прикрывают блеск глаз.
— Простите за причиненное беспокойство, — вежливо сказал Дик. — Спасибо за помощь.
— Что вы, рыцарь, не стоит благодарности, — светски отмахнулся господин Руст. — Мое участие не полностью бескорыстно. Нита наверняка уже сказала, что мы вас ждали с нетерпением.
Советник придвинул грубо вытесанный круглый табурет и присел напротив кровати.
— Папочка, Дик сказал, что его хотели убить, чтобы не помогал нам, — взволнованно сообщила Анита. — Но ты ведь не отпустишь его? Ты всё равно нам поможешь? — потребовала она заверений у гостя.
— Смотря, что от меня хотят, — честно ответил он. — Выйти сейчас на поединок, конечно, могу… Но победы не обещаю.
— Ниточка, позволь нам с Диком побеседовать наедине. Государственные дела тебе неинтересны. Иди, лучше, к себе. Поспи хоть пару часов.
— Но, папа! Ты ведь разрешил!
— Да. Но лишь пока Дик не пришел в себя. Теперь ему твоя забота больше не нужна. Ты умница, ты очень помогла нам.
Анита недовольно топнула ножкой, понимая, что в этой игре взрослых для нее нет места.
— Спасибо. До завтра. — Когда девочка закрыла дверь, Дик спросил Руста, где они находятся? Это похоже на подземелье или темницу.
— Мы в крепости, — подтвердил советник. — Это самое безопасное сейчас место в городе.
— Вы здесь живете?
— Да, семьи «золотого круга» временно перебрались сюда. Здесь есть роскошное жилое крыло… Завтра сами увидите.
— Что происходит? Просьба о помощи была без подробностей: «Спасите наших детей». И указание места. Даже не знал, что меня ожидает высшее общество.
— Не знаю, как объяснить вкратце, — замялся советник Руст. — В городе заговор. Всем нашим детям, детям золотого круга — самых богатых и уважаемых людей города, грозит неведомая опасность. Их похищают… чтобы шантажировать нас.
— Должен сказать… — Дик попытался сесть прямо, не опираясь на подушку. Руст предупредил его движение:
— Нет-нет, дети ни в чем не замешаны! Наслышан, вы не участвуете в политических интригах… Но прошу выслушать меня, а после, решайте.
— Дальше. Суть заговора.
— Борьба за власть. Замышляется переворот. Мы вольный город, но земли вокруг принадлежат вельможе, который давно хотел бы взять город под свое покровительство. Подозреваю, что это его рук дело, хоть доказательств у меня нет… — советник стиснул переплетенные замком пальцы, уперся в них лбом и ненадолго задумался. Видно, как он пытается справиться с волнением.
— Все говорят о драконе. Будто бы условие отцам города, — подчиниться его власти, или же за наше упрямство заплатят дети «золотого круга», — выдвинул он.
Но я уверен, никакого дракона нет. Кто-то прикрывается удобной маской злодея, чтобы сильней напугать людей. Подозреваю нашего соседа, но… Только факты. В городской совет поступают различные требования. Если мы их не выполняли, в течение недели пропадал кто-то из детей городской знати. После второго похищения мы перебрались в крепость и живем здесь, под охраной.
— Это вы предложили занять оборону здесь? — спросил Дик.
— Да.
— Вы глава совета?
— У главы совета дети давно выросли и сейчас, к счастью, гостят в другом городе, у родных, — раздраженно ответил Руст. — А у меня единственная дочь!
— Дальше. Здесь кто-нибудь пропал?
— Увы… — советник опустил голову. — Мы радовались, что воздвигли между собой и чужаками надежные стены, но после нового требования «дракона», которое совет никак не мог исполнить — оно бесчеловечно! — пропал сын Хвара Кла́реса. Тогда я решил вызвать вас. Мы плели собственные сети, чтобы выяснить, кто ищет власти над нами. Строили заговоры, как помешать ему… Всё напрасно. Каждый наш ход, словно известен ему заранее. А мы не знаем, ни его лица, ни имени, ни к чему он стремится в конце концов! Но теперь, после нескольких провалов наших замыслов и нового похищения, стало очевидно, что в крепости у него есть глаза и уши. Помогите найти того, кто продает наших детей какому-то… не важно, кто он! Мы должны его остановить. Как только дети будут в безопасности, в политике мы разберемся сами!
Дик долго молчал. Господин Ёлин Руст нервничал всё больше. Возможно, ему не верилось, что какой-то мальчишка, несмотря на шумную славу и подвиги, которые приписывает ему молва, способен решить загадку, над которой безуспешно бьются лучшие умы города вот уже третий месяц.
— Нита сказала, здесь был лекарь, — Дик смотрел мимо советника. — По его мнению, когда смогу ходить?
— Дня через три, не раньше, — с такой же отстраненной интонацией ответил Руст.
— Сколько человек в крепости?
— Больше трехсот солдат… их семьи тоже не покидают здание. И дюжина семей «золотого круга», включая отцов города. Нас, например, трое: я, жена и дочь. Есть семьи более многочисленные. К тому же, каждый захватил с собой хотя бы пару верных слуг…
— Широкий круг, — вздохнул Дик. — Кто знает, что я здесь?
— Сейчас, кроме меня и Ниты, только лекарь и двое солдат, которым я доверяю. Они помогли перенести вас с улицы. Но завтра будет знать вся крепость… Сохранить тайну не в нашей власти. В городе бушевал пожар. Вашему спасению немало свидетелей. Слух, что вы в крепости уже ползет по городу. А завтра, с первой молочницей, проникнет и сюда.
— Но в крепости достаточно запасов для осады. Закройте ворота хотя бы на неделю. Никаких торговцев, гостей, родственников. Прибудет официальное посольство от вашего таинственного шантажиста, примем.
— Постараюсь это устроить, — пообещал Руст. — Все наши «заговорщики» сейчас не спят. Переговорю с кем нужно, чтобы крепость закрыли наглухо. Но как быть с гвардией? Они должны дозором объезжать весь город…
— Дайте пароль страже, чтобы гвардейцы самовольно не могли сейчас проходить в крепость. Если враг прячется внутри, надежней способа, чем следить друг за другом, не придумано. Простите… продолжим завтра, если вы не против. С трудом соображаю…
— Я вас оставлю, как только выпьете столовую ложку горькой настойки, — советник Руст взял бутылку со столика у изголовья, где раньше дежурила Нита. — За дверью стоит охрана, те двое, кто уже знает о вас. Вот колокольчик, или просто позовите. Доброй вам ночи…— Ёлин Руст откланялся.
— Скорее, утра, — криво усмехнулся Дик и сполз с подушки. Вместо того чтоб отдыхать, он встал, цепляясь за спинку кровати. Большого труда стоило сделать несколько шагов, но, убедившись, что сапоги,
