из леса источал такую лютую ненависть, что под её весом хотелось съежиться и молить о пощаде.
- Ты как?! - окликнул девушку Драйган, и только тогда Синта сумела отвести глаза от убитого чудовища, но, не в силах вымолвить ни слова пересохшими губами, только кивнула.
Приняв это за утвердительный ответ, юноша быстро вернулся к своему окну и вложил в лук новую стрелу. Некогда было ликовать и праздновать победу, даже переводить дух. Они убили всего одну тварь, в то время как снаружи Маллид в одиночку бился с многими. Быстро вспомнил об этом, Синта тоже кинулась к своему луку. Её руки дрожали от напряжения, сердце колотилось как сумасшедшее, но, прицелившись в очередного демона, кинувшегося к размахивающему пылающим мечом воину, и спустив тетиву, девушка вдруг обнаружила, что страх покидает её. Эти демоны не бессмертны, они из плоти и крови, и как бы ни были страшны и опасны, всё же им с Драйганом удалось победить одного. Значит есть шанс победить и прочих. Они сражаются вместе, плечом к плечу, как некогда бились их отцы, и не важно сколь превосходящие силы у противника. Она дочь Зана, великого воителя, готова биться и побеждать.
***
"Ты один из нас, Ханрис! Ты не можешь быть нам врагом, Ханрис! Я не позволю, Ханрис! Ты мой навсегда, Ханрис!".
- Нет, нет! Сгинь бестия! - сдавленно стонал Ханрис, корчась в мокрой грязи, не в силах подняться. Его живот крутило от боли, голод вновь овладевал его сознанием, лишая сил. - Я победил тебя! Ты не... властен... надо мной!
"Ты не можешь победить меня, Ханрис! Твоя прошлая жизнь - ничто, Ханрис! Ты один из нас, Ханрис! Ты должен есть, Ханрис! Ты должен служить мне, Ханрис!".
- Катись в Бездну! - кричал Ханрис, но только на то и был способен.
Он не мог подняться, не мог броситься на помощь Маллиду и биться рядом с братом. Шаман отпустил его лишь для того, чтобы, ощутив вкус свободы и поверив в себя, Ханрис вновь был её лишён, раздавлен и унижен. И теперь рогатый изверг, склонившись над охотником, ликовал.
"Ты увидишь, как все они умрут, Ханрис! Ты не сможешь им помочь, Ханрис! Ты один из нас, Ханрис! Ты останешься таким навсегда, Ханрис!".
Предводитель ночного народа упивался своей силой, а Ханрис мог лишь рычать и корчиться, всё отчётливее осознавая, что подписал смертный приговор Маллиду, Синте и Драйгану. Он не должен был сюда являться, он больше не принадлежит к роду людскому и вечно будет нести на себе это бремя, никогда не заглушит глас демона в голове и не избавится от голода. Ему следовало бежать прочь из Серого Дола, держаться как можно дальше от своих друзей и семьи, вообще от всех людей, а может и вовсе лучше было бы кинуться со скалы в бурные воды Бледной. Как он этого не понял?!
"Что я наделал?! Властитель, милостивый! Что я натворил!".
"Ты один из нас, Ханрис! Я научу тебя служить, Ханрис! Я покажу тебе нашу силу, Ханрис! Ты будешь есть, Ханрис! Ты будешь жить вечно, Ханрис!".
***
Маллид не сразу заметил, что в этом бою он остался один. Лишь отразив удар очередной твари, и, взмахом руки призвав на помощь пламя, что отбросило лесное чудище назад, он сумел обернуться, и увидел, что его старый друг лежит на земле, скорчившись, словно младенец.
"Ранен!"
- Ханрис! Я иду, дружище! - крикнул Маллид, кинувшись на помощь другу.
Но тут же очередная тварь выскочила из мрака на свет, размахивая когтистыми лапами, и Маллид вынужден был встать в защитную стойку, выставив перед собой меч. Демон стал медленно наступать, а Маллид пятиться, следя за каждым движением противника и выжидая удобного момента, чтобы перейти из обороны в атаку.
Тут он услышал крик сына:
- Отец, сзади!
Тварь перед ним старалась лишь отвлечь внимание воина на себя, пока другая нападёт со спины.
- Ах вы суки драные! - вскричал Маллид и резко обернулся с ударом, готовый поразить чудовище.
Но демон успел отскочить, и тогда Маллид, понимая что открыл свою спину первому противнику, прыгнул в сторону стены конюшни, перекатился через голову и быстро встал на ноги, оказавшись в таком положении, из которого сможет контролировать обоих противников, а со спины к нему зайти никто не сможет.
Утратив преимущество внезапной атаки с тыла, чудища, однако, ни секунды не медля, кинулись на врага вместе, но тут-же тварь слева остановили сразу две стрелы, вонзившиеся практически одновременно, - первая в плечо, а вторая под рёбра.
- Молодцы! - рявкнул Маллид, взмахом меча отгоняя второго демона, который оказался достаточно проворен, чтобы сменить направление бега до того, как лезвие его коснётся.
Тогда Маллид резко кинулся на сближение с левым чудищем, и поднырнув под его лапу, полоснул наискось по торсу, оставив глубокую рану от груди до паха. Сам он пробежал дальше, рассчитывая, что вторая тварь бросится за ним, чтобы ударить в спину. И не прогадал. Промахнувшись по резко ушедшему вниз противнику, демон врезал лапой по морде своего согнувшегося от боли собрата, разорвав тому щёку и с хрустом выбив челюсть. Маллид же, быстро развернувшись, пнул в спину тварь, которую только что ранил, и та, истошно вопя и держась за свой живот, полетела башкой в первую. Затем он быстрым прямым ударом пронзил обеих насквозь, насадив на клинок, как насаживал кусочки мяса на прут, перед тем как жарить. Демон, что оказался к Маллиду лицом, выкинул вперёд обе лапы и попытался схватить своего противника за голову. Чтобы уйти от этой атаки, которая вполне могла стать смертельной, Маллиду пришлось отпрянуть назад. Когти
