отрицать было бессмысленно: он чертовски красив. Даже если я не способна испытывать влечение, в роли моего кавалера он смотрелся бы эффектно.
С его ростом, мускулами и густыми волосами... Грэм бы лопнул от зависти. Мой бывший всегда был жутко тщеславным.
Пока мы продолжали путь по тропинке, я почти бежала, чтобы не отставать от его широкого шага.
— Может, это и кажется странным, — признался он, шагая уверенно в сторону стоянки, — но это ведь всего лишь свадьба. Я буду джентльменом. Можешь об этом не волноваться.
Я сосредоточенно смотрела под ноги, чтобы не споткнуться о корни или камни, но краем глаза заметила, как под щетиной у него зарозовели щёки.
— Ты так много сделала и для меня, и для Тесс. Ты потрясающий друг.
Сердце сжалось от благодарности. Я ценила эту неожиданную дружбу. Пожалуй, я нуждалась в этой связи даже больше, чем он — в помощи с ребёнком.
— Весь город уже думает, что мы встречаемся, — сказал он.
Это было правдой. И раздражало ужасно.
— Так что если я приду с тобой как твой спутник, никто не будет сомневаться.
— Всё равно не имеет значения. Мои родители никогда бы не пригласили кого-то из Лаввелла. Они считают, что этот город ниже их уровня.
Стоило им взобраться по социальной лестнице, как они тут же сбежали из провинциального Мэна, оставив позади весь этот мир.
Когда мы обогнули поворот и впереди показалась стоянка, солнце ярко засветило, согревая лицо.
Это было потрясающе. Не только тепло, но и само ощущение — быть здесь, с Ноа и Тесс. Чистый воздух, рядом — настоящие друзья. Может, взять его с собой на свадьбу и не так уж плохо? Вряд ли кто-то начнёт задавать вопросы, а с надёжным человеком рядом весь уикенд станет куда легче.
— Тётя Лу тоже едет. Я обещала подбросить её.
— Отлично. Помогу ей с передвижением.
С какой лёгкостью он это сказал, сердце забилось сильнее. Конечно, он пойдёт навстречу не только мне, но и моей любимой тёте.
— Свадьба будет в Кеннебанкпорте.
Он присвистнул.
— В пафосном яхт-клубе, — пробормотала я с кривой гримасой. — И дресс-код — чёрный галстук. (*Black-tie — это дресс-код, подразумевающий формальную вечернюю одежду: смокинг для мужчин и вечернее платье для женщин.)
Он сжал губы и кивнул.
— Справлюсь.
— Всё будет безумно вычурно и наигранно. Александра — любимица моих родителей. Это будет просто невыносимо.
— Ты меня этим не отговоришь. Я буду с тобой — значит, проведу время отлично. К тому же, я сто лет не ел лобстер-ролл.
Я откинула голову и рассмеялась.
— Куплю тебе десять. Назовём это компенсацией за моральный ущерб от моей мамы.
Он резко остановился, улыбка растянулась на всё лицо.
— Идёт.
Он протянул руку, и я вложила свою в его, стараясь не обращать внимания на то, как участилось сердцебиение от этого прикосновения.
Глава 8
Виктория
— Я столько всего наготовила. Бери ещё.
— Ладно-ладно, уговаривать не нужно. — Я положила себе ещё кусок баклажанов по-пармски. Запах стоял божественный. Я точно вернусь за добавкой.
Элис всегда нас кормила, и именно поэтому она была одной из моих самых любимых людей. Она великолепно готовила. А вот я совсем нет, так что в обычные дни редко ела так вкусно, как когда ужинала у неё.
Её дом был большим деревянным шале на горе. Муж Элис, Анри, построил его много лет назад — по сути, как мужскую крепость, но со временем Элис добавила сюда множество мелочей, и дом стал похож на картинку из журнала.
Он был почти так же красив, как любовь между ними двумя.
Никто не заслуживал такой преданности больше неё.
У них двое замечательных детей, и вместе они составляли ту самую вдохновляющую семью, на которую хочется равняться.
Каждый раз, бывая у Алисы, я укреплялась в своём решении. Когда у меня появится свой дом, когда я определюсь с карьерой и наладится финансовая сторона, я пойду по её пути. Я уже давно думала о том, чтобы стать приёмной матерью, и каждый раз, проведённый с Алисой, только усиливал это желание.
Грэм смеялся над этой идеей. Но с каждым днём я всё больше понимала — это мой путь. Возможно, моя дорога к материнству будет нестандартной, но я готова идти по ней. Конечно, финансовый вопрос оставался важным и главным источником стресса на данный момент. Но с этим я разберусь.
Заводить новых друзей после тридцати — дело не для слабонервных. К этому возрасту у большинства уже устоявшийся круг общения. В городе я так и не нашла «своих».
А вот в Лаввелле — всего за несколько недель — меня как будто усыновили Элис и Бекка. Всё началось с обычной стрижки. Я зашла просто подровнять кончики — а ушла с приглашением на ужин.
Теперь мы втроём собирались регулярно — обычно у Алисы дома. Ужинали, делились новостями, выдыхали.
Мы были странной троицей: новобрачная, вдова и разведёнка. Каждая из нас приехала в Лаввелл по своей причине.
Элис, чтобы помочь поднять школу и внести большие перемены в свою жизнь.
Бекка после смерти мужа, чтобы переехать в его родной город и дать своей маленькой дочери стабильность и шанс на исцеление.
Я, потому что мне некуда было больше идти. Тётя Лу жила здесь, а Лаввелл всегда был единственным местом, которое ощущалось домом.
— Ну когда ты уже придёшь ко мне? — проворчала Бекка, нарезая хлеб у кухонной стойки. — Вид твоих корней вызывает у меня нервный тик.
Я пожала плечами.
— Таким шикарным волосам нужен уход.
Я склонила голову набок и провела пальцами по концам своего хвоста.
Грэм считал длинные волосы инфантильными. Пока мы были женаты, я носила остро очерченное каре. С блондом, разумеется — по его мнению, это выглядело элегантно и сексуально.
Теперь же я дала своим волосам свободу. Они были скорее волнистыми, чем кудрявыми, немного пушились и жили своей жизнью.
Большинство дней они сами выбирали хвостик.
Элис — пышнотелая блондинка с зелёными глазами. Настоящая американская красавица с румяными щёчками, от которой невозможно было отвести взгляд.
Бекка — высокая и стройная, с дерзким стилем. У неё была модная короткая стрижка и несколько татуировок. Смесь футбольной мамы и настоящей бунтарки.
А я… средний рост, среднее телосложение, пушистые волосы и настрой «я всё смогу».
Вот вам и троица.
Элис откинулась на спинку дивана с довольной улыбкой.
— Думаю, тебе очень идёт образ «мне пофиг».
Из меня вырвался резкий смех, эхом
