.
— Это твой выбор, Альфа. — Он кивает. — Я бы с радостью разделил с ними этот титул. Они достойные воины.
Я оборачиваюсь и ухмыляюсь им. — Тогда вы мои бета, а я ваша альфа.
— Наша пара. — Вейл ухмыляется.
— Наша любовь. — Люсьен кивает.
— Наше все, — добавляет Джей.
Стоя перед своей стаей, я чувствую, что мои раны наконец начинают заживать.
ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ
Сегодня стая празднует не только мое спаривание, но и мое назначение альфой. Я сбежала и оказалась здесь, перед камнем, куда мы кладем наших мертвецов. Я чувствую своих партнеров позади себя, зная, что они никогда не отстают, но они дарят мне этот момент покоя, когда луна освещает окрестности.
Стоя на коленях на холме, я смотрю вниз на золотую цепь и надеюсь, что смогу заставить их гордиться мной. Я, безусловно, потрачу свою жизнь на стремления к этому. — Ты будешь мной гордиться, папа, — шепчу я. — Я буду стараться изо всех сил каждый день, чтобы стать альфой, которой был ты, быть хотя бы наполовину такой сильной и уверенной... — Я замолкаю, облизывая губы. — Я хотела бы увидеть тебя в последний раз, всего на мгновение. Это эгоистично, но я хочу, чтобы ты увидел меня такой.
— Я верю в тебя, моя Куинни.
Знакомый грохот заставляет мою голову вскинуться, глазам расшириться. Передо мной стоит мой отец, Чан. Он бледный и слегка синеватый по краям, как будто его здесь нет. Я понимаю, что это лунная магия. Он улыбается мне. — Я никогда не сомневался, что ты будешь невероятной альфой. Посмотри на себя, дочь моя. Ты такая сильная, и я так тобой горжусь.
— Папа, — шепчу я, желая дотянуться до него, но зная, что мои руки пройдут сквозь него, поэтому сжимаю их в кулаки. — Я так сильно скучаю по тебе.
— Я знаю, моя Куинн. — Он грустно улыбается. — Но я здесь, и я всегда буду здесь, даже если ты не сможешь меня видеть. Я буду рядом с тобой, пока ты снова не присоединишься к нам.
— Нам? — Я хмурюсь.
— Нам. — Он ухмыляется.
Внезапно воздух рядом с ним расступается, и я падаю назад. Рядом с ним, светящиеся так же, как и он, мои мать, отец и сестра. Они все улыбаются мне.
— Посмотри на себя, Куинни. — Моя мама широко улыбается, знакомое выражение, которого я так давно не видела. — Ты такая красивая и сильная.
— Мама. — Я прикрываю дрожащие губы, слезы ослепляют меня, и я смаргиваю их, не желая пропустить этот момент.
Это дар богини. Каждый альфа получает его, но Чан никогда не говорил мне, какой у него. Впрочем, это не имеет значения, потому что мой подарок - лучший, который я когда-либо могла получить.
— Моя Куинн, — грохочет мой отец, улыбаясь Чану. — Наша дочь, мы так гордимся тобой, никогда не забывай этого. Руководствуйся своим сердцем, и ты никогда не ошибешься. — Он бросает взгляд мне за спину. — Люби так сильно, что бы это пугало даже тебя. В этом мире нет ничего более сильного чем любовь. — Он притягивает мою сестру и маму ближе. — Даже когда все закончится, она останется.
— Я так по вам по всем скучаю. — Я всхлипываю.
— Я знаю. — Мама улыбается. — Мы всегда были рядом, дочь моя, и всегда будем наблюдать за тобой. Мы гордимся и очень счастливы видеть, как ты растешь.
— Это несправедливо. — Вы должны быть здесь.
— Нет, дочь моя, — бормочет Чан. — Так и должно быть. Все происходит по какой-то причине, не забывай об этом. Мы ушли, но мы не потеряны. Мы продолжаем жить в тебе, через твои поступки и истории, и когда придет конец, мы будем вместе.
— Пожалуйста, пожалуйста, останьтесь, — умоляю я, когда они начинают исчезать.
— Мы будем в твоем сердце
