древнюю твердыню России, а с другой – как символизирование того, что Петербург свою роль в деле революционной деформации России уже сыграл.
65
На практике для бытия церкви оказалось бы, конечно, более благоприятным формально-либеральное правительство, вовсе не обращающее внимания на церковь, чем обращавшее так, как это делалось.
66
«Любить общечеловека – значит презирать, а то, пожалуй, и ненавидеть стоящего подле настоящего человека» (Достоевский).
67
Марксизм не научен не только потому, что он оставляет описательную точку зрения, свойственную «точной науке», ради нормативной, но и потому, что он смешивает их, что абсолютно недопустимо. Смешение это происходит в форме гипостазирования должного в сущее: напр., трудовая ценность, представляющая собою не что иное, как требование должного, выставляется и толкуется как сущее. Поэтому марксизма ложен и лжив одновременно.
68
Ср. письмо XXX.
69
В чем должно состоять это радикальное преображение, мы этого так и не узнаем; и вообще, тщетно было бы искать у людей этого типа деловых указаний и таких конкретных подробностей, касающихся будущего строя, которые бы выходили за пределы романтического инфантилизма.
70
См. по этому поводу книгу проф. Б. Кистяковского «Социальные науки и право», М. 1916.
71
Члены партии «Земли и Воли», т. е. с.-р. (крестьянская партия) прямо и откровенно поддерживали дворянско-империалистические притязания поляков на Литву, Белоруссию и Украину, называя их «областями, соединенными с Польшей воспоминаниями прошедшего» (Прокламация к «офицерам русских войск от комитета русских офицеров в Польше», «Колокол» за 1862 год, № 147, 15 окт.).
72
Эта черта вообще присущая «писателям» радикальщины. Она проявляется и позже. Напр., в газете «Киевская Мысль» (орган с.-д. меньшевиков) за 1917 год (весна) была помещена статья некоего Яблочкова, который в своем поклонении совету солдатских депутатов не остановился перед тем, чтобы увидеть над головами его членов огненные языки, которые до того были для него «не более как легендой».
73
«Несомненно и признано всеми, что невольничество есть самый лучший исход, которого может пожелать цветной человек, придя в соприкосновение с белою расой; потому что он достается в удел только наиболее развитым и сильным расам; большая же часть их не могут вовсе существовать с Кавказским племенем и вскоре совершенно вымирает» («Библиографический листок» в «Русском слове», за 1864 г.).
74
В Петербургских танцульках комнаты заменены одной общей занавесью, отделяющей железные кровати. Трагедия утопии – ее легкая осуществимость. Ср. нижнее белье из белого холста, «которое раз в месяц моется мылом и щелоком» и играет роль недосягаемого идеала в утопическом «Государстве солнца» (Civitas solis) усердного католика Томмазо Кампанеллы (1611).
75
См. Гершензон «История молодой России», М. 1908, стр. 279–288.
76
В области метафизической этому положению соответствует атомистически-детерминистическая концепция. Поэтому ее и придерживаются российские и всякие иные радикалы. Факт иерархического единства бытия, несмотря на его частично-реальное, но не субстанциальное искажение злом во зле и вызывает революционно-анархическое противостояние, застывшее в своей вечной и нежелающей смягчиться злобе. В среде современная Европы, к которой в данном случае можно отнести и С. С. С. Р., множеству без единства соответствует демократия (сборность), а единству без множества – суверенитет папы и социалистической интеллигенции.
77
Поэтому совершенно правы старообрядцы, обвиняя латинян во всех главных ересях с их производными. К последним надо отнести и дух антропологического революционизма.
78
Под Карфагеном здесь, видимо, понимается Англия. К Альбиону, как «свободному гордому англичанину» (слова самого Печерина), очевидно, не относится осуждение:
Сколько крови ты испил
Сколько царств и сколько злата
В диком чреве поглотил.
В отличие от России, ей, как «Западу», все прощается.
79
«Правила, которыми должны руководствоваться революционеры. Отношение революционера к самому себе.
§ 1. Революционер – человек обреченный. У него нет ни своих интересов, ни дел, ни чувств, ни привязанностей, ни собственности, ни даже имени. Все в нем поглощено единым исключительным интересом, единою мыслью, единою страстью – революцией (Бытоборчество и имяборчество – основы революционного аскетизма, идейного революционизма как предельного искажения личности!).
§ 2. Он в глубине своего существа, не на словах только, а на деле, разорвал всякую связь с гражданским порядком и со всем образованным миром, со всеми законами, приличиями, общественными условиями и нравственностью этого мира. Он для него – враг беспощадный, и если бы он продолжал жить в нем, то для того только, чтобы вернее разрушить его.
§ 3. Революционер презирает всякое доктринерство и отказался от мирской науки (монах сатаны!), предоставляя ее будущим поколениям. Он знает только одну науку – науку разрушения. Для этого и только для этого он изучает теперь механику, физику, химию, пожалуй, медицину (корни революционного утилитаризма!).
§ 4. …Он презирает и ненавидит во всех побуждениях и проявлениях нынешнюю общественную нравственность. Нравственно для него все то, что способствует торжеству революции. Безнравственно и преступно все то, что помешает ему (по видимости панэтизм, а в действительности пананэтизм!).
§ 6. Суровый для себя, он должен быть суровым и для других. Все нежные и изнеживающие чувства дружбы, любви, благодарности и даже самой чести должны быть задавлены в нем единою холодною страстью революционного дела… (Холод – типичный признак диаволизма и единственное качество геенны!)
§ 7. …Революционная страсть, став в нем обыденностью (революционный лжебыт), ежеминутно должна соединяться с холодным расчетом (безлюбовное холодное сердце при горячечной безумной голове!). Всегда и везде он должен быть не то, к чему его побуждают влечения личные, а то, что предписывает ему общий интерес революции (не трудно узнать кантовскую мораль долга, лежащую в основе интеллигентско-революционного панэтизма!).
§ 10. У каждого товарища должно быть под рукою несколько революционеров второго и третьего разряда, т. е. не совсем посвященных (масонский принцип в революционной тактике!).
§ 15. Все это поганое общество (речь идет о всех сословиях Церкви и правительстве) должно быть раздроблено на нисколько категорий: 1-ая категория неотлагаемо осужденных на смерть. Да будет составлен товариществом список таких осужденных по порядку их относительной зловредности для успеха революционного дела, так чтобы
