или потери крови.
− А гарнизон?
− Гарнизону пришлось туго, − протянул Олем. − Раненых у них меньше, чем у нас, но убитых около восьми тысяч. Они не привыкли к таким боям.
− К таким боям никто не привык, − покачала головой Влора. − Я никогда не видела ничего подобного. Солдат было не сломить, даже если мы заваливали их трупами. Пару часов назад я видела Ка-Поэль. Она сказала, что это благодаря магии крови, которую распространяли человек шесть всевидящих. На корабле, в который врезался Валленсиан, наверное, находился один из самых сильных колдунов, и с его смертью чары с солдат слетели.
− Ну хоть одна загадка решилась.
− Не очень-то мне нравится это решение. Вся моя подготовка... Бездна, вся адроанская стратегия основана на том, чтобы сломить хуже обученного врага. Если врага не сломить, то как нам его победить?
− Вчера мы победили.
− С трудом.
− Ка-Поэль может повторить магию дайнизов?
− Способностей у неё точно хватит, но она не обучена должным образом. Она может только то, чему сама научилась, и говорит, что даже не задумывалась над тем, как заколдовать десять тысяч человек. Сейчас она полностью сосредоточена на богокамне.
− И что?
Олем затушил сигарету и со стоном опустился на песок рядом с Влорой.
− Что? − Влора разочарованно пожала плечами. − Мы же не избранные. Двое избранных черношляпников не хотят приближаться к этой штуковине. Мы не знаем, что это такое и как действует. Я даже думать об этом не хочу. − Она взялась за голову и потёрла глаза. − Кстати, о черношляпниках...
− Мы не знаем, куда они подевались, − ответил Олем. − Я разослал всадников. Скорее всего, Линдет отошла на безопасное расстояние и вернётся в город, как только узнает, что мы выиграли.
− И приведёт с собой тысячи разъярённых вооружённых людей. − Влора стиснула зубы. Хватит ли у неё сил для борьбы за власть сразу после сражения? − Я убью её, но не подпущу к богокамню.
− Она об этом знает?
− Я ей сказала, когда пыталась арестовать.
− Значит, застать её врасплох не получится. − Олем швырнул окурок в воду. − Я видел, как Валленсиана несли в форт. Мне сказали, что он ещё жив.
− Пока что, − ответила Влора.
− Пойду его проведаю. Найдёшь меня, когда надоест смотреть на сортировку трупов.
Влора помогла Олему подняться и проводила взглядом до форта, а потом попыталась взять себя в руки. Семьсот человек погибло. Столько имён не запомнить, но она прочитает списки, прежде чем их похоронят. Может, они умирали, ненавидя её за то, что она послала их на дайнизов?
− Они знали, чем рискуют. Они нанимались служить за деньги, − сказала она себе. − Ты же не новобранцев бросила в битву. Ты привела лучших в мире стрелков, и только поэтому большинство из нас ещё живы.
Где-то на берегу солдаты гарнизона развели костёр из плавника. Для мёртвых дайнизов − костёр. Для штуцерников и солдат гарнизона − сыра земля. Вот цена победы.
Цена спасения города с миллионным населением.
Глава 65
Стайк лежал на спине в высокой траве фатрастанской поймы и смотрел в голубое безоблачное небо, размышляя о событиях последних двух недель. Слева на кого-то орала Ибана. Стайк даже не представлял, на кого, потому что уцелевшие уланы либо лежали в лазарете, либо грабили в городе арсеналы черношляпников. Он уже представил выражение лица Фиделиса Джеса, когда тот обнаружит, сколько барахла успели украсть уланы до возвращения в город черношляпников, но тут вспомнил, что голова Джеса лежит в мешке, который, наверное, до сих пор приторочен к седлу Ибаны.
Эти мысли вызвали у Стайка улыбку. Неопознанный труп Джеса, наверное, уже горит на общем погребальном костре к югу от города вместе с тысячами других. Достойный конец для человека, который всю жизнь стремился к тому, чтобы все его знали и боялись.
− Чему улыбаешься?
Стайк повернул голову. Рядом с невозмутимым видом стояла Ибана, уперев руки в бока.
− Думаю о Джесе, − ответил он.
− Ну конечно, о чем же ещё. Кстати, голова уже начинает вонять. Что ты собираешься с ней делать?
− Не будет ли слишком пошло насадить её на пику и завтра весь день скакать по Лэндфоллу?
− На мой взгляд, вполне приемлемо. Кстати, у нас проблемы.
Стайк сел, борясь с коротким приступом головокружения.
− В чем дело?
− «Бешеных улан» всегда было три сотни. Вчера нас выехало двести сорок три, а сейчас осталось чуть больше ста пятидесяти. Где мы найдём ещё людей?
− Это твоя работа.
− Бездна, да.
Ибана принялась расхаживать туда-сюда.
− А знаешь, кавалерия у «Штуцерников» весьма недурна, − заметила она, остановившись.
− Даже не знаю, что с тобой сделает Флинт, если обнаружит, что ты вербуешь её людей. И я не стану её винить.
− Да ну? − фыркнула Ибана.
− Хочешь с ней сразиться?
− Э... нет.
Стайк повернулся, чувствуя, как что-то щёлкает и хрустит в позвоночнике, и снова улёгся на мягкой траве. Снял кольцо и покрутил между пальцев, изучая потёртости и царапины на серебре, по большей части слишком глубокие, чтобы отполировать.
− И не думай. Ищи людей в другом месте. Кстати, как насчёт тех черношляпников, которые сражались вместе с нами? Присмотрись к ним, может, среди них есть смелые ребята.
Он снова надел кольцо.
− Можно попробовать подкатить к их избранным, − задумчиво произнесла Ибана. − У нас не было избранных после... Забыла её имя.
− Джейн? Джейм? − предположил Стайк. − Я тоже не помню. Бездна, она была красоткой.
Ибана пнула его под ребра. Он со смехом схватился за грудь и почувствовал, что от резкого движения лопнула пара швов на плече. Скосив глаза на рубашку, заметил новое пятно крови и снова уставился в небо.
− Какой бездны ты тут лежишь? − спросила Ибана.
− Здесь не воняет горелыми трупами, − ответил Стайк.
Это была правда. Но кроме того, тут так мирно, ни одно облачко не омрачает небо, и впервые за десять лет можно просто лежать и ничего не делать. К тому же он весь изранен, больно шевелиться.
− Бен!
Стайк попытался сесть, но Селина снова повалила его, обняла за шею и стиснула так, что у неё покраснело лицо. Стайк
