Упаковываем это добро и возвращаемся домой.
Я купил упаковочный материал на торговом посту по пути к Усадьбе Рюриков, и теперь мы им заворачивали сотни кусков таурема.
Но это, конечно, было не единственное, чем нам предстояло заняться.
— Не мог бы ты мне помочь? — спросил Юлий, кивнув в сторону задней части двора, где располагался сарай.
— С чем?
— Тауремов нужно кормить, все это мясо дается не без усилий.
— Понял, — тут же догадался в чем собственно дело. — Где у тебя вилы?
Юлий кивнул в сторону сарая, который он обустроил рядом с домом.
Я направился туда, взял вилы и последовал за ним к стойлу тауремов. Еще не дойдя до места, резкий запах ударил мне в нос, как и предполагал там нас ждала большая дымящаяся куча свежего навоза.
— Может, воняет, — продолжил он, — но отлично ускоряет рост определенных культур, точно так же, как и костная мука.
— Ну, чем быстрее мы это уберем в хранилище, тем быстрее исчезнет запах. Скажу тебе, нет лучшего способа спуститься с небес на землю, чем провести полдня, перекидывая навоз.
После того как наша работа в усадьбе была завершена, мы с Юлием и Златославой отправились домой. У северных ворот все выглядело по-прежнему, за исключением одного небольшого изменения.
На маленькой поляне, скрытой среди близлежащих деревьев у входа, была могила. Имя павшего тигролюда было Тигран, и хотя он умер на чужой земле, я считал его первым павшим членом моего поселения.
Мы провели похороны в тот же день, когда вернулись в поселение. Простая церемония. Никаких пышных речей. Просто признание того факта, что он пал, сражаясь за правое дело. С тех пор уже прошла целая неделя.
Дела в поселении шли просто идеально. У Росьяны уже начал показываться живот, и она слишком усердно указывала Тихомиру, как управлять посевами. Даже когда она не работала в поле, все равно продолжала занималась мелкомасштабным выращиванием луноцвета рядом с их домом.
Навыки Лизы, Богдана и Данилы больше подходили для работы киркой, и это можно было организовать в ближайшем будущем; пока же они хорошо справлялись со сбором урожая и расширением грядок моркови и картофеля в поле. Лиза присматривала и помогала, держа братьев в тонусе, пока они работали как машины.
А еще были мои прекрасные жены.
За прошедшую неделю мы завершили строительство остальных наблюдательных постов. Лара стояла на вершине сторожевой башни, смотрящей на запад, с луком у бока, обозревая землю внизу.
На юго-восточной стороне поселения мы построили новый дом для пяти тигролюдей, которых спасли из лап Вериги.
Несмотря на свою независимость, они охотно согласились пока жить вместе в одном доме. Может, немного тесновато, но тигролюдам так было спокойнее и предпочитали именно такой образ жизни. Надеюсь со временем они смогут прийти в себя.
Забава провела много времени, общаясь с ними, но сейчас помогала с посевами в поле.
В начале недели мы купили еще одну лошадь, по поводу которой лично консультировалась Стефания, и за которой она с тех пор и ухаживала.
Вдалеке я увидел, как она въезжает в пастбище размеренным шагом и спрыгивает с седла. Она отвела лошадь к поилке и достала щетку из инвентаря, ухаживая за ней, пока та пила.
Когда мы проходили мимо посевов, Стефания заметила нас и своего отца и подбежала.
— Заканчивайте свои ряды на сегодня и убирайте все в хранилище, — крикнул всем кто находился в поле. — Берем выходной до конца дня.
— Серьезно, господин? — спросила Лиза, вытирая пот со лба тыльной стороной рукава.
— Очень серьезно. Настолько, что мы специально зарезали таурема по этому поводу. Сегодня все получат свежие куски мяса.
— Боги мои! — засмеялся Тихомир, подпрыгивая с земли, бросая серп и целуя руки, прежде чем поднять их к небу и запрокинуть голову. — Мой сын будет самым сильным мальчиком во всем Полесье!
— Откуда ты знаешь, что у вас будет сын?
— Мы не знаем, — засмеялась Росьяна из дома. — Но мой нерожденный ребенок растет быстро. Неважно мальчик это или девочка, он все-равно будет сильным.
— В любом случае, — продолжил Тихомир, — он сможет заменить меня в полях.
— Наш ребенок еще не родился, а ты уже заставляешь его работать…
— Хватит разговоров о работе, — с напускной строгостью прервал их разговор. — Все умываться. Пора есть.
У меня теперь было достаточно зелий, чтобы поддерживать Иляну вне воды несколько недель. По какой-то причине она все еще лежала в ванне в нашем доме, втирая зелье в кожу.
— Что ты делаешь? — спросил у неё. — Думал, Живая Вода и так прекрасно поддерживает тебя. Обычная вода в ванне тебе ничем не поможет, мы это уже выяснили.
— Мне просто нравится ощущение воды на коже. Вместе с зельем и ощущением воды я чувствую себя просто отлично, но мне все равно хочется чувствовать её на своей коже.
— Хорошо, но скоро нужно будет найти тебе занятие по существу.
— По существу? — спросила она. — Что это значит?
— Что-то полезное. Что приносит пользу поселению.
— Я умею замораживать вещи и соблазнять мужчин…
— Как раз думал насчет этого. Кроме этого, в будущем, ты могла бы помочь мне составлять карты окружающих рек. Так сможешь быть в воде и помогать одновременно.
— С удовольствием этим займусь. Я годами заботилась о себе на речных просторах.
Опустившись на землю рядом с ванной.
— Ты когда-нибудь скучаешь по своей семье, Иляна?
Моя нимфа прислонилась к краю ванны и положила голову на руки. Она долго смотрела куда-то в центр комнаты.
— Что такое семья, в сущности? — спросила она, словно размышляя вслух. — Это те, с кем ты растешь? Кто учит тебя, как себя вести, что делать, как жить?
Она помолчала, глядя в воду.
— Или это люди, которые тебя принимают? Которые заботятся о тебе несмотря ни на что? Которые врываются в дома и рискуют жизнью, чтобы украсть то, что может дать тебе лучшую жизнь?
Ее голос стал тише.
— Когда я была одна в той пещере так долго, я представляла, что буду заперта там навсегда. До тех пор, пока ты не спустился сверху, чтобы спасти меня.
— Я не знал, что ты там находишься.
— Да, не знал. Но ты все равно решил помочь мне от туда сбежать, даже если это означало
