наткнулся на татуировку в виде звезды на его коже.
С моих губ сорвался восторженный вздох.
— Это Полярная звезда?
— Да, — сказал он, гордо поглаживая ее. — Откуда ты знаешь?
— Ну, на самом деле, это часть того, что я сейчас рисую, хочешь верь, хочешь нет.
— Шутишь? — парень усмехнулся. — И что навело тебя на эту мысль?
Мои мысли вернулись к Майло.
— Это может показаться безумием, но несколько дней назад я была на вечеринке на яхте. И мы застряли прямо на берегу этого маленького острова в паре миль от материка. Я встретила там человека, который показал мне Полярную звезду на небе, и с тех пор я не перестаю думать об этом.
Приятное поведение Беллами внезапно сменилось выражением нетерпеливого любопытства.
— На острове? — его вопрос застал меня врасплох.
— Да, недалеко от пляжа Константин. Ты знаешь его?
Он кивнул, но его лицо выглядело напряженным, будто он вычислял в уме какое-то сложное математическое уравнение.
— Я знаю его, — он позволил словам повиснуть в воздухе на мгновение, прежде чем продолжить. — Там опасно. Иногда в этом районе приливы выходят из-под контроля. Тебе не следовало там находиться.
— Поверь мне, я убедилась в этом на собственном горьком опыте, но не волнуйся, — сказала я, игриво поднимая руки в знак капитуляции. — Я была всего лишь пассажиром, но, если будет по-моему, я не планирую возвращаться на этот жуткий остров.
— Это к лучшему, — торжественно произнес он.
Я не могла отделаться от ощущения, что он вдруг стал вести себя немного странно. В голове разгорелся спор о том, стоит ли мне рассказывать ему о корабле-призраке. Не подумает ли он, что я психопатка?
— Тааак… Там когда-нибудь случалось что-то странное? Вроде затонувшего корабля, может быть?
— Ходят слухи, — я не ожидала такого спокойного ответа. Я ожидала, что вопрос покажется ему необычным, но он, похоже, нисколько не удивился. Парень отвернулся, не собираясь говорить больше, но теперь мне захотелось надавить на него. Я все еще хотела получить ответы на то, чему стала свидетельницей, и то, как он избегал моих вопросов, только заставило меня заподозрить, что он что-то знает.
— Расскажи мне, — потребовала я, но будто беззаботно. — Ты разбудил во мне слишком большое любопытство.
Вздохнув, он игриво закатил глаза.
— Ладно, хорошо. Ты выиграла, — он наклонился ко мне, и его взгляд стал более серьезным. Я наклонилась вперед, у меня зачесались уши.
— Некоторые говорят, что во времена пиратов был жестокий капитан, который поймал последнюю русалку, жившую неподалеку от острова. Предположительно, хвост русалки можно было использовать для магии, — он почти прошептал последнюю фразу, сверля меня взглядом, будто рассказывал страшную историю у костра, — но прежде чем его команда смогла убить ее, она отрезала себе хвост и использовала магию, чтобы вызвать шторм. Это был водоворот, который должен был убить капитана и его команду, но также обрек их на повторение одной и той же участи снова и снова. Легенда гласит, что они вместе со своим кораблем заточены на дне океана, но с течением времени всплывают на поверхность от заката до восхода солнца.
При воспоминании о пиратском корабле по моим венам пробежал неприятный холодок, и я внезапно снова поверила в привидения. Я снова убедилась в том, что видела. В животе у меня заурчало, но есть мне больше не хотелось.
Я осознала, с каким пылом смотрю ему в глаза, и мысленно приказала себе немного успокоиться. То, что он описал, звучало нелепо, но нельзя было отрицать, что соответствовало тому, что я видела. Я поймала себя на том, что задержала дыхание, и мне пришлось напомнить себе, что нужно выдохнуть. Затем, к моему удивлению, Беллами начал смеяться.
— В любом случае, это легенда. Что-то в этом роде, — сказал он, откидываясь на спинку стула и напуская на себя серьезный вид.
— Итак…. Русалки?
— Русалки. Сирены. Так гласит легенда.
— Откуда ты так много об этом знаешь?
Беллами на мгновение заколебался, но как только он открыл рот, чтобы ответить, подошла официантка с нашими тарелками с едой.
— Слава Богу, умираю с голоду, — сказал Беллами.
Давить на него было неудобно, поэтому я просто ковырялась в тарелке с луковыми кольцами, стараясь не обращать внимания на потерю аппетита.
Остаток вечера Беллами расспрашивал меня о себе. Я рассказала ему о доме и об отце в Арканзасе. Разговор принял гораздо более беззаботный оборот, и на какое-то время я забыла о попытках расспросить его подробнее об истории с привидениями.
— Если сможешь поверить, я никогда не видела океан до этого года. Не могу поверить, что я не ездила туда раньше. Я часто спрашивала маму, можно ли нам отдохнуть на пляже, но ей эта идея никогда не нравилась. Я всегда думала, что, может быть, она боялась воды или чего-то в этом роде. Она больше любила жить в хижине в лесу.
— Любила? — смело спросил Беллами.
— Ну, мне все еще кажется, что она ушла. Она только что вернулась после года, проведенного неизвестно за чем. У нее были кое-какие… проблемы… для преодоления. — Разговор внезапно принял мрачный оборот. На секунду в воздухе повисла тишина. Не задумываясь об этом, я перестала теребить волосы и неосознанно потянула вверх маленькую цепочку на шее, открывая кулон, когда крутила ожерелье между пальцами.
Взгляд Беллами внезапно остановился на моем ожерелье, и он странно затих. На долю секунды он казался растерянным, почти испуганным, а затем снова пришел в себя. Но я не могла не почувствовать, что с того момента что-то изменилось.
— Скучаешь по Европе? — спросила я, надеясь разрядить обстановку.
— Ну… да, скучаю по своей прежней жизни. — Он посмотрел на залив. — Но некоторым вещам просто не суждено длиться вечно.
То, как он произнес последнюю фразу, привлекло мое внимание. Будто он намекал на что-то, на болезненные воспоминания или печаль, которые таил в себе. Это было похоже на то, как мое собственное горе выплыло на поверхность.
— Понимаю, что ты имеешь в виду, — сказала я, уставившись на облупившуюся краску на столе. — С моей мамой тоже так. Я до сих пор помню, как мы чувствовали себя одной семьей, пока она окончательно не свихнулась. Но, как ты и сказал, это продолжалось недолго.
Он поднял взгляд, выглядя побежденным, и приподнял бровь. Он начал говорить, затем остановился. Подбирая слова, он, казалось, подыскивал, что сказать дальше.
— У меня такое чувство, что ты пытаешься мне что-то сказать, — начала я.
— Мне нужно многое тебе сказать, Катрина, — понизил он голос, звуча более элегантно, чем когда-либо. — Я просто пытаюсь понять, как.
— Ну, честно говоря,
