время мы сможем придумать еще какие-нибудь варианты. — Поддержал я супругу.
Мне больше не хотелось безрезультатных активных действий угрожающих не столько нам, сколько сыну. Мы были вправе рассчитывать на маленькое чудо за наше терпение. Вариант с похищением Дарика, вышедшего на улицы города, показался мне наиболее исполнимым. Теперь мы представляли себе некоторые возможности кочевников, и главным козырем против них являлся фактор внезапности.
— Я, конечно, выберу вариант большинства. — Начал издалека змей. — Вы родители и я понимаю ваш страх, что мы можем все испортить, но тут существует определенная временная причина, согласно которой нужно действовать либо сразу, либо отложить дело на потом, чтобы дать противнику потерять бдительность. Мы возбудили любопытство и нас определенно ждут. Если нагрянем сейчас, не дадим им подготовиться. Нагрянем через неделю, попадем в ловушку. Через пару месяцев они могут решить, что мы отказались от борьбы и расслабятся.
— Я не проживу без сына ещё два месяца. — Призналась Ляля со слезами в голосе.
— И какой у тебя план на случай нападения прямо сейчас? — Спросил я у нашего полководца.
— Внутрь аномалии самим попадать не желательно, можем не вырваться. Значит надо устроить ловушку на Дарика и сделать так, чтобы он в нее попался. — Предложил змей.
— Звучит интересно, но чисто технически мне совершенно непонятно, как это сделать. — Признался я. — Мы ведь понятия не имеем, где находится наш сын конкретно. Он может быть одновременно и здесь, и в другом месте, потому что аномалия специально путает потенциальных агрессоров. Им есть от кого прятаться.
— Я смотрю, счастливая семейная жизнь наложила отпечаток на воодушевление неизведанным. — Поддел нас с Лялей пресмыкающийся друг.
— Да, мы воодушевлялись совсем другим. — Произнесла Ляля. — Семья — это тоже аномалия, созданная внутри большого мира.
— Хм, с такого ракурса я не рассматривал ваш союз. — Усмехнулся змей. — Ладно, поясню свой план подробнее и он довольно дерзок, приготовьтесь. — Антош плотнее обжал меня кольцами своего холодного тела. — Мы похитим всех рабов в учебном заведении. Сделаем это быстро, пока их хозяева не успели ничего понять. Представьте себе, работа всей инфраструктуры без рабов остановится. Естественно, они кинутся за ними и вскроют свои умения и людей, которые обеспечивают безопасность аномалии. Нам придется взять одного из них в заложники и выведать, как безопасно вытащить Дарика. — Он замолчал.
— Не знаю, на мой взгляд, из нас получатся никудышные выбивальщики информации. Мы же не станет его пытать, если он не захочет отвечать нам? — С сомнением в голосе спросила моя кошка.
— Насилие не наш метод. — Согласился змей. — Просто пообещаем ему, что он отправится в аномалию, в которой его ждут освобожденные нами рабы. Уверен, этого он совсем не захочет. Ведь нет ничего справедливее, чем заслуженное отношение. А если он нам поможет, мы пообещаем ему защиту от преследования соотечественниками.
— Ты становишься умелым интриганом. — Заметил я. — План, наверное, хорош, если только эти люди не играют командой.
— Узнаем в процессе. — Змей ослабил кольца и сполз на землю. — Плохие люди любят индивидуализм, выпячивание себя над остальными, даже необоснованное. Если мы встретим таких, то это удача, если нет, попробуем договориться.
— Надеюсь, Антош, ты представляешь, что нас ждет, потому что я совершенно не представляю. Могу взять на себя чисто технические вещи, такие, как перетаскивание рабов в другой мир, и Ляля тоже этим займется. А ты уж сам кумекай над общей стратегией, чтобы мы тебе ничего не испортили.
— Именно это я и хотел предложить, что лишний раз подтверждает, что мы команда, в которой все находятся на своих местах. — Довольно произнес Антош. — Я отправляюсь осмотреть здешнее поместье и вернусь, как только хорошо его изучу.
— Мысленно? — Предположил я.
— Разумеется. Охраняйте мое тело, пока я не вернусь.
Антош скрутился пирамидкой и закрыл глаза. Я подождал несколько секунд, обычно ему хватало этого времени, чтобы выбраться из тела и отправиться гулять свободным сознанием.
— Как тебе план? — спросил я у жены.
— Я нахожусь в таком состоянии, Жорж, что с трудом соображаю. Мне кажется, что все, что мы делаем для спасения сына, все неправильно. У меня нет больше ощущения, что мы скоро встретимся с ним, будто судьба решила избавить нас от ненастоящего родительства. — Ляля прижалась ко мне и всхлипнула. — Как он там без нас, бедненький.
— Не раскисай. — Я погладил ее по коленке. — Змей прав, мы с тобой размякли в нашей счастливой семейной жизни. Видимо, судьба решила сделать нам зарядку.
— Зачем это ей?
— Не знаю. Думаю, у нее на нас имеются планы, о которых мы не догадываемся, вот и решила взбодрить, привести в тонус.
— Я хочу тихого семейного счастья. — Шёпотом произнесла Ляля. — Тсс. — Неожиданно прошипела она и заводила ушами по сторонам.
Я тоже услышал шаги и накинул Ляле на голову капюшон. Она натянула на лицо повязку. Из проулка появились трое местных с животным на поводке, отдаленно напоминающем крысу, но сильно сутулую и раза в четыре больше земной. Животное обнюхивало землю, тыкаясь в нее острым носом.
— Эта была. — Мужчина указал рукой на Лялю. — Никакая она не хьюкош и денег у нее валом.
Это был тот самый продавец, у которого она покупала воду и еду. Наши надежды на то, что он поленится интересоваться нами, не оправдались. Двое мужчин бодро направились к нам. Я встал и закрыл Лялю собой.
— Что вам надо? — спросил я строго.
— Пшёл вон, неполноценный. — Мужчина попытался оттолкнуть меня в сторону.
Я уже понял, что просто так эта история не закончится. Сбежать по-быстрому мы не могли из-за тела Антоша, которое велено было охранять. Толкнуть себя я не позволил, уклонился от его руки. Мужчина чуть не упал и рассвирепел. Он кинулся на меня с кулаками, но уперся лицом в ствол пистолета. Ляля вышла из-за меня держа второго негодяя на мушке. Торговец, оценив расклад, мгновенно спылил.
— На колени, живо. — Приказал я нападавшим. — Ваша жизнь для меня не стоит ничего. Я могу убить вас ради удовольствия.
Мои угрозы, сказанные искренне, мужчины восприняли правильно и встали на колени. От раба с пистолетом можно ждать что угодно, кроме милосердия.
— Что вы хотели от нас? — Поинтересовался я. — Денег?
— Маракай сказал, что женщина в пустынной одежде не хьюкош, и у нее много денег. Мы решили, что если найдем вас, то сможем ограбить без всякого преследования со стороны властей.
— Что за хьюкош? — Спросила Ляля.
— Это мы. Наш народ так называется. — Произнес второй, удивленно разглядывая нас. — Вы откуда?
— Откуда надо. — Грубо оборвал я его. — Ваш Маракай поднимет панику теперь? Куда он может пойти?
— Никуда ему
