тряхнула головой, стараясь прогнать подступающий мрак, но он оказался липким и цепким.
– Три!
Наступила тьма.
Нет, я не потеряла сознания. Продолжала слышать голоса зрителей. Ощущала кожей ветер. Даже могла думать.
Только я ослепла.
Совсем ослепла.
В душу закралась паника. Как такое вообще возможно? Почему я ничего не видела?
Выругавшись, я тщательно прислушалась к окружению в надежде уловить хотя бы один звук, который бы подсказал, где Урас. Ведь наш бой еще не окончен.
– Ты напугана, – послышался тихий голос парня.
Я замахнулась в попытке его достать, но мои пальцы сжали пустоту. Урас был прав. Я в самом деле не на шутку встревожилась. Хотя по условиям Игры ученики не могли серьезно навредить друг другу. И если бой не остановили – значит, мне ничего опасного не грозило. Но все равно в душе появился трепет, похожий на тот, когда я впервые столкнулась с разрушителем.
Я решительно тряхнула головой, сбрасывая оцепенение и растерянность, и постаралась успокоиться. И уверила себя, что шанс есть всегда – даже на победу вслепую. Главное – его не упустить. А со зрением разберемся позже.
Только всю браваду выбил удар в живот. Дыхание перехватило, и времени его восстановить не оказалось. Меня снова атаковали – прямиком в челюсть, от чего громко лязгнули зубы, а во рту почудился солоноватый привкус.
Широко взмахнув руками, я шатко отступила и с трудом удержала равновесие. В основном лишь благодаря дару. Страшно подумать, что бы со мной произошло, присоединись к удару еще и боль. А ведь Урас был не слабеньким.
Я в отчаянии потерла глаза, надеясь избавиться от мрака, что в них поселился. Однако он не собирался легко исчезать. А когда я попыталась услышать своего противника, то за людским шумом не смогла уловить ни единого звука Ураса. Ни шороха одежды, ни шагов, ни дыхания… Даже концентрация не помогала.
– Что ты со мной сделал? – прорычала я, ощущая, как с губ полилась кровь.
Наверное, язык прикусила, когда меня ударили. Скверно… Но хотя бы не больно.
– Ничего, – прошептал у самого уха Урас.
Я снова попыталась его поймать, чтобы хорошенько приложить, и на этот раз мне повезло ощутить кончиками пальцев грубую ткань его ученической рубахи. Правда, не больше. Зато это дало понять, что даже незрячей я была намного быстрее Ураса.
– Слепота скоро пройдет, – уверил парень откуда-то спереди. – И за это время я должен победить. Лучше сдайся.
– Ни за что, – резко ответила я и выпрямилась, готовая к новому бою.
– Как пожелаешь.
И тут же началось самое настоящее избиение. Урас не сдерживался. Пусть я не ощущала боли, но парень бил так, чтобы я не могла дышать, не могла встать прямо, не могла поймать его. И наверняка он надеялся, что я вот-вот отключусь. Однако за счет своего дара я продолжала стоять, принимая все удары. Старалась их блокировать. Иногда мне это удавалось, когда замечала движение воздуха, мгновение тепла или слышала топот ног Ураса. Пару раз даже поймала парня и смогла ударить в ответ! Только перевес в силе и возможностях был на лицо. Я выдыхалась быстрее и вслепую не могла дать полноценного отпора.
Когда же я упала на одно колено, ощутив бессилие, из толпы послышался отчаянный голос Ривара:
– Сзади!
Я вовремя повернулась, чтобы защититься от удара ноги.
– Сверху!
Снова попадание в блок.
– Рей!
В тот же момент я ощутила, как шевельнулся воздух рядом с моей щекой. А потом…
– Стоп!
Бой остановил Бигис.
– Битва окончена по требованию! – провозгласил он. – Победил Урас!
У меня в душе все провалилось, стоило услышать эти слова. Я проиграла. Мой первый бой, и…
Истин побери, я его проиграла!
Скрипнув зубами от переполняющего меня отчаяния, я попыталась встать, но снова упала на колено. А в мыслях зазвучало лишь одно: «Как же так?» Я повторяла эти слова вновь и вновь, ощущая подступающий к горлу ком. И сгорала от стыда, осознавая, насколько сейчас выглядела ничтожной и беспомощной.
– Давай помогу, – послышался рядом голос Ураса.
Он подхватил меня под руку и поднял на ноги. Я не возражала и с помощью парня смогла добраться до ограды, где меня уже встречали.
– Прости, – шепнул напоследок Урас, прежде чем меня подхватили другие руки и перетащили через ограждение. – Я не хотел сделать больно.
Я лишь криво улыбнулась и уверила его, что все в порядке. Душевные раны болели гораздо сильнее физических и ощущались намного мучительнее. Они окутывали сердце колючим одеялом, пока тело не чувствовало ничего.
Вопреки своим расстроенным чувствам, я поздравила Ураса с победой, явственно ощущая горечь от собственных слов. Мне хотелось злиться, рвать и метать, обвиняя в проигрыше всех, кроме себя. Только искать виноватых среди кого-то еще не было смысла. Мне стоило отнестись внимательнее к битве. Тщательнее изучить дар противника. Лучше постараться для победы! А не радоваться ей раньше времени и расслабляться.
Проигрыш лишь на моей совести. Больше ни на чьей.
– Ты как? – услышала я голос Змея.
Получается, держал меня он.
– Прости, – все-таки не стерпела я и ощутила, как задрожали мои губы от сдерживаемых слез.
– Не за что прощать.
– Змей… Прости, – виновато опустила я голову, когда меня куда-то повели. – Я проиграла.
Он молчал. Спустя недолгое время остановился и предложил мне присесть. Я осторожно опустилась на мягкую траву и уткнулась лицом в колени. Внутри все рвалось на части и было невероятно стыдно перед Змеем. Он же… Он столько всего в меня вложил, а я так позорно продула.
– Тебе не повезло, – сел он рядом. – Я бы тоже проиграл, будь на твоем месте.
– Врешь, – глухо отозвалась.
– Не вру. Арзус немного рассказал о даре своего ученика. И, похоже, слепота – не самое страшное, чем он мог тебе навредить.
– Не самое страшное? – эхом повторила я, на что Змей утвердительно угукнул. – И долго я не буду видеть?
– Арз пообещал, что минут пять. Зависит от того, сколько крови Ураса попало на кожу. Дай-ка осмотрю тебя…
Он осторожно взял меня за руки, и я ощутила, как наставник сначала их покрутил, внимательно разглядывая, а потом заботливо вытер тканью кровь.
– Полагаю, еще минуты две – и ты снова начнешь видеть, – предположил он и оказался прав.
Прошло немного времени, и я увидела первые контуры мира. А еще чуть погодя уже узнала место, где мы находились – под деревом у столовой. Прямо напротив нас уже бились другие ученики. Жаль только, их сражение не было видно за толпой зрителей.
Схлынув, я судорожно вдохнула, ощущая мелкую россыпь боли по телу. А когда попыталась заговорить, издала лишь невнятный звук да поморщилась. Прикушенный язык
