пластиковую бутылку и пригоршню потемневших листьев.
Пакеты в рюкзаки категорически не помещались. Можно было нести их в руках, но после долгого-долгого дня они казались неподъёмными.
— Ладно, вызовем такси, — решил Бьёрн.
Руслан тут же вспомнил «лошадку». От таких ассоциаций стало не по себе, но, к счастью, приехал знакомый усатый таксист.
Молча пожал видящим руки, кивнул и повёз их в сторону Бьёрнова дома.
Руслан уставился в окно. Ночной октябрьский город был одновременно красивым и пугающим. Голые деревья зловеще качали ветками под порывами ветра, на небе ярко светилась луна, то и дело прячась в серые рваные клочья облаков.
На перекрёстке их машину обогнало другое такси. Руслан невольно проследил за ним взглядом и заметил странный номер «006». А потом увидел, что в заднее стекло стучит мужчина с перепуганным лицом.
Он встрепенулся и быстро сказал:
— Бьёрн, смотри! Это «келпи»! А в ней человек!
Наставник глянул в сторону удаляющейся машины и тут же вытащил телефон.
— Гони за этой машиной! — велел он таксисту.
Пока Бьёрн требовал у Антона Иваныча срочно прислать группу на авто на перехват «лошадки», Руслан рассматривал мчащееся впереди такси.
Мужчина, сидящий внутри неправильной машины, продолжал стучать в окна. Кажется, он звал на помощь: Руслан видел, как раскрывался рот человека.
Краска на «одержимом» такси облупилась. Корпус местами проржавел. Руслан удивился, как люди вообще в такую жуткую рухлядь садятся.
Бьёрн ругнулся и сунул телефон в карман куртки.
— Не хватает у них транспорта! А тут «лошадка» человека счас утопит!
Таксист вопросительно посмотрел в зеркало заднего вида. Видимо, история с другим такси его всё-таки заинтересовала.
— Тварь одержала машину, — пояснил Бьёрн. — И теперь тащит мужика в реку, чтоб утопить. Вон, видишь, на номерном знаке шестёрка? Это число жертв.
Точно! Девушка, приходившая вчера, говорила, что номер странного такси был «003».
Таксист нахмурился и впервые на памяти Руслана заговорил. Он сказал:
— Непорядок!
Их машина помчалась быстрее.
— Нельзя дать «лошадке» нырнуть в воду! — проинструктировал Бьёрн. — Тогда человеку конец!
Таксист кивнул — и они понеслись в сторону уезжающей «келпи», тесня её с дороги к повороту налево.
Чужая машина метнулась влево, но в последний момент вильнула в сторону и юркнула в неприметную арку. Преследователи ринулись за ней.
— К пляжу гонит! — сказал Бьёрн, глядя на карту в телефоне.
Таксист махнул рукой вперёд. Насколько помнил Руслан, там, километрах в трёх, старый мост.
— С моста не нырнёт? — спросил он.
— Не, — мотнул головой наставник. — Там же перила. И на набережной «лошадке» не съехать — там парапет мне по пояс. Гони её туда, к набережной!
Таксист кивнул.
Их такси прибавило скорости. «Келпи» свернула во дворы — видящие и усатый таксист следом.
Руслана на заднем сидении сначала потряхивало, а потом начало мотать во все стороны.
«Хорошо, что пристёгнут, а то бы треснулся о крышу!»
Он покосился на таксиста: тот сидел, как приклеенный, сосредоточенно уставившись на дорогу впереди.
Следом за «келпи» их машина вылетела через тротуар на дорогу. Сбоку мелькнули фары — усатый таксист чудом вывернул руль, уходя от столкновения. Вслед им донёсся пронзительный автомобильный гудок.
Где «келпи»⁈ Ушла⁈
Усатый таксист, не снижая скорости, помчался по трассе. А, вон она, «лошадка»! «Келпи» выключила фары и казалась мчащимся сгустком темноты.
Она вдруг повернула налево, но усатый таксист почему-то не поехал следом. Кивнул сам себе и прибавил газу.
— Хочет на Пушкина проскочить? — уточнил Бьёрн.
Водитель кивнул.
Фонари неслись навстречу, сливаясь в ленты света. Руслан, вцепившись в ремень безопасности, вглядывался в дорогу и мысленно радовался, что машин здесь почти нет.
Наконец их такси свернуло налево. Машину ощутимо подбросило на бордюре, и Руслан прикусил язык.
«Лошадка» высунулась было из-за торца трёхэтажного дома, но, заметив, что проезд преграждает такси, дала задний ход. Такси видящих понеслось следом.
Эту часть города Руслан совсем не знал. Дворы, переулки, улицы мелькали, как на ускоренном видео. Фонари, деревья, редкие фигуры прохожих. Мусорные баки, кусты, заборы.
«Келпи» снесла ограждение возле стройки, но внутрь не поехала. Понеслась в объезд стройки и, протаранив ворота, метнулась на территорию какого-то автосервиса. Заброшенного, насколько Руслан заметил.
Их машина замерло у покорёженных ворот: правая створка рухнула, левая повисла на одной петле.
— Другого выезда нет? — поинтересовался наставник.
Таксист помотал головой.
— Тогда «лошадке» возвращаться придётся. Она попытается нас спугнуть и умчаться на реку.
Усатый таксист усмехнулся: мол, ну-ну, пусть попробует!
— Ладно, ученик, слушай внимательно. Если удастся заставить «лошадку» встать, надо открыть дверцу и выпустить человека. Монстр будет очень против. Пугать будет. Я его припечатаю, пока «спецы» не подъедут, но мне пара минут нужна. Так что твоя задача — удержать «келпи». Понял?
Руслан кивнул.
В недрах территории автосервиса, среди ржавых остовов машин, мелькнули фары. «Келпи» поняла, что другого выхода отсюда нет, и неслась обратно.
Усатый таксист крепче сжал руль и слегка наклонился вперёд.
«Келпи», набирая скорость, виляла между груд металлического хлама. Быстрее. Ещё быстрее. Ближе.
Между воротами и «келпи» оставалось метров сто, когда монстр вывел свою машину на прямую. Ржавое такси с бьющимся внутри человеком летело на такси видящих.
Секунды до столкновения.
А если «келпи» не свернёт? Зачем существу жалеть старую машину и человека внутри?
Перед мысленным взором Руслана пронеслись кадры с места автоаварии из какого-то фильма. Покорёженный металл и кровь.
«Келпи» приближалась, будто не касаясь земли. Как призрак.
До столкновения пять секунд. Не больше.
Четыре. Руслан перестал дышать.
Три.
Две.
С визгом шин «лошадка» подалась в сторону в последнюю секунду. И замерла метрах в десяти от их такси, словно монстру надо было перевести дух.
— Выходим! Живо! — рявкнул Бьёрн.
Руслан отстегнул ремень и открыл дверцу. Надо же, руки слушаются плохо. Да и ноги тоже. Но не время заострять на этом внимание.
Он побежал к мёртвой машине, стараясь не слишком припадать на затёкшую от напряжения ногу.
Мужчина внутри фальшивого такси лежал на заднем сиденьи не шевелясь. То ли потерял сознание, то ли «келпи» его оглушила. Впрочем, неважно.
Руслан протянул руку к дверце.
Бьёрн предупредил:
— «Лошадка» будет брыкаться. Пугать будет. Прям жутко. Но если возьмёшься за дверцу — отпускать нельзя. Готов?
Вместо ответа Руслан ухватился за ручку и потянул на себя.
«Келпи» задрожала, заводя мотор. Сейчас помчится, волоча за собой человека. У «келпи» скорость, тонна веса и сила. У человека только уверенность в том, что нельзя разжимать пальцы.
На Руслана вдруг обрушился поток тёмной воды. Он задохнулся на секунду, но ручку не отпустил.
Тут не может быть воды. Максимум — дождь.
Но вода не убывала. Он уже не видел ни наставника, ни даже «келпи». Он тонул. Прыгнул с моста после расставания с Коброй. И вода заполняла лёгкие, не давая дышать.
Ты тонешь. Ты неудачник. Ты умрёшь.
Нет. Этой воды нет. Дыши, давай! Ну!
Из той воды он выплыл. И вытащил парня, захваченного топляком. Это топляк говорит, что всё плохо и другого выхода нет. Но это неправда.
Он плыл, захлёбываясь и кашляя, и тащил потерявшего сознания парня на берег. Он выбрался из той воды.
Вода исчезла, и Руслан хрипя давился холодным воздухом. Дышать так хорошо. Дышать так больно.
Воздух становился всё холоднее. Надо согреть дыханием пальцы. Но что-то зажатое в руке мешает…
Он чуть не разжал пальцы. В последнюю секунду вспомнил: ручка, дверца, «келпи»! И стиснул сведённые судорогой пальцы сильнее.
Холодный воздух вокруг сделался обжигающе морозным. В лицо ударил ветер, резанув по коже колючими снежинками.
Тело свело судорогой. Мгновенно промёрзло всё: кожа, мышцы, кости, кровь в венах. Как холодно. Невыносимо.
Ты замёрзнешь. Ты не справишься. Ты умрёшь.
Он один в ледяном плену. Что делать? За что зацепиться сознанием, когда сами мысли замерзают в покрытой инеем голове? Ледяная корка покрывает глаза — и ничего не видно, уши — и ничего не слышно, губы — и ты больше никогда никому ничего не скажешь. Ты останешься в этой метели навсегда.
Почему-то рука не двигается. Что там? А, у него на руках мальчик. Илюша, Регинин сосед. И он, Руслан, должен вынести мальчика отсюда. Шаг за шагом заставляя двигаться непослушное тело. Вперёд.
Он вынес мальчика. И Регина потом поила его чаем. Он вышел из той метели.
Снег прекратился.
