на носу баркаса, который кружил вокруг форта Ньед. Медленные взмахи весел почти не оставляли следа на воде, но всё равно колыхали плавающие на поверхности лицом вниз раздутые трупы. На всех была униформа цвета морской волны, перепачканная кровью, которая ещё сочилась из тел, и они слегка покачивались. Вода за левым бортом вдруг забурлила: это акулы сражались за труп. Штуцерники, стоящие позади Влоры, прицелились и дали залп в воду. На несколько секунд пенящийся водоворот усилился, затем всё стихло, лишь слабые волны на безмятежной глади бухты подталкивали трупы к берегу.
Раны и ушибы на теле Влоры отзывались то острой, то ноющей болью, она была вся в синяках. По ней словно проскакал табун лошадей. Она полезла в карман за пороховым зарядом и, отщипнув маленькую крупинку, вдохнула её. Швы на ноге перестали пульсировать от боли.
− Это пустая трата времени, − раздался голос у неё за спиной.
− Я не согласен, − ответил второй голос. − Мы можем восстановить стену, не нарушая структурной целостности форта.
− С ума сошёл? У нас нет доступа к магии, которая делала форт таким неприступным. Говорю же, нужно тут всё сровнять с землёй, а потом пригласить лучших каменщиков, которых можно найти за деньги. Форт выйдет даже крепче прежнего. С современными технологиями мы и без магии сделаем стены почти непробиваемыми даже для прямого выстрела.
− Начитался этого идиота Йаддела? − отозвался второй голос. − Современные технологии великолепны, но они не могут сравниться с магией.
− Йаддел − провидец будущего!
− Йаддел − шарлатан.
Влора окинула взглядом стены форта Ньед, отметив три сквозных пролома и по меньшей мере пятнадцать сильных повреждений. Без сомнения, инженеры намётанным глазом увидели ещё больше. Она вздохнула, слушая их спор, и отвернулась к бухте, где около тридцати таких же баркасов бороздили воды, вылавливая трупы крюками и сетями, а солдаты стреляли в акул.
За бухтой, далеко за пределами досягаемости нескольких уцелевших пушек, за плавающими обломками флотилии стояли на якоре остатки дайнизского флота. Моряки сновали на палубах, ремонтируя повреждения. Влора насчитала только восемь крупных боевых кораблей и вдвое больше фрегатов поддержки.
После разгрома дайнизской армии от Ка-Седиаля не было никаких вестей. Никаких белых флагов и предложений о мире. Даже запроса обменять убитых и раненых. Дайнизский флот просто ждал, и Влора ловила себя на том, что молчание нервирует.
Она попыталась выбросить всё это из головы, по крайней мере, на какое-то время. Вчера вечером они выиграли очень тяжёлую битву, и она позволила себе улыбнуться. Меланхолия через несколько дней пройдёт, и она снова будет думать о текущих проблемах действующей армии − обеспечение продовольствием, жильём, жалованьем и о наборе людей, чтобы восстановить численность бригады.
Она хмуро посмотрела на причалы Лэндфолла и дым, который ещё поднимался над уничтоженными кораблями. Десятки судов сгорели полностью, пожар не коснулся лишь немногих. Нескольких судоходных компаний неминуемо обанкротятся. К счастью, Влору всё это не касается.
Рассеянно скользнув взглядом по форту и окрестностям, Влора вдруг заметила тело, выброшенное на берег недалеко от дамбы, соединяющей форт Ньед с сушей.
− Туда, − велела она гребцам.
− Но, мэм, − сказал инженер, − мы ещё не закончили осматривать форт.
− Продолжите, когда высадите меня. Вечером мне нужен полный отчёт от каждого.
Зная, что под обломками и телами рыщут акулы, она подождала, пока баркас достигнет отмели, и только тогда прыгнула в воду. Выбравшись на берег, она упала на колени рядом с телом.
Это был огромный мужчина с мокрой тёмной бородой и в пёстрой одежде. Плечи всё ещё окутывали лохмотья медвежьей шкуры. Лицо было смертельно бледным, грудь не шевелилась.
− Проклятье, Валленсиан, − пробормотала Влора. Повидав целое море мёртвых тел, она только сейчас по-настоящему ужаснулась. − Ты был единственным порядочным человеком во всем этом проклятом городе.
Она окликнула ближайший отряд из гарнизона, который сортировал трупы по униформе. К ней подошёл бритоголовый уродливый сержант. На спине он нёс пику с крюком.
− Чем могу быть полезен, мэм?
− Это из моих людей. Пусть его положат в морг с другими офицерами штуцерников.
Нахмурившись, сержант внимательно посмотрел на тело.
− Воля ваша, мэм, но мне кажется, что не стоит помещать его в морг.
− Почему?
Сержант достал из кармана зеркальце и, опустившись на колени, поднёс его к носу Валленсиана. Зеркальце слегка запотело.
− Потому что он не мёртв.
Влору захлестнула волна облегчения. Наконец-то хорошие новости.
− Он почти захлебнулся. Приведите врача. Живо!
Сержант поспешно удалился, а Влора склонилась над Валленсианом, пытаясь уловить хоть малейшее движение груди. Если сидеть очень тихо и присмотреться, то оно заметно.
− Твой корабль врезался в дайнизский, а потом тебе удалось уплыть против прилива. Ты окаянный тяжеловоз!
Вскоре прибыл один из гарнизонных врачей с помощниками. Он осторожно прокачал лёгкие Валленсиана с помощью стеклянной трубки, а потом барона на носилках отнесли в форт Ньед. Влора осталась на берегу, убеждая себя, что должна пойти с ними и узнать, выживет ли он, но ей не хотелось стать свидетельницей его смерти, если он умрёт.
Тени начали удлиняться. Знакомый запах табака Влора почуяла ещё до того, как услышала хруст сапог по гравию. Она обернулась. Олем осторожно пробирался по камням. Голова забинтована, рука висит на перевязи.
− Рада видеть, что ты на ногах, − сказала Влора.
− А я тебя не рад видеть на ногах. Тебе нужно отдохнуть.
− У меня есть работа.
− Стоять и смотреть на трупы?
Влора фыркнула. Ей хотелось взять Олема за руку, уйти в гостиницу на плато и провести с ним пару ближайших недель, приходя в себя в объятиях друг друга.
− Я отправилась с инженерами осмотреть Ньед с воды.
− И?
− Выглядит не очень. Есть новости от дайнизов?
− Ни звука. Я надеялся, что ты заметила какие-то признаки того, что они готовы к переговорам.
Влора снова повернулась к океану. Корабли дайнизов безмолвной угрозой маячили вдали, словно подбивая несгоревшие корабли в порту броситься за ними в погоню.
− Я ничего не слышала. Есть отчёты о потерях?
− Три с половиной тысячи раненых, семьсот убитых.
− Я ожидала, что будет хуже, − встрепенулась Влора.
− Это только среди штуцерников, − кисло добавил Олем.
− О...
У Влоры упало сердце. Это значит, что остались невредимыми только несколько сотен её солдат. Раненые будут выздоравливать в лучшем случае несколько недель, и многие всё равно умрут из-за ран, инфекций
