от двери и села в кресло у стены.
— Меня зовут Аля. Алла Петрова, — она снова начала комкать в пальцах ремешок сумки, весь покрытый заломами и трещинками. — Я… я сюда приходила на днях, но тут другой был… высокий такой мужчина. Сердитый.
— Бьёрн? Он совсем не сердитый!
— Ну, не сердитый, ладно… Но суровый такой. И большой. Я… я с таким не хочу общаться.
Руслан кивнул, всем своим видом выражая внимание. Девушка казалась по-настоящему напуганной, и хорошо бы не напугать ещё больше.
— Я и к другим ходила… — продолжала она тихим голосом, — но в одном месте закрыто было… а в другом тоже здоровенный такой, злой. Посмотрел на меня так недобро — я и убежала… а вы вот вроде бы незлой…
Что же случилось с этой запуганной девушкой? Сможет ли он, Руслан, ей помочь? А в том, что она нуждается в помощи, сомнений у него не было.
— У меня… ну, вы же верите во всякое такое… ну… необычное…
— Да, конечно.
Аля судорожно выдохнула, будто до последнего боялась, что он её прогонит или посмеётся над ней. Потом заговорила быстрее:
— В общем, у меня проблема. То есть не у меня, а у… ой, я не должна рассказывать… ему не понравится… но ведь надо…
Она замолчала, напряжённо обдумывая что-то. Потом сказала почти шёпотом:
— Обещайте, что вы никому не скажете! Что это только между нами: между мной и тобой… вами!
Девушка смотрела на Руслана совсем по-детски, жалобно и с надеждой. Отказать ей он не сумел.
— Хорошо, всё, что вы скажете, останется между нами.
— Скажите: «Обещаю»!
Руслан кивнул:
— Обещаю.
Аля обрадовалась и затараторила:
— Так вот проблема-то не у меня. Со мной-то всё хорошо. А вот у Егора, у брата моего — не очень. У него другая тень завелась. С красными глазами! То есть я глаз не видела, но мне сказала одна женщина улице, что у этой тени красные глаза. А я чувствую, что что-то не так. Как будто тень у Егора двойная иногда, неправильная… И та, вторая, она очень страшная! И он теперь злой-презлой. Раньше просто строгий был, а теперь — злой.
Она протянула руку, задрав рукав куртки. На бледной коже отпечатались синяки, будто кто-то схватил её за тонкое запястье и сжал изо всех сил.
Девушка тут же одёрнула рукав.
— Егор так раньше не делал. Когда папа с мамой погибли, он опеку надо мной взял, следил, чтоб я училась хорошо, А как тень появилась, начал придираться по всякой мелочи и… страшный стал…
Её губы задрожали, и она беззвучно заплакала. Руслан сунулся в ящик стола искать бумажные платки или салфетки, но Аля сама достала из сумочки мятый платок, утёрла глаза, быстро высморкалась и пробормотала:
— Извините…
— Всё в порядке, Аля. Итак, вы хотите, чтобы я изгнал другую тень?
Она неуверенно пожала плечами:
— Не знаю… может, можно просто сделать как-то так, чтобы он меня не обижал?.. Но ему не говорите, что я к вам приходила. Нельзя! Вы обещали!
— Хорошо-хорошо. Но мне надо посмотреть на вашего брата, чтобы выяснить, в чём дело. Где вы живёте?
— Нет, не надо к нам домой! — вскинулась Аля. — Егорка, если узнает, что я к вам ходила, — убьёт!
Девушка вскочила и сказала:
— Зря я пришла! Лучше пойду.
— Подождите, Аля! Всё будет хорошо. Я не приду к вам домой, если вы не хотите. Скажите, где можно издали посмотреть на вашего брата?
Девушка задумалась. Села в кресло, но весь её вид говорил о том, что она готова бежать в любой момент.
Наконец Аля сказала:
— Завтра мы с Егором за покупками пойдём в «Домового». Мы там всегда закупаемся… А в нашем «Домовом» на Боевой ещё розыгрыш призов будет в честь юбилея магазина. Мы купоны весь месяц скидывали — может, повезёт… Ну, вот мы с Егором в два придём. Только я вас прошу — пожалуйста! — не подходите к нам. Смотрите издали. Я не хочу, чтоб Егор сердился… вы обещаете?
Руслан кивнул. Хотел спросить, давно ли у Егора завелась вторая тень и от чего погибли их родители, но тут дверь распахнулась, и на пороге возникла Катя.
— Дорогой, я мчусь к тебе на всех парах, а ты тут не один… с девушкой!
— Ой, — прошептала Аля, ошеломлённая внезапным появлением незнакомки, — мне пора…
Вскочила и пробежала мимо посторонившейся Кати.
— Катя! — с досадой сказал Руслан. — Это клиент между прочим. Я её только собрался расспросить.
— Виновата, — опустила глаза девушка тихим, слегка дрожащим голосом, — хочешь наказать меня?
И так посмотрела на Руслана, что он покраснел.
— Ну тебя!
Она рассмеялась:
— Ох, Руслан! Я помню, что нельзя называть тебя милым, но что делать, если ты действительно милаш⁈ Дай я тебя поцелую. В щёчку хотя бы! — Катя ринулась к его столу, вытянув руки.
Руслан увернулся от расшалившейся девушки и сказал:
— Хватит! Работа — это работа. Ты понимаешь? — он дождался, пока Катя кивнула. — Больше не врывайся так. Напиши мне сначала или позвони. Хорошо?
— Да, признаю: виновата, — она примирительно подняла руки ладонями вверх и уселась в кресло, где недавно сидела Аля, закинув ногу на ногу. — Так что случилось у этой бедняжки-замарашки?
— Обсуждать клиентов я с тобой не буду.
— Ла-а-адно, а что мы тогда будем делать? — недовольно протянула Катя.
— Расскажи мне про Шустрика. Кто он? Откуда у тебя? От отца? И кто на нём защиту ставил?
Катя сняла Шустрика с пояса и ласково почесала его за небольшим округлым ухом.
— Да, Шустрика мне папа подарил. У него тоже такой зверь есть, только побольше! А что касается защиты…
Следующие два часа Руслан и Катя обсуждали разные типы и варианты защитных контуров, знаков и связок. Катя, конечно, знала гораздо больше, но всё, что не знала, выслушивала очень внимательно. И над Руслановым невежеством не смеялась, так что время прошло с пользой и интересно.
Потом Катя захотела перекусить, и они пошли в кофейню, которую она нашла по отзывам в интернете: мол, там лучший кофе в городе. Кофе оказался действительно вкусным, а ещё там подавали очаровавшие Катю пирожные, так что они засиделись.
В сумерках Руслан проводил Катю до дома.
— Слушай, — у самого подъезда сказала девушка, — а как там твои родители?
Руслан мгновенно насторожился и медленно проговорил:
— Хорошо. А почему ты спросила?
— Да просто подумала: а почему вы переехали? Не решили ли твои ма и па, что их мальчик спятил?
— А если так, то что? — в голосе Руслана сквозило напряжение. — Я не позволю тебе пугать моих родителей.
— О, остынь, ковбой! — замахала руками Катя. — Вовсе я не собиралась их пугать. Просто хотела поздороваться. И сказать, что я есть. И что меня и правда похищали.
Руслан смотрел в её глаза и никак не мог понять, шутит она, угрожает или беспокоится за него.
— Они уже в курсе того, что бывает нечто сверх их понимания. С ними говорили люди из спецотдела, когда я паранойник поймал.
— Не ты поймал, а тебя им заразили. Ах, жаль, этот Винсент мёртв! О-о-очень жаль…
— Не надо о нём. Вообще об этом не надо.
— Ладно, я поняла. Поцелуешь меня на прощание?
— Нет. Мне пора.
— До завтра?
Руслан кивнул и ушёл на остановку.
По пути вспомнил про договорённость с Алей и написал Кате:
«После занятий в офис не приду — дела».
«Ок».
Вечером Руслан вдумчиво вспоминал всех созданий, которые выглядят как лишняя тень и меняют характер носителя. Дикие тени. Тёмный двойник. Багровая умбра. Теневик. Из тех, что ему известен, это все более-менее подходящие варианты.
Теперь вычёркиваем тех, кто точно не годится. Во-первых, теневик. Он охотится за женщинами, так что пристал бы к самой Але, а не к её брату. Во-вторых, умбра: она наполняет человека жаждой крови, которую почти невозможно подавить, и заставляет бояться дневного света. Если бы брат Али начал вести себя как вампир, она наверняка заметила бы. Да и идти среди бела дня в магазин он бы отказался.
Остаются дикие тени и тёмный двойник. Красные глаза указывают на последнего, но однозначно надо увидеть существо самому. С этой мыслью Руслан и заснул.
30 сентября
На следующий день Руслан сразу после занятий поехал на Боевую. Проверил по карте: к счастью, на этой улице располагался всего один «Домовой».
По пути он задумался. Так, вот увидит он Егора, убедится, что это тёмный двойник или даже поймёт, что это незнакомое ему существо, и что дальше? Двойника ему в одиночку не запечатать. А что делать с неизвестным монстром — вообще неясно. Но нельзя же просто наплевать на своё обещание Але никому ничего не говорить и с кем-нибудь посоветоваться?
Или можно, если это
