своё имя.
Оливия перевела взгляд с меня на Иру и обратно. Я видела в её глазах борьбу. Она хотела наказать меня за платье. Она хотела унизить меня. Но не могла открыто уволить. И тогда она выбрала другой способ.
— Ирина, — сказала она, поворачиваясь к моей коллеге. — Вы назначаетесь исполняющей обязанности начальника отдела кадров. Приступайте сегодня же. Лена, вы будете подчиняться Ирине. Все вопросы — через неё.
Ира открыла рот от удивления.
— Но я... - начала она.
— Вопросы? — холодно перебила Оливия.
— Нет, — Ира сглотнула. — Всё понятно.
Оливия посмотрела на меня с торжествующей улыбкой.
— Надеюсь, вы понимаете, Лена, что ваше поведение может повлиять на вашу карьеру. Если подобные инциденты с дресс-кодом повторятся, мне придётся принять меры. У вас есть шанс исправиться. Я советую вам им воспользоваться.
Она развернулась и вышла, хлопнув дверью. Я сидела за столом и чувствовала, как внутри всё кипит. Она сделала это специально. Она не дала мне повышение из-за платья. Она выбрала Иру, чтобы унизить меня. Чтобы показать, что я ничего не стою.
Ира подошла ко мне и положила руку на плечо.
— Лена, я откажусь. Это нечестно. Она специально так сделала, чтобы тебя задеть.
— Нет, — я посмотрела на неё твёрдым взглядом. — Это твой шанс. Возьми его. Я не позволю ей сломать тебя так же, как она пытается сломать меня.
— Но это несправедливо...
— Мне плевать на справедливость, — я усмехнулась. — Пусть думает, что победила. Но она ошибается. Я не сдамся. Я больше не буду прятаться. Если я уйду, то только по своей воле. А не потому, что она меня выжила.
Я встала. Мне нужно было пройтись. Подышать. Чувствовать, как каблуки стучат по полу. Как платье облегает тело. Как кружево чулок касается кожи. Это напоминало мне, кто я.
Я вышла в коридор и пошла к кулеру. Шла медленно, с достоинством, чувствуя на себе взгляды проходящих коллег. Мужчины оборачивались. Женщины шептались. Я чувствовала, как на меня смотрят, и в этом взглядах не было осуждения — только восхищение, любопытство, желание.
Я почти дошла до кулера, когда из-за угла вышел Роман. Он остановился, увидев меня. Замер.
Его глаза прошлись по мне медленно, смакуя. Он смотрел на мои волосы, на мои губы, на глубокое декольте, на талию, подчёркнутую поясом, на длинные ноги, открытые до колена. На кружево чулок, которое мелькнуло в разрезе платья, когда я повернулась.
Я видела, как его лицо изменилось. Как загорелись глаза. Как на скулах заиграли желваки. Он сжал зубы. Он дышал часто, тяжело.
— Лена, — сказал он хрипло. Голос был низким, напряжённым.
— Роман Сергеевич, — ответила я, глядя на него с вызовом.
Я не отвела взгляд. Я не опустила глаза.
Он шагнул ко мне. Ближе. Ещё ближе. Я чувствовала его запах — дорогой парфюм, смешанный с запахом его кожи. Он был так близко, что я видела, как расширяются его зрачки.
— Зачем ты это делаешь? — прошептал он так, что я почти не слышала. — Ты знаешь, что я не могу смотреть на тебя без желания. Без страсти. Ты сводишь меня с ума, Лена. Ты в этом платье — просто огонь.
— Ты должен был думать об этом, когда флиртовал с Оливией у кулера, — сказала я, и в голосе моём дрожала обида. Слишком откровенно — да. Но он сам начал!.. — Я видела вас. Видела, как ты улыбался ей. Как ты смотрел на неё. Как она касалась тебя.
— Это была ошибка, — сказал он, и его голос был полон отчаяния. — Я пытался забыть тебя, Лена. Ты отказалась. Ты сказала «нет». Ты не захотела меня. А я не умею ждать. Я искал утешения в другом месте.
— Потому что ты предложил мне только секс, — выдохнула я, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. — Ты не предложил мне себя. Ты предложил мне просто тело. А я — не просто тело. У меня есть сердце. И оно разбито.
Он молчал, глядя на меня. Его глаза горели. Он протянул руку, медленно, почти неуверенно, и коснулся моей спины.
Я вздрогнула. Его пальцы были горячими. Он провёл ладонью по моему позвоночнику — от плеч до самой поясницы. Медленно, смакуя каждое движение. Я чувствовала, как по коже пробегают мурашки. Как каждый позвонок отзывается на его прикосновение.
Он задержался на изгибе талии, обхватив меня. Пальцы его сжались, притягивая меня ближе. Я чувствовала его дыхание на своей шее, тёплое, прерывистое. Он опустил руку ниже, к ягодицам, и я ощутила, как платье натягивается на бёдрах, как кружево чулок касается его пальцев.
— Я не могу тебя забыть, — прошептал он прямо в ухо. Голос его был низким, хриплым, полным страсти. — Я вижу тебя каждую ночь, Лена. Твои глаза. Твои губы. Твоё тело. Я просыпаюсь и чувствую твой запах. Ты сводишь меня с ума. Я не знаю, что это за наваждение…
Его рука скользнула ниже, по кружеву чулок, и я почувствовала, как он сжал моё бедро. Сильно, жадно, почти больно. Я вскрикнула, но не от боли — от желания, которое разрывало меня изнутри.
— Я хочу тебя, — прошептал он. — Сейчас. Здесь. Прямо сейчас. Я хочу снять с тебя это платье и целовать до утра. Я хочу чувствовать тебя, Лена. Всю. Прямо сейчас.
Я дрожала. Всё моё тело горело. Я хотела повернуться, обнять его, забыть обо всём — о муже, о работе, об Оливии. Я хотела его губ, его рук, его тела. Я хотела потеряться в нём.
Но я заставила себя отступить. Сделала шаг назад. Его рука соскользнула с моего бедра, и я почувствовала холод, оставшийся на коже.
— Ты не имеешь права, — сказала я, и голос мой дрожал, но был твёрдым. — Ты не имеешь права прикасаться ко мне после того, как флиртовал с ней. Я не игрушка, Роман Сергеевич. Я не буду твоим развлечением на одну ночь, запомни...
— Лена... - он шагнул ко мне.
— Нет, — я выставила ладонь. — Не подходи. Дай мне уйти.
Я развернулась и пошла прочь. Каблуки стучали по полу, отбивая ритм моего сердца. Я чувствовала его взгляд на своей спине, на своих ногах, на своих бёдрах. Он смотрел на меня с такой жадностью, что я боялась, он набросится на меня прямо в коридоре.
Но он не пошёл за мной.
Я дошла до кабинета и закрыла за собой дверь. Прислонилась спиной к стене и выдохнула. Сердце колотилось как бешеное. Я чувствовала его пальцы на своей пояснице, на своих бёдрах. Я чувствовала его дыхание на своей шее.
