рыночные лотки и распугивая покупателей и владельцев магазинов. А потом подплывут акулы. Если расчёты Кати верны, а составленная ею карта точна, то бóльшая часть города будет затоплена к минуте закрытия ворот. Не пострадают только верхние этажи и жилища неигровых персонажей.
Наводнения, взрывы, акулы, мобы из всяких других мест появятся внезапно, озлобленные, разрушающие и… совершенно не там, где предполагалось.
Зев: «Боже правый, Карл! Люди в ярости. Они видят совсем не то, что вы обещали».
Зев оставила старания сохранять сходство с добрыми рядовыми гражданами, а сделалась откровенной партийной деятельницей.
Карл: «Я ничего не обещал».
Зев: «Если вы наполните Ларракос водой и мобами, это приведёт к гибели всех неигровых персонажей. Рынки будут затоплены. Наёмники погибнут. Если вы убьёте НПС в баре, доступ в клуб «Десперадо будет перекрыт. Спонсоры не смогут войти туда, чтобы сделать ставки. Не попадут на рынки, чтобы приобрести магическую амуницию. «Борант» зависит от этих денег. Спонсорам нужно, чтобы рынок снаряжал их бойцов».
Карл: «Ну, я не сомневаюсь, что с этим они сладят. Вода быстро сольётся. Может быть, нормализация положения займёт несколько дней, раз в процессе будут участвовать акулы, но и в этом нет ничего убийственного».
Зев: «Нет, Карл. И вы сами понимаете, что так не годится. Мы не можем увеличивать число неигровых работников сразу после создания этажа. Ладно мобы, но НПС? В правилах записан такой пункт. Мы не станем менять владельцев торговых точек. Рынок продовольствия для бойцов расположен там же».
Естественно, всё это мне было известно. То-то и оно!
Карл: «Вот даже как? Ну простите, виноват».
Зев: «Если люди захотят исправить положение, им нужно будет добиться того, чтобы Синдикат поставил данный вопрос на голосование. А там голосований не хотят. А если бы и согласились, то им пришлось бы обратиться за содействием к ИИ, чего уже не будет. Вся система уже раскручивается по спирали, и в этом году впервые эта стадия наступает так рано».
Я сегодня убил людей. Множество невиновных людей.
Но они все – неигровые персонажи. Среди них нет бывших обходчиков, вот что было для меня особенно важно. Бывшие обходчики с контрактами, такие как Мордекай, – это ценные граждане. Хозяева не позволяют им гибнуть зря в городе, который разрушается ежегодно. Впрочем, у меня не было красивого оправдания для того, что я сегодня совершил.
Времени для моральных дискуссий не было тоже. Я оказывал организаторам услугу. А когда нравственные страдания, как это было в случае с маленькой Бонни, почти ломали мою решимость, я всё-таки не забывал, что спасаю этих НПС от ужасов кровавого конфликта, который при ином сценарии неизбежно принёс бы им мучительную смерть, и это осознание облегчало муки раскаяния.
Пристли угодил в эту ловушку, и он настолько страдал морально, что не смог действовать. Я не хотел повторять эту ошибку.
В каком-то уголке моего сознания эти сомнения продолжали жить. Но война есть война, и нельзя уверять себя, что это не так.
Зев продолжала воспитывать меня, и постепенно до меня стало доходить, что её изумление и возмущение – это, в сущности, актёрство. На самом деле она доводила до нашего сведения неутешительную информацию. Повторяла напыщенные речи, почти теряя голос от пафоса, и почти не скрывала этого. С Пончиком они всё-таки общались, по-видимому, через социальные медиа, но я не решался уточнять и даже не использовал магическую бумагу, которая висела у нас в туалете.
Негодование «Боранта» по поводу всего происходящего доказывало, что заправилы игры не цеплялись к формам наших контактов. Я был наполовину уверен, что им было невдомёк, что мы с Пончиком и Катей детально планировали в течение долгих дней. Даже Мордекай не был в курсе всех подробностей.
Зев: «У половины из них есть армии, которые скрываются в городе, чтобы им не повредил какой-нибудь бог. Я не сомневаюсь, что часть случившегося выйдет наружу. Но вы сами не отдаёте себе отчёта в том, что натворили. Вы убили тысячи людей. Десятки тысяч. Никто не знает, как будет выглядеть игровое поле после того, как беды улягутся».
Карл: «О, вот увидите, как мощно всё это подстегнёт рейтинги».
Зев: «Будут последствия».
Карл: «Вероятно. Но ведь они это одобрят. Мы никого не обманывали. Мы использовали те инструменты, которые были нам даны. Кроме того, вы сами согласитесь, что они обязательно захотят увидеть, как события будут развиваться дальше, прежде чем решат… как бы это сказать… торопить меня, выбрасывать в мусорную яму или что там ещё. Я знаю, им грозит реальная опасность утратить контроль над ходом сезона. Кто бы ни управлял нашими действиями на следующем этаже, он наварит большие деньги».
Зев: «О чём это вы?»
Карл: «Продолжайте наблюдать».
И я отключился от обмена сообщениями.
Катя: «Я вышла. Готова к спуску».
Пончик: «КАТЯ ПОКА!»
Карл: «Отлично. Я добавляю Криса в нашу партию, чтобы он шёл дальше с нами. Увидимся на той стороне. Хорошо потрудились сегодня».
Катя: «Удачи с выбором класса».
– Жалко, что в этот раз мы не попали на шоу Одетты, – посетовала Пончик.
Мы уже направлялись к колодцу. Крис шёл впереди, опустив голову. Мордекай в чате то глушил меня патетикой, то буйствовал, так что я отключил его.
– Не расстраивайся, – сказал я Пончику. – Если я сколько-нибудь знаю Одетту, то нас позовут через день или два.
– Ты думаешь, у Коробки Сока все получилось? – спросила Пончик. – Поэтому я не могу добавить её себе в чат, как Кувалду и Мордекая?
– Получилось. У неё была тяжёлая жизнь, и сама она – дамочка жёсткая. К тому же влюблена. А это прибавляет сил.
Мордекай: «А мне безразлично, во сколько это кольцо оценивается. Время вышло. Я предлагаю тебе выбросить его до того, как начнёте спускаться».
Карл: «Мордекай, тебе очень нужно охладиться, ты это знаешь?»
Мордекай: «Карл. Сынок. Ты не знаешь, с какими силами связываешься. Нельзя так испытывать судьбу. До сих пор это работало только потому, что ты приносил им хорошие деньги. А сейчас ты пинаешь их по финансовым яйцам. И считаешь, что тебе это сойдёт с рук?»
Карл: «Послушай, это кольцо покупает мой спонсор. Я догадываюсь, что тут замешано и какое-то божественное спонсорство. А это должно чего-нибудь да стоить».
Мордекай: «С такими противниками не воюют, потому что невозможно победить».
Пончик: «МОРДЕКАЙ, ТЫ БЫ ПОЛАСКОВЕЙ С КАРЛОМ. ОН НЕ ОДИН ЭТО СДЕЛАЛ. МЫ УЧАСТВОВАЛИ ВСЕ ВМЕСТЕ».
Пончик не знала, насколько она права. Я был вовсе
