прямо в голову, но замерла, различив в лице чудовища, искажённом звериными трансформациями, знакомые ей черты.
- Ронар, - выдохнула Синта, опуская лук.
Брат её был бледен. Челюсть заметно выступала вперёд и под тонкими, бесцветными губами белели клыки.
- Позабыла меня, сестрица? - ухмыльнулся он.
Одежда Ронара была испачкана в крови и грязи, местами порвана.
- Нет, брат, что ты?! Как я могла! - Синта поднялась. - Мы искали тебя.
Она хотел было броситься к брату, не смотря на его жуткую внешность, и заключить в свои объятия, ведь так давно об этом мечтала. Но девушку остановил оклик Драйгана:
- Стой, Синта! Ты уверена, что это всё ещё твой брат?!
Синта замерла на месте. Губы Ронара расползались в неприятной, хищной усмешке. Он повернулся к Драйгану, который целился из лука прямо ему в голову.
- А хватит ли у тебя смелости спустить тетиву, сын Маллида?
- Только дай мне повод! - проговорил Драйган твёрдо.
- Что ты творишь?! - взвизгнула Синта. - Это же Ронар!
- Или уже нет.
Улыбка Ронара стала ещё шире и ещё пугающей.
- Твой отец там, снаружи, бьётся один, против преобладающих сил противника. А ты тут целишься в меня. Оставил его без прикрытия. Считаешь это верным решением, Драйган?
- Предлагаешь пристрелить тебя, и вернутся к более важным делам?
- Драйган! - крикнула Синта, и юноша наконец обратил на неё свой взгляд. - Я разберусь с ним. Пожалуйста, опусти лук. Помоги Маллиду.
Драйган размышлял всего пару секунд, затем кивнул, и вновь быстро обернулся к окну.
- Какой он у тебя послушный, - Ронар хихикнул. - Кажется парень сменил власть отца, на покровительство девки. Видно, такова его судьба - подчиняться.
- Прекрати, Ронар! - крикнула Синта тоном, в котором могла бы, слыша его со стороны, узнать тон отца, когда тот был действительно не на шутку рассержен нашкодившими детьми и собирался задать им трёпку.
Это даже возымело некоторый эффект, Ронар на мгновение опешил.
- Ты должен быть на нашей стороне, - сказала тогда Синта уже спокойнее, скорее как мать, читающая нравоучение. - Помоги нам в бою.
- Вам не выиграть этот бой.
- Значит ты пришёл с ними? Пришёл, чтобы убить свою семью?
- Нет, конечно! Я пришёл, чтобы забрать семью с собой.
- Куда?
- В иную жизнь. Мы станем частью чего-то прекрасного. Поверь мне, сестрица, это настоящее чудо.
- Чудо? Посмотри на себя! Посмотри, в кого ты превратился!
- В того, кто сильнее любого человека. Сильнее нашего отца. Мне не суждено умереть в кровати, как ему. Я буду жить вечно!
- Что ты говоришь, Ронар?! Не верю, что эти слова принадлежат тебе!
- Где мать? Где Доран?
- Они далеко отсюда. Что бы они сказали, Ронар, услышав твои слова?
- Они бы поняли меня.
- Едва ли.
- Закрой рот, сестрица! Ты не понимаешь, какой силой теперь я обладаю. Не советую вставать у меня на пути. Оставь своего Драйгана, и иди со мной. Будем свободны вместе, там, в лесу. Ты и я, и мать, и Доран. Будем семьёй навсегда.
Синта отказывалась верить в то, что эти слова звучат из уст её брата. Через него говорил кто-то иной. Синта знала Ронара как никто другой. Да, они часто ссорились. Иногда ей казалось, что она ненавидит брата, но это ведь было не всерьез. Как не всерьёз была и вся его заносчивость, упёртость, желание командовать. Всё это напускное. Каждый из них пытался доказать, что больше достоин считаться главой семьи и наследником Зана, но, по факту, наследниками были они оба. Они с ранних лет понимали друг друга лучше чем кто либо. Разве может теперь жизнь настолько развести их? Синта в это не верила. Брат и сестра. Близнецы. Две стороны одного целого - вот что пытался сказать им отец много лет назад.
"Монета!", - вспомнила Синта о подарке Зана. - "Наша монета. Она у меня".
Девушка достала из кармана монету, некогда подаренную отцом им обоим, и протянул её на вытянутой ладони брату.
- Ты забыл, кто ты такой, Ронар?
Улыбка сползла с его лица. Ронар замер, глядя на монету.
- Разве не твоя очередь хранить её?
- Мне это ненужно, - проговорил Ронар, но в голосе его звучала неуверенность. - Ненужно, ясно? Это прошлое. Отца давно нет.
- Это не так, брат. Отец живёт в нас.
- Не во мне.
- В тебе более, чем в ком бы то ни было.
- Мне не нужно это бремя.
- Когда это наследие отца стало для тебя бременем, Ронар? Столько лет я пыталась противиться тому, что всем и так было понятно: ты истинный наследник Зана Готхола.
В какой-то миг Синте показалось, что она достучалась до него. В желтых глазах появилось сомнение, Ронар нахмурился, даже сделал робкий шажок назад. Затем вдруг странно
