ответа. Я ведь с самого начала знал, что ты недоговариваешь… авантюрист.
Норвежец поднял руки:
- Не коды! Траектории! Мне нужны траектории их полета! Данные для создания высокоточной противоракетной обороны НАТО.
- Все это давно устарело и всем известно…
- Не всё! Есть данные, актуальные до сих пор. Это нам сильно поможет.
Максим почесал затылок стволом ТОЗика. Как патриот он, конечно, обязан послать иностранца куда подальше. Но страны, в которой он родился – СССР, давно нет. Так почему бы и не помочь борьбе за мир во всем мире? Тем более что Ларс снова говорил неправду.
- Ладно, поехали, - отрезал он. – Зона рассудит.
И Ларс повел бронетранспортер к бело-красным куполам. Когда же машина остановилась между их серых бетонных оснований, Максим нацепил на плечи рюкзак. Больно, но терпимо.
- Зачем это тебе? – Ларс поставил бронетранспортер в уцелевший гараж. – Мы быстро – туда и обратно. У меня есть план ходов и помещений. Нам вниз, прямо по коридору и налево. Там центральный пост управления.
- Забудь. Обратного хода нет, - Максим повесил на плечо ТОЗик. – Если мы спустимся вниз, назад мы уже не вернемся. Наш замечательный транспорт придется оставить здесь. Потом придется искать другой. Ну, или чапать пешкодралом. Так идем? Или нет?
- Идем. Ради этого я здесь. А там что-нибудь придумаем.
- Или не придумаем…
Ларс не обратил внимания на последнюю реплику. Норвежец, в свою очередь, нацепил рюкзак, взял карабин и пошел к входу в самую большую башню.
На контрольно-пропускном пункте было пусто. Лишь плакат, предупреждающий дежурного о бдительности да отполированная руками вертушка, напоминали о старых временах, когда в командном центре кипела жизнь. Офицеры, многие из которых видели большую войну, спешили к своим боевым постам, а солдаты отдавали им честь…
- А вы кто такой? – спросил безусый боец через окошко в бронированном стекле. – Представьтесь по форме, офицер!
- Командир зенитного комплекса старший лейтенант Безымянный, - ошарашенно сказал Максим.
- Предъявите пропуск в развернутом виде!
Пузатый майор сдвинул Максима в сторону, приложил руку к козырьку и прошел пост, сдвинув вертушку.
- Его же вы пропустили! – возмутился Максим.
- Это помначштаба, ПНШ. Его все знают! А вас я впервые вижу, старлей. Пропуск!
- А можно я просто пойду? – Максим развернулся.
Солдат нажал на кнопку тревоги. Откуда-то прибежали еще два бойца, повалили Максима на пол и почему-то начали бить по щекам. С минуту он отбивался, потом увидел над собой Ларса и разжал кулаки.
- Ну ты даешь… Чуть меня не отметелил, - норвежец подал руку.
Максим встал, отряхнул пыль и ехидно оскалился:
- Спасибо за точное следование моим инструкциям. Здесь все кишит призраками. Следи за мной в оба. Увидишь хоть что-то подозрительное – отвесь подзатыльник. Иначе я могу и не вернуться из астрала. Видишь ли, друг Ларс. Призраки – это такая штука, что от них не поможет ни нож, ни ружье. Но для тебя они безобидны – ты их не воспринимаешь. Зато для меня души усопших опаснее любого монстра.
Максим перелез через вертушку и пошел к широкой лестнице. Ее облицованные гранитом ступени скрывались в темноте подземного этажа, но никелированные перила сверкали в белых лучах светодиодных фонарей. Вот как выглядит лестница в никуда.
В нижнем коридоре на полу лежала сухая, как порох, пыль. Ботинки оставляли на ней отчетливые отпечатки. С потолка свешивалась паутина. Она висела строго вертикально: воздух в подземелье был совершенно неподвижен и сперт. Каждый вдох давался с трудом: очевидно, вентиляция не работала с того самого дня, когда забросили командный центр.
Ларс поднял руку и коснулся паутины. Максим застыл, превратился в столб: наверняка сейчас явится тот, кто сплел сеть. И кто знает, насколько он силен?
Паутина рассыпалась хлопьями. Ларс собрал их на ладонь, потер и понюхал.
- Асбест, – подытожил он свои изыскания. – Противопожарная изоляция. На случай ядерной войны все здесь рассчитывалось. Сколько сил и денег ушло…
Максим вытер пот со лба, облегченно выдохнул и пошел к ответвлению в боковой, левый ход. В конце его темнела невзрачная с вида дверь с двумя задвижками.
- Стой! – выкрикнул Ларс. – Я же не сказал, в какой проход нам идти. Их три!
- А что, неправильно?
- Правильно. Как ты угадал?
- На стене написано: хранилище.
Ларс коснулся выкрашенного в зеленый цвет бетона:
- Нет здесь ничего.
Максим в свою очередь потрогал стену и пожал плечами:
- Тогда забей. Идем.
Он повернул задвижки и потянул за ручку. Дверь мягко распахнулась, приглашая войти внутрь. Максим шагнул вперед. Ларс последовал за ним и горестно вздохнул: все помещение было заставлено стеллажами с магнитными лентами.
- А ты думал увидеть здесь твердотельные накопители или хотя бы жесткие диски? – Максим сказал это серьезно, без издевки.
- Хотя бы папки с документами. Все мы не унесем. Откуда я знаю, что брать? Здесь везде шифр.
- Должен быть каталог, причем на бумаге. И журнал. В таких заведениях все серьезно.
Максим пересек линии стеллажей. В отгороженной стеклом каморке стояли два больших металлических шкафа, стол, два стула и диван. На столе в беспорядке валялись ручки, карандаши и общие тетради на пружинах. Обычные общие тетради, ученические. С приклеенными бумажными табличками: «Журнал учета выдачи носителей».
- Короче, ищи, что надо, а я подремлю.
Максим раскрыл оба шкафа, скинул рюкзак и плюхнулся на диван. Он уснул мгновенно. Ему снились коды запуска ядерных ракет. Уже знакомый майор с обвисшими щеками и толстым животом диктовал буквы и цифры, и, матерясь, требовал, чтобы он все это запомнил наизусть.
- Думаешь, из Москвы позвонят? Думаешь, «мертвая рука» поможет? Все будет гореть, все будет плавиться! Не будет Москвы, не будет никакой «мертвой руки»! Ты, офицер, должен знать коды назубок, чтобы в случае войны мы смогли ответить! Ну-ка, говори!
И Максим снова и снова повторял бессмысленные и оттого не менее жуткие последовательности, способные уничтожить мир… Очнулся он от того, что Ларс закатил ему смачную пощечину. И тут же влепил вторую.
- Ты махал руками, скрежетал зубами и бурчал под нос какие-то цифры. Пришлось вмазать, - как бы извиняясь, пояснил норвежец.
- Ты мог остаться в гордом одиночестве, если бы этого не сделал. Так что все правильно. Тебе долго еще?
- Я закончил. Надеюсь, пленки не размагнитились. Но даже если и так, наши спецы выжмут с них
