мою ладонь вниз.
Фауст поднялся и отряхнул колени, а после молча предложил взять его под локоть. Конечно, мне пришлось это сделать.
Его рука под моей ладонью была крепкой и напряженной.
– Ступайте к гостям, нам нужно ещё многое обсудить. – улыбнулся Адриано.
Мы молча вышли из кабинета, миновали охранника и двинулись вниз по лестнице.
Я не чувствовала страха. Вообще ничего.
Оказалось, разрушить свою жизнь было слишком просто.
– Когда у тебя день рождения? – поинтересовалась я, пытаясь скрасить давящую тишину, разбавляемую приближавшимся шумом гостей.
– Это имеет какое-то значение? – поднял бровь Фауст, даже не взглянув на меня.
– Раз уж ты всё знаешь обо мне, то я тоже должна обладать хоть какой-то информацией. – пожала плечами я, чтобы скрыть тот факт, что меня задевало его поведение.
Первое впечатление не было обманчивым.
Фауст Руджери был статуей. Без единого изъяна и сердца в придачу.
– Тринадцатого февраля. – вдруг произнёс он, когда я уже и не рассчитывала услышать ответ.
– Ненавижу водолеев. – я улыбнулась.
– Только не говори, что ты блаженная и веришь в эту чушь. – раздраженно бросил он, наконец наградив меня тяжелым взглядом.
– До знакомства с тобой я ни во что не верила. И не ненавидела водолеев.
Я проклинала себя за то, что сказала это вслух, но Руджери усмехнулся.
А потом мы свернули в зал, где была по меньшей мере сотня гостей и от ужаса у меня свело желудок.
Глава 11
От обилия гостей кружилась голова, поэтому, когда Фауст остановился перед своей матерью и младшей сестрой, я уже вымученно молилась о том, чтобы помолвка поскорее закончилась.
– Какое шикарное кольцо! – восхищалась Констанца Руджери.
Мама Фауста была милой женщиной лет пятидесяти с большими, полными любви к миру глазами и теплой улыбкой.
У неё не было ничего общего с моей матерью и тот факт, что она была женой Дона никак не подходил к её внешности. Констанца могла быть кем угодно, но не женой Адриано Руджери.
– Хочет показать всему миру, как он тебя любит. – ядовито добавила Франческа, наклонив голову на бок.
Его сестра была красива, но мне хотелось стереть стервозное выражение с её лица.
И не мне одной.
Констанца Руджери толкнула дочь локтем, а Фауст наградил её раздраженным взглядом.
Остальные родственницы Руджери восхищенно щебетали о том, как было бы славно, если бы у нас родился рыженький ребенок. Именно на этой ноте Фауст предпочёл нас оставить, уйдя в ту часть зала, где толпились мужчины.
Оставшись наедине с его семьей, я поняла, что даже с столь неприятным человеком, как Фауст Руджери под боком, мне было спокойнее. Но, стоило ему уйти, как женщины принялись обсуждать тяготы подготовки свадеб. Каждая из них делалась своими историями и желала нашей семьи крепкой любви.
Самым разочаровывающем во всём этом было то, что, кажется, всякая женщина, то упоминала любовь, в своих речах, выглядела несчастной.
Меня всё поздравляли и поздравляли. Лицам незнакомцев не было счёта.
Выдохнуть я смогла лишь у столика с шампанским и закусками. Там меня ждали подруги.
– Ну и как вообще? – Элеттра заметно нервничала, то и дело воровато озираясь по сторонам. Платье карамельного цвета отлично подчеркивало её светлые, почти белые от природы волосы.
– Непонятно. Устала. – рассеянно проговорила я. Осушив остатки шампанского в бокале, что успело выветриться за долгое время светских бесед. – подозреваю, что его сестра меня ненавидит.
– Не обращай внимание. Она того не стоит. – Маддлена приобняла меня за плечи.
Рената смотрела куда-то в толпу, крутя тонкую ножку бокала в руках. Очень скоро я поняла, в чём именно было дело.
Фауст Руджери в компании трёх парней направлялись к нам несмотря на то, что их постоянно кто-то останавливал и отвлекал от цели.
– Его партнеры по бизнесу? – предположила Элеттра, нахмурившись.
– Я знаю только Кармина Кавальере. – Маддалена указала на крупного блондина, что был в плечах шире чем все остальные в компании. На его кистях виднелись черные узоры татуировок. – Он управляет бизнесом отца в портах. Яхты для богатых, марины в Сицилии, Лигурии и Венеции. Мы помогали Рокко Кавальере с проектом реставрации гавани в бухте Поэтов.
Тем временем мой будущий муж и его друзья подошли достаточно близко, поэтому нам пришлось замолчать.
Фауст поманил меня рукой, и я смиренно подошла, будто собака. Приобняв меня за талию, он обратился к своим друзьям.
– Это моя невеста – Рафаэлла Калабрезе. – представил меня Руджери, но я не могла сосредоточиться ни на чём, кроме его горячей ладони, что по-хозяйски обнимала меня за талию.
Мне предстояло привыкнуть к этому, но я совершенно не представляла, что именно должно было произойти, чтобы мою кожу не опаляло жаром от совершенно невинного, пусть и чересчур напористого и собственнического прикосновения.
Тебе ещё придётся с ним спать – напомнил внутренний голос.
– Просто Раф. – улыбнулась я, стараясь не выглядеть испуганной.
Я почувствовала, как прижавшийся к моему боку Фауст хохотнул. Вибрация, будто молния, прошла через моё тело.
– Знакомься с моими друзьями. – почти весело проговорили он, указав на парня, что выглядел старше всех. Острые черты его подбородка покрывала густая щетина. – Это Акиле Скалетта.
Акиле сдержанно кивнул, почти не смотря в мою сторону.
– Этторе Д’А́нджело. – мой жених указал на загорелого парня с копной вьющихся волос цвета горько шоколада и ядовитой усмешкой.
– Приятно познакомиться, миссис Руджери. – оскалился он, обхватив мою руку. Взглянув на помолвочное кольцо, он улыбнулся ещё шире, хотя, казалось, дальше было некуда. – Ваш муж совсем вас не жалеет, раз заставляет носить тяжести.
Не знаю почему, то ли от выпитого шампанского, то ли от сдававших нервов, я рассмеялась его глупой шутке.
Рука Фауста Руджери тем временем крепче сжала мою талию.
Д’А́нджело казался ещё большим хищником, чем мой будущий муж. Он то и дело сверкал хитрыми глазами, держась совершенно непринужденно.
Миссис Руджери… ужас…
– Хватит окучивать мою невесту, я начинаю ревновать. – в шутке Фауста было слышно предупреждение. – Приблизишься к ней, как только сам женишься.
– Я как кот – предпочитаю гулять в одиночестве. – Этторе Д’А́нджело театрально взмахнул рукой. – А кто эти прекрасные нимфы, спустившиеся к нам с Олимпа?
Он не дождался ответа, а вместо этого отправился к столу, где меня ждали девчонки.
