всегда трусила рядом с ней. Она вылитая моя первая бонна.
Аргус тоже пришел провожать Альтеронов и визгливо потявкивал. Перед этим лохматый предатель так тщательно облизывал Лие руки, что у нее промокли все носовые платки.
— Не переживай так, Бель. Надо уметь отпускать. Когда-нибудь уйдут и Гаэль с Арией, или Ясмина передумает жить здесь и утащит Троя к себе на Эллидиум.
— Я переживаю не потому, что дети лишились мирты, а беспокоюсь за нее. И ты, между прочим, тоже.
Но Крис упрямо не желал признавать очевидное.
— Все хорошо. Он до сих пор любит ее. Если есть чувства, то как можно навредить своей женщине?
Я бы могла напомнить ему историю его семьи. Или произнести имя, с которым иногда просыпалась посреди ночи в холодном поту. Но в чем-то он прав.
Нельзя остановить движение. Канаты шлепнулись на палубу, а потом зафырчал паровой двигатель. Тяжелый корпус судна завибрировал. Мягко, под небольшим углом, оно подалось назад. То есть вперед.
Начиналась нечто новое. Перелистывалась страница. Но мы вместе и готовы к любому повороту. Кристиан сжал мои пальцы, а вторую руку поднес к губам. Поцеловал ладонь.
— Когда у тебя такое выражение лица, Бель, то я теряюсь в догадках, что же меня ждет вечером.
— Нет, подсказок не будет, мой князь. Зато ты знаешь, чем он закончится.
Когда над Виллем восходят луны (или светит солнце)
«Н» лет спустя
Муж стоял у зеркала в нашей спальне. По моему настоянию в зеркальную ловушку комната превращалась только по ночам. И то не каждую ночь. Но панорамную полукруглую стену, выходящую на озеро и террасу, мы, конечно, оставили.
Он уже надел рубашку и теперь раздумывал, какой платок выбрать.
— Сегодня Кэти изъявила желание ночевать в приюте. Я не стал спорить. Ария пообещала создать для всех, кто не отправляется по домам, дымное приведение. Аргус будет там же. Он не оставляет малышку на ночь одну, — Крис сообщил это как бы между делом. Теперь он возился с верхней пуговицей.
Для родителей этой самой Кэтрин, то есть для меня и для князя, привычка хранителя представлялась полезной. И все равно в те часы, когда вильткас гонял свою жертвенную деву по замковым покоям, столкнуться с волкодавом — то еще удовольствие. Ведь убегала-то я от медведя.
В такие ночи я готова была придушить их обоих. И черного, и белого.
— Ага, — сказала я и высунула кончик языка. Я всегда так делала, когда надо было соединить тончайшие края каркаса в визуализированном заклинании (сложнейшем, между прочим). Сейчас я, например, в четвертый раз улучшала Закарсиса. Формула уже даже в учебниках называлась заклинанием Закарсиса-Вальмонт.
Крис замер и принялся расстегивать рубашку обратно.
— Легран, у тебя через двадцать минут встреча на другом континенте. А мне ещё где-то пятнадцать переплетать грани. Не сходится.
Я сидела на высоком стуле, причем забравшись на него с ногами. Столик с усиленным энергетическим барьером возвышался над всеми предметами в спальне. Заклинание, в случае неудачи, било ровно в потолок и не рассыпалось по сторонам.
Когда я возилась со своими опытами, муж обзывал меня йогом-осьминогом, имея в виду мою привычку принимать самые причудливые позы в минуты умственного напряжения. Но сейчас ему не так и смешно.
Последние ночи я засыпала рано, едва опустив голову на подушку. Из-за вражды между двумя кланами центрального континента прибавилось количество увечащих проклятий. Крис еще вчера собрал темнейших, упирая на угрозу балансу, и думаю, на проблемных территориях вот-вот сменится власть.
— Угу, — мрачно буркнул князь. — Бель, у тебя невероятно послушный муж, но боюсь, этим вечером я сорвусь и позволю себе чуть больше обычного.
Ну-ну, я могла заставить его зверя ходить на задних лапах и волком подвывать в небо. Но, пожалуй, напоминать об этом сейчас излишне.
— Я буду готова, — пообещала самым серьезным тоном. — А ты помнишь, что завтра у нас обедают королева с мужем? Не планируй истреблений на вторую половину дня, пожалуйста.
Со стороны это было похоже на разговор с людоедом.
— Какая из королев? — заинтересовался князь.
— Даже не думай, — вздохнула я. — Какая бы ни была, мы больше не отпускаем Кэти к Сесилии «погостить». Во-первых, дочку оттуда не вытянуть. У Лии и так проводит каникулы и выходные половина приюта. Во-вторых, нашей девочке нет и четырех. Мне тяжело, когда она так далеко даже с Ясминой и няньками.
— Там столько детей, что, уверяю тебя, Лия вряд ли замечает, когда на одного больше. И Кэтрин тогда ужасно хотела посмотреть жууууткие северные земли.
Девочку, разумеется, закрывали амулеты. Источники баловали ее, позволяя купаться сколько влезет без всякого родового перстня. К тому же ей досталась выносливость Легранов. Но мне куда спокойнее, когда я чувствовала ее здесь, на Вилле.
— Пожалуйста, любимый.
Кристиан кивнул. Он всегда уступал мне, даже в мелочах. А я все не могла к этому привыкнуть.
Муж тут же оказался рядом, но положение было затруднительным. Он бы поцеловал торчащие из-под юбок в обе стороны коленки, но я бы, точно, потеряла равновесие и, что хуже, сбила узор.
Тогда он чмокнул меня в нос.
— Какое платье ты выберешь на этот вечер, Вишенка?
— Терпение, мой хищный господин. Ты все увидишь, когда луны только-только поднимутся над водой.
Низкое рокочущее рычание преследовало меня потом весь день.
* * *
Две скалы в северной оконечности острова звались Рога Стража. Примерно на одной высоте они возвышались друг против друга, разделенные пропастью. Мы с Крисом обычно выбирали их для старта охоты.
В этом имелся резон. Даже на скорости вильтакса нас разделяло несколько минут, потому что ему требовалось спуститься и обойти разлом. За это время я тоже успевала оказаться внизу и углубиться в лес. Казалось бы, на этом все и заканчивалось. Но с каждым годом я уходила все дальше, — плутала и обманывала, — и случаи, когда я добиралась до замка, перестали быть такой уж редкостью.
В эти минуты я забралась наверх, приподнимая подол. Здесь я немного помогала себе и заранее просила кого-то из магов настроить портал. Встала за шипастым камнем, окруженным ровной грядой круглый камней поменьше. Прислонилась, выдохнула. Слишком тянуть нельзя. Медведь на той стороне уже принюхивался и дергал башкой.
Если его чересчур раззадорить, то он перемахнет с одной скалы на другую. Испортит охоту, мое платье и потребует завтра все повторить (а мы с таким трудом выкраивали себе поздний вечер и полночи). Еще пару минут, и разъяренное чудовище вдавит меня в скалу так, что все неровности вопьются в локти
