— К чему готовиться, Юрий Юрьевич, — перебил друга полковник Романов, — и так понятно, что военный человек каждый день должен быть готов к драке.
— Ты сухопутный, Константин Константинович, тебе проще, — Яшин потянулся к сигарам, но удержался, всё ж таки важное совещание, — а эскадру надо заранее вывести в заданные районы, запасы угля и воды пополнить, ремонт механизмов завершить. Да мало ли. Вспомните как Нельсон при Абукире разгромил французов, а Невельской америкашек утопил на рейде Сан-Франциско. И тех и тех удалось застать врасплох отчего Египетская экспедиция Бонапарта не удалась а САСШ лишились всего Тихоокеанского побережья!
— Не горячитесь, адмирал, — королю в таких спорах пристала роль арбитра и примирителя, — мы не знаем всех нюансов, что побудили Его Императорское Величество отдать приказ прорываться Босфором и брать штурмом Царьград. Ждём скорых разъяснений как по телеграфу, так и с курьерами, а пока готовимся к обороне. Мало ли…
— Ваше величество, — Яшин встал, нервно одёрнул китель, — морские силы Российской Империи и королевства Мадагаскар в составе семи лёгких и средних крейсеров, одиннадцати вооружённых пароходов рассредоточены на двух базах и трёх якорных стоянках. Два крейсера несут сторожевую службу, пресекая контрабанду и должны выйти на связь через двое и трое суток соответственно. Предлагаю незамедлительно передислоцировать все суда в гавани Константиновска и Александровска, под защиту береговых батарей. Также с завтрашнего утра начать подготовку к выставлению минных заграждений, сейчас такой приказ отдавать нецелесообразно, поздний вечер, и темно и выпивши наверняка минёры.
— Правильно, — согласился Олег Константинович, — без спешки, главное чтоб руки не дрожали. А то когда вынимали мины, после благополучного разрешения «польского вопроса», две рванули, угробив четверых человек.
— Такая служба, случаются подрывы, — флегматично пожал плечами адмирал, — две рванули на три сотни, вполне хороший процент.
— Юрий Юрьевич, я сейчас попробую порассуждать как сугубо сухопутный человек, поправите потом со своей морской колокольни.
— Хорошо ваше величество.
— Итак, если случится война между Россией и Великобританией и союзниками этих держав, полагаю нам опасаться стоит исключительно британцев, вряд ли немцы погонят корабли за тридевять земель, равно как и САСШ. А вот базирующаяся на порты Индии эскадра адмирала Кларка запросто может устроить набег на две наши гавани, которые мы и будем защищать, наплевав на иные. Вряд ли десанты будут высажены вглубь острова, репутация у корейских батальонов пугающая, следовательно опасаться надо пушек с эскадры Кларка. Переход британцам предстоит сделать большой, потому наверняка устремятся джентльмены к Александровску-Туамасину, а до Константиновска-Тулеара разве что один-два рейдера добегут. Что имеете добавить, господин адмирал?
— Всё верно, ваше величество, разве что Кларк, моряк опытный, нагрянет в Лоренсу-Маркиш и перерубит там телеграфный кабель, лишив остров оперативной информации с континента. Я бы непременно так и сделал.
— Хм, португальцы конечно промолчат, тут сомневаться не приходится. Но как нам парировать такую угрозу?
— Все быстроходные крейсера предлагаю сосредоточить в Константиновске и дежурный крейсер чтоб обязательно патрулировал в проливе, вряд ли Кларк всей эскадрой рванёт в Лоренсу-Маркиш, а с мелочью британской наши разведчики справятся, под их уничтожение проектировались и строились.
— Ладно, здесь мы уж как-нибудь да отобьёмся, а вот князю Гагарину в Претории несладко придётся, если британцы под шумок решат Республики Трансвааль и Оранжевую заграбастать.
— Ничего, ваше величество, Георгий парень хваткий, там корейских работников восемь с лишним сотен, все при оружии, ветеранов половина, покажут кузькину мать англичанишкам коли придётся воевать!
Олег Константинович лишь покивал согласно, не рассказывать же о «золотой гире» на ноге князя Георгия Георгиевича Гагарина. Хорошей такой гире, в 25 тонн…
Глава 17
1883 год встретил в Константинополе-Царьграде. И вовсе не из-за тщеславия туда припёрся, отнюдь. По мне лучше в Царском Селе в огромной библиотеке поработать, смежной с кабинетом. Посетители в благоговейный ступор впадали, когда царь-батюшка приглашал «отобедать чем Бог послал» не в столовую, а в огромный библиотечный отсек (17 на 32 метра площадь зала) где помимо уходящих в бесконечность книжных стеллажей в углу поместился стол с полудюжиной табуреток (тяжеленных, крепких) стол, творение столяра Ефимыча и знаменитый топчан, самолично императором сколоченный.
Дёрнул же чёрт лет тому двадцать с лишним показать сыновьям как надо гвозди править, дабы не изводить попусту нужный в строительстве элемент, дать гвоздю вторую жизнь. И велел дворцовому столяру притащить ящик с инстрУментом и гвоздей побольше, как гнутых так и цельных. Сашка с Вовкой и маленький Колька невероятно обрадовались возможности позаколачивать в брус гвозди, героически претерпевая боль от попадания по пальцам, почти и не плакали, так, самую малость слёзы проступали. В тот год как раз зал под разросшуюся библиотеку пристраивали, отчего ж государю не размяться, — на пару с Ефимычем и скидали тот топчан за полчаса, столяр потом рубанком прошёлся, вообще красота получилась! И много лет уже байка о неприхотливом властелине полумира кочует по газетным передовицам. Словно моей первой жизни легенды о кабинете товарища Сталина в котором никогда не гаснет свет.
Впрочем, почему байка? Так ведь и есть, в основном в библиотеке и засыпаю, среди книг, живописно разложенных на трёх «книжных» столиках. С утречка вскочил — по парку пробежался минут десять, душ принял, свежее бельишко натянул и вперёд, державой управлять! Радует, что в бороде седые пряди начали пробиваться, а то неприлично здесь в 55 выглядеть на 30. Потому и отрастил бородищу, исключительно ради блезира и конспирации…
А в Царьграде жду детей и внуков, да-с. Дорогой зятёк Эжен Луи Наполеон Четвёртый с супругой, Ольгой Константиновной решили «по семейному» навестить тестя и отца. Ну и внуков вдобавок прихватили, дедушку порадовать. Трёхлетняя Александра и годовалый Константин должны умилить сурового императора, наверняка так дщерь и считает, иначе чего бы Ольге вздумалось переться с ребятишками за мужем.
Да, как и предвидел, дочь окрутила романтика Эжена, влюбила в себя, а после рождения наследника вообще «управляет Францией»…
Во всяком случае такие анекдоты в Париже и провинциях ходят, а анекдот, то высшая степень искренности, то от «глубинного народа» идёт а не от гнусных пасквилей в германских и британских газетёнках напечатанных.
Российские разведчики даром хлеб не ели и расклады внутрифранцузские в Петербург отсылались самые точные. Императрица Ольга во Франции популярна, причём и как супружница Эжена, родившая наследника, что обеспечивает стабильность державы французской, и как дама помешанная на благотворительности и всё большем участии женщин в жизни общества. Понятное дело симпатии те проистекали в основном из-за грозного папеньки Ольги Константиновны, верного союзника Наполеона Четвёртого. Когда Париж сумел восстановить контроль над Суэцким каналом, а Россия тому весьма поспособствовала, почти в каждом крупном городе Франции сочли за честь открыть «Константиновские бульвары». А в Марселе и бульвар и набережная и островок в черте прибрежной поименовали в мою честь. То объяснимо, в Марселе ранее отстаивалась Средиземноморская эскадра, немалые деньги городу уходили от российских моряков. Нынче же — баста! Средиземноморцы «откочевали» в Эгейское и Мраморное моря, где им и базироваться отныне, на родных, так сказать территориях.
Да и то — помимо разведки Министерства Иностранных Дел и нелегалов из ГРУ во Франции активно действовала морская разведслужба, ведь генерал-адмирал Владимир Романов друг закадычный Наполеона под нумером четыре. Назло Альбиону туманному флоты России и Франции проводят в Атлантике и Средиземном море учения, братство по оружию, все дела.
