тонущий нацистский корабль один за другим стали покидать фашистские сателлиты – Румыния, Болгария, Словакия, Финляндия – все они переходили на сторону союзников, нанося Третьему рейху один удар в спину за другим. Настроения внутри самой Германии царили исключительно пораженческие, никто больше не хотел воевать – особенно за Гитлера, но война продолжалась. Поразительно, однако, что при сложившихся военно-политических обстоятельствах Третий рейх смог не только дожить до Рождества, но и разгромить американские войска в Арденнах, а затем протянуть почти до лета следующего 1945 года. Невероятно парадоксальным был этот нацистский режим в Германии.
Военно-политическое руководство СССР отнеслось к подготовке летней кампании 1944 года с такой тщательностью, будто это была отдельная, новая, война. В Москве также, вероятно, намеревались закончить Вторую мировую войну до конца 1944 года, а также добиться крупных геополитических изменений в освобожденной от нацистов Европе. Англо-американо-советским союзникам предстоял сложный год – разгромить вместе нацистов и разделить сообща Европу. При этом между ними сохранялись серьезные идеологические противоречия. Достичь военных целей они до конца 1944 года не смогли, но найти понимание по политическим вопросам в значительной мере оказалось возможно. Четвертого февраля 1945 года начала свою работу Ялтинская конференция, в ходе которой Великобритании, США и СССР удалось в общих чертах договориться о послевоенном мировом порядке.
Однако вернемся к планам СССР касаемо летней кампании 1944 года. Поздней осенью, зимой и ранней весной боевые действия на Восточном фронте обычно сильно ограничивались, поскольку у обеих сторон не имелось технических средств для активных наступательных действий. Ни у советской, ни у немецкой армии не было достаточного количества вездеходного транспорта, чтобы преодолеть распутицу и снег, а потому активные наступательные действия велись только при хорошей погоде, приблизительно с мая по октябрь, когда колесный и гужевой транспорт мог передвигаться по советским дорогам. Но осенью 1943 года ситуация на Восточном фронте изменилась. Красная Армия к этому времени получила большое количество вездеходного транспорта из США. Полноприводной трехосный грузовик «студебекер» отличался невероятной для того времени проходимостью и значительной грузоподъемностью. Советские войска обзавелись колесами, которые везли ее при любой погоде, по грязи и по снегу. Именно «студебекеры» сделали возможным осеннее наступление Красной Армии на Правобережной Украине и взятие Киева. Получив достаточное количество вездеходного автотранспорта, советские войска не перестали вести активные наступательные действия зимой и весной 1944 года. Они серьезно потеснили части вермахта на северном участке фронта в районе Ленинграда и на южном участке фронта, выбив германские войска из Крыма и Одессы. Иными словами, стратегическая инициатива на Восточном фронте полностью перешла к Красной Армии, а все попытки гитлеровцев организовать стабильную линию обороны в СССР терпели неудачу, Восточный фронт постоянно трещал, то тут, то там.
Летом 1944 года советское командование намеревалось устроить на Восточном фронте блицкриг, сравнимый с немецким планом «Барбаросса» 1941 года. Это был невероятно амбициозный план, поскольку вермахт все еще считался лучшей армией в мире, а возможности нанести удар неожиданно, как это немцы сделали 22 июня 1941 года, у Красной Армии не имелось. Советский блицкриг начался 22 июня 1944 года (в годовщину нападения нацистской Германии на СССР), а уже в конце января 1945 года передовые части Красной Армии захватили плацдарм на левом берегу реки Одер, в 60 километрах от Берлина. Таким образом, советские войска прошли с боями за 6 месяцев почти 1,5 тысячи километров тем же путем, что и вермахт в 1941 году, – через Белоруссию. Немецкая армия в 1941 году за 5 месяцев преодолела тысячу километров и была остановлена в 50 километрах от Москвы… навсегда. Красная Армия в 1944 году за 6 месяцев покрыла расстояние в 1,5 тысячи километров и остановилась под Берлином зимой 1945 года, но только для того, чтобы передохнуть и подтянуть тылы, а через три месяца добила «фашистского зверя», как писала пропаганда того времени, в его «фашистском логове».
Германское командование неправильно предположило направление главного удара Красной Армии летом 1944 года, что стало результатом грандиозной операции по дезинформации, проведенной советской разведкой, а также крайней слабости немецкой разведки в то время. Генеральный штаб вермахта полагал, что Красная Армия продолжит развивать успех на южном участке Восточного фронта, на Украине, где советские войска уже во многих местах вышли к довоенной границе. Уже была освобождена практически вся Украина, в то время как Белоруссия почти полностью оставалась оккупированной. Германское командование опасалось, что Красная Армия начнет наступление на Украине, продвинется далеко вперед, после чего повернет на север и в Белоруссии отрежет немецкие войска от основных сил. Гитлер был согласен с выводами Генерального штаба, поскольку, как обычно, больше руководствовался геополитическими рассуждениями, нежели чисто военными расчетами. Он считал, что русские будут рваться к румынской нефти, а потому предпримут наступление на Украине. На Восточном фронте к лету 1944 года образовался так называемый «Белорусский балкон» – довольно большой выступ, вдающийся глубоко в советскую территорию. По логике германского командования русские могли попытаться отрезать выступ, продвигаясь по соседней Украине. Проведение широкомасштабного наступления в самой Белоруссии считалось маловероятным из-за условий местности – болотистой и в общем неподходящей для развертывания крупных танковых сил. Красная Армия, однако, нанесла главный удар именно в Белоруссии, там, где и местность была неподходящей… и где ее не ждали.
Советское наступление в Белоруссии состоялось 22 июня 1944 года, в третью годовщину вторжения вермахта в СССР. Для немецкой армии оно стало полной неожиданностью. Командующий группой армий «Центр» фельдмаршал Буш находился на тот момент в отпуске, настолько никто не предполагал, что русские предпримут что-то в Белоруссии. Немецкая оборона в болотистой и лесистой местности крепко держалась почти год, еще с летней кампании 1943 года, хотя части Красной Армии неоднократно пытались прорваться на этом участке Восточного фронта. За это время здесь было создано большое количество укреплений, а потому в немецком Генеральном штабе за судьбу группы армий «Центр» не сильно тревожились. В результате у вермахта в Белоруссии практически не имелось никаких подвижных резервов, с авиацией была полная катастрофа – в строю осталось всего 40 рабочих самолетов, остальные перебросили на защиту Рейха. Удар наступающих советских частей был невероятной силы, численное превосходство Красной Армии в бронетехнике было колоссальным, в авиации – тотальным. С таким перевесом сил вермахту на Восточном фронте еще не приходилось сталкиваться. Германская оборона в Белоруссии рухнула практически сразу. Уже через 10 дней после начала советского наступления гитлеровцам пришлось оставить Минск. Немецкие войска стремительно отходили, пытаясь избежать окружения. В какой-то момент организованное отступление группы армий «Центр» превратилось в паническое бегство, остановить которое
