Ты же предпочитаешь, когда цветов много. И для старших придется что-то собрать, хотя у них дисциплинарных часов за последний месяц какое-то рекордное количество, — ворчал Крис... Притом что ни единый цветочек не утратил своего свойства, когда ребенок брал его в руки, — и откуда у него такое большое сердце?
Но его перебивал Люк, который эти утром, к ужасу князя, готовил его фрак к выходу. И ведь не спалил!
— Зачем нам с парнями бабские цветики? Мы лучше поедем на каникулы к леди Вант. Там большой город. На Эльсаире вообще много больших городов. Повеселимся.
Если их дружная четверка увяжется за Сесилией, то она, возможно, научится наконец повышать голос. Хотя леди же как-то справлялась с ними раньше… Сейчас она обнимала Тобиаса, обнимала Люка, а снизу к ней прибились Яль, Рон, Бенджи и Морри. То есть и девочки скоро подтянутся.
— Все хорошо, дорогая? — дыхнул мне в ухо Крис.
Я кивнула. Как еще описать состояние, когда ты находишься с теми, кого любишь, и там, где ты хочешь быть?
Эта жуткая музыка, мрачноватая церковь, почти вросшая в холм (Крис не захотел жениться на территории замка). Как это все нашло меня?
За алтарем уходил в небо узкий стрельчатый оконный проём, больше напоминающий копьё. Боковые окна — скорее, щели, чем окна — они почти не пропускали света. В этой церквушке, должно быть, царили вечная полутьма и сырость, но сегодня в металлические кольца на стенах вставили «живые огни». Лампадки, с частицами настоящего света. Они же мерцали на полу (подальше от детей) и на крайних скамьях.
Ученики нестройно запели школьный гимн, который вполне подходил и этой церкви, и этой церемонии. Мы с Крисом уже приблизились к алтарному возвышению — каменному постаменту, увенчанному сверху потемневшими от времени крыльями Богини
Мое платье, щедро украшенное стеклярусом и перламутром… О, это отдельная история, как мы его выбирали. Я не хотела идти в новеньком и наспех подогнанном. Крис не желал видеть меня в наряде кого-то из женщин его семьи. В итоге мы остановились на белом платье, которое для меня (!) шили наши девочки к школьному маскараду. Так вышло, что они готовили наряд привидения… Это платье сверкало в старой часовне, как полнейшая дикость, делая неуместной и всю меня… Кристиан, будто подслушав, впился в губы властным и абсолютно не регламентированным поцелуем.
Сверху загрохотало:
— Солвера!
— Корделис!
— Унитор!
Позади нас, немножко слева, обнимались Гаэль и Ария... Мало или много они подходили друг другу? Мы с Крисом пять лет назад тоже не совпадали почти ни в чем.
Трой стоял со стороны Кристиана. Ясмина — с моей. Я не сомневалась, что они улыбались и переглядывались. Кристиан достал из кармана фрака кожаный футляр. Раскрыл. Два узких обсидиановых кольца были лишены каких-либо украшательств, но они тоже горели внутри темным теплым огнем.
Кернан заговорил низким и отлично поставленным голосом:
— Суб кусто́дия лю́мен эт у́мбре дона́те,
Ко́рда эк конью́нгант вир ама́нс эт фе́мина ама́нс.
(Под присмотром дарованных им света и тьмы// Да соединят сердца этот любящий мужчина и любящая женщина)
Я чуть не отпрянула, но Крис держал крепко, — это от алтаря отделилась белая пушистая горная овчарка средних размеров, раскрыв пасть и держа наши кольца на двух нижних клыках. Теперь можно не гадать, куда же пропал Аргус.
Мои пальцы дрожали, когда Крис надевал кольцо. Его — разумеется, нет. Так же спокойно он надел и свое. Все взгляды устремились на алтарь, где Богиня должна была явить нам знак, что нас услышали.
Обычно в этот момент просто поджигали фейерверк. Но для сильного мага, такого как Крис, не зазорно проявить тщеславие и подождать, явится знамение или нет.
Он спокойно разглядывал мозаику за алтарем, я же уставилась в пол. Вдова, без репутации, без времени на траур…
Сзади нас раздались вздохи и даже свист. Краем глаза показалось, что каменные крылья шевельнулись. Я ошиблась. Это из-за алтаря поднялся черно-белый фрегат и медленно воспарил вверх.
Это невозможно. Без ветра самка не могла бы взлететь, да еще с плоской поверхности… А наверху, хоть и имелось отверстие вместо купола, но она убьется, поранив крылья. Их размах таков, что надо полностью снести крышу… Два гигантских заостренных крыла прошли сквозь камень, вынося фрегата в усыпанное тучами небо.
На прощанье птица издала немелодичные гортанное «крэк-крэк», под стать нашему музыкальному сопровождению.
— Ого, — сказал Трой. — Вот это парус… Целуйтесь. Не отвлекайтесь.
Сзади тем временем нарастал шум. Я оглянулась. По проходу в нашу сторону, шустро перебирая клешнями, боком-боком, двигалась дюжина белесых крабов.
— Простите, — взвыл Люк. — Ведерко опрокинулось, я наловил их к ужину. Угостить княгиню. Только на второе ведро не наступите… Оно как раз сзади…. Ааааа…
— Ааааа, — заголосила я, сообразив, что крабики нацелились не в суп, а на мое свадебно-маскарадное платье. — Кристиан!
— Да, любимая, — отозвался Легран, подхватывая меня на руки и награждая поцелуем под крики, визг и аплодисменты. — Продолжим на свежем воздухе?
… С тобой я готова продолжать где угодно, — следовало ответить мне. Но рядом уже отирался Бенджи, в животе которого урчало, а Люк оттеснил нас с места, собирая своих крабов голыми руками.
— Идемте кормить детвору, князь, — вздохнула я, целуя его в подбородок.
Снаружи как раз хлынул ливень. Дети с писком ныряли в тот портал, который оказывался ближе. Я прижималась к Крису и прятала смеющееся лицо у него на груди. Праздник начался.
Эпилог I
Неделю спустя
Шесть магов пристально смотрели на одну женщину.
У нее все получится, обязано получиться. Ни один из нас не колебался… Вот даже взять меня. Я сталкивалась с Источниками и могла убедиться, насколько они взбаламошны. Охотно подчинялись только грубой силе и железной воле своего мага-оборотня. Однако Сесилия выглядела как человек, который отвечает за каждый свой шаг и никогда не ошибается… Мне повезло, что я не умела читать мысли.
Неуверенность хотя бы одного из нас способна нарушить ход ритуала. Кристиан же, напротив, не принимал в нем участия, а лишь следил, чтобы энергия пошла по заданной траектории. Если бы мы не потянули, или Источники заартачились, он бы перевел всплеск на себя. Опять-таки, никто из нас не сомневался, что он справится.
Сесилия стояла на узких мостах, уходивших в озерцо, образованное Источниками. Мы видели только ее спину. Но, судя по осанке, мирта не изменяла и выражению лица — этакому благожелательному упорству, которое будет преследовать тебя всюду, пока не нанесет пользу.
Я ждала какого-то знака. Что она возденет руки,
