боишься?
— Страх — это когда не знаешь, что делаешь. А у меня есть план.
— И один довольно большой… инструмент, — сказала Лара. — Я не против делиться, пока мне достанется очередь.
— Ну что ж, раз я стал предметом торгов, надеюсь, цена будет соответствующая, — ответил ей с усмешкой.
— Не обращайте на меня внимания, — саркастично сказал Кузьма, сидя на спине моей лошади и разрывая лист, разбрасывая его обрывки на тропу позади нас. — Я ничего не слышу…
Поездка через лес прошла довольно быстро и вот мы увидели дыру в заборе, через которую впервые сюда вошли.
Хотя я был уверен, что место теперь заброшено, засохшая трава, разбросанная по сухой земле пятнами, и общее ощущение безжизненности меня насторожили. Воздух здесь казался тяжелее, словно сама земля еще помнила пролитую кровь и страдания рабов.
Но мне хотелось привести сюда своих жен. Я хотел, чтобы они увидели первый кусок вражеской земли, который мы сегодня захватим и расширим княжество. Это был важный момент. Символический. Начало нашей экспансии за пределы родных земель.
Каждое новое поселение под нашим контролем означало не просто расширение территории, но и возможности для развития. Больше ресурсов, больше людей, больше силы. Верига был мелкой сошкой, но его земли это удобный плацдарм для дальнейшего расширения.
Первые отзывы его владельцев оставляли желать лучшего, но от перспектив у меня захватывало дух.
— Какое мрачное место, — сказала Стефания, когда мы спрыгнули с лошадей и она привязала их возле дома. — Надеюсь, ты сжег их тела после убийства.
— Дело в шахте, — проговорила Лара, кивая на вход на противоположной стороне периметра. — Она высосала всю жизнь из земли.
— Земля сможет восстановиться, если мы её закроем?
— Со временем, — ответила Забава. — Навоз тауремов, костная мука… Мы, вероятно, сможем восстановить ее. Просто зависит от того, как глубоко и жадно разрабатывал шахту её предыдущий хозяин. Чем больше забрал, тем дольше восстанавливать и прикладывать сил.
— Мы сможем проверить это чуть позже, — ответил им. — А прямо сейчас нам нужно посмотреть, осталось ли тут что-то ценное? Я почти уверен, что живых врагов здесь не осталось, но давайте держаться вместе для большей безопасности. Да, и оружие держите наготове.
Пока девушки доставали клинки, луки и готовились к поискам, я порылся в инвентаре и достал знамя, которое создал в Комнате Карт на нашей земле.
Я остановился, когда в голову пришла мысль.
— Кузьма.
— Да, Василий?
— Несколько недель назад, когда мы впервые встретились, ты сказал, что поселенческие земли сбрасываются после смерти князя поселения. Почему этого здесь не произошло?
— Только если князь умирает от влияний, не вызванных врагом. Если он решает убить себя или умирает от старости, то земля сбрасывается, но если клинок врага убьет его, земля остается в своем нынешнем состоянии. Вот почему лидеры поселений в первую очередь захватывают земли других. Если бы земля сбрасывалась, нечего было бы захватывать.
Я перешел к центру земли и присел на сухую, растрескавшуюся землю.
Девушки подошли ко мне, когда я резко воткнул знамя, вбил его в грунт и нажал на предложение захватить землю.
Синий квадрат, метр на метр, загорелся под моими ногами.
Затем под квадратом появилась еще одна опция.
Предоставить способности захвата членам поселения?
Я нажал принять, и подсказки исчезли.
Иляна все еще наблюдала за всем с любопытством, пока я тыкал в воздух перед собой.
— Что ты делаешь, здоровяк? — спросила она. — Что случилось с землей?
Я посмотрел на своих жен. Земля под их ногами загорелась синими квадратами.
— Ты тоже это видишь?
— Вижу, — первой ответила Стефания, а остальные девушки просто кивнули.
— Мы захватываем эту землю, — ответил им, вставая и делая шаг влево, еще один синий квадрат загорелся под моими ногами. — Я только что дал вам способность делать это вместе со мной. Будем двигаться кругами от края и сходиться к центру, пока все не будет сделано. Таким образом мы сможем держаться вместе, выполняя это намного быстрее.
Кузьма держал караул, пока мы начали захват территории.
Весь процесс был методичным. Как только мы завершили внешний край, двинулись к центру, идя бок о бок, пока квадраты заполнялись по зоходу нашего движения. Если бы я это делал один, то потратил уйму времени.
Наблюдая за тем, как синие квадраты вспыхивают под ногами жен, я не мог не восхищаться эффективностью системы. Каждый захваченный участок земли ощущался как еще один шаг к расширению. Верига потратил годы на то, чтобы испоганить эту землю, а нам потребуется всего несколько месяцев, чтобы превратить ее в процветающую часть моих земель.
— Думаешь, когда-нибудь будут рассказывать истории о нас? — спросила Стефания, пока мы продолжали ходить по спирали.
— Истории? — спросила Забава. — Какие истории?
— Как легенды о Полесье. Убийство монстров, освобождение рабов, строительство цивилизации… Будущие поселения могут даже смотреть на нас как на героев.
— Конечно, — ответила Лара. — Думаешь, они расскажут историю о том, как храбрый и могучий Князь Василий и его прекрасные, отважные жены ходили кругами, зажигая воображаемые квадраты, чтобы отвоевать поврежденный участок земли, принадлежавший ублюдку и его бандитам?
— Все империи начинались когда-то с малого, — ответил я ей с усмешкой. — Месяц назад я был никем в этом мире. Сейчас у меня земли, поселение, армия и четыре прекрасные жены. Завтра — третья территория под контролем. А что будет через год? Поверьте, то, что мы сейчас делаем, станет легендой.
Слова прозвучали немного самоуверенно, но я действительно так думал. Каждое поселение, которое мы захватываем, каждый враг, которого побеждаем, приближает нас к чему-то большему. Верига был лишь мелкой ступенькой на пути к нашей самостоятельности и силе.
— У меня нет в этом сомнений, — ответила Стефания. — Просто продолжай по чаще повторять, что мы у тебя сексуальные, и я уверена, все будет хорошо.
Остальные девушки засмеялись, а я мог только улыбнуться и покачать головой.
— Ещё и дерзкие, я упоминал эту часть?
— Что такое дерзкий? — спросила Иляна.
— Это как… отношение.
— Тебе это не нравится?
— О, нет, я это обожаю. Никогда не меняйтесь.
В мгновение ока мы вернулись к знамени, стоя вокруг него вместе.
— Вот когда начинается риск.
— Почему? — спросила Стефания.
— Видишь ли, это странно звучит, но когда мы с
