силен, попробуй спасти ее!
Я уже принял решение. Мой взгляд слегка изменился, но я не сделал ни одного резкого движения. Демонический практик, сосредоточенный на мне, не заметил легкого дуновения воздуха за своей спиной.
Внезапно его лицо исказилось от удивления и боли. Он почувствовал что-то холодное, касающееся его шеи. Один из призрачных клинков, о котором мужчина забыл, среагировал на мою мысленную команду.
Острое лезвие рассекло горло демонического практика прежде, чем тот успел что-либо сказать. Его тело сотряслось в конвульсиях, а затем медленно повалилось на землю.
Девушка, которую он держал, упала на колени, судорожно хватая ртом воздух. Я быстро подошел к ней, протягивая руку.
— Ты в порядке? — спросил я, помогая ей подняться.
Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, все еще не веря, что опасность миновала. Затем медленно кивнула, не в силах произнести ни слова.
Вокруг нас воцарилась абсолютная тишина. Зрители, наблюдавшие за поединком, казалось, забыли как дышать. Никто не мог поверить, что только что на их глазах был повержен демонический практик, который держал в страхе весь город секты «Алых Лепестков».
Тело поверженного демонического практика лежало у моих ног, напоминая о жестокости только что завершившегося поединка. Его кровь медленно впитывалась в каменные плиты площади, оставляя зловещие разводы. Воздух все еще был наполнен остаточной энергией нашего боя — смесью моей чистой Звездной Ци и темной, искаженной силы демонического практика.
Лиан и Кайрен которые до этого момента держались на почтительном расстоянии, наконец осмелились приблизиться. Их лица выражали целую гамму эмоций — от благоговейного трепета до неприкрытого ужаса.
Лиан, старший из братьев, выглядел особенно встревоженным. Его обычно уверенное лицо побледнело, а в глазах читался страх. Он сделал несколько шагов в мою сторону, его роскошные одежды, расшитые золотыми нитями, слегка колыхались от легкого ветерка.
— Ты… ты навлек на нас беду, — произнес Лиан дрожащим голосом, который, казалось, вот-вот сорвется.
Я внимательно посмотрел на него, ожидая продолжения. Лиан нервно сглотнул, его кадык дернулся, и он продолжил, еще более взволнованно:
— Теперь они пришлют других. Еще более сильных… Они не простят этого!
В его словах чувствовался страх, глубоко укоренившийся за годы подчинения демоническим практикам. Я понимал его опасения — секта Ацтлан, как я уже успел узнать, славилась своей жестокостью и беспощадностью к тем, кто осмеливался бросить им вызов.
Я медленно обвел взглядом собравшихся вокруг практиков. Их лица выражали смесь страха и надежды, словно они не знали, радоваться им или готовиться к худшему. Многие из них были одеты в традиционные одежды секты «Алых Лепестков» — длинные красные мантии с золотой вышивкой, символизирующей их принадлежность к одной из самых влиятельных сект региона.
Сделав глубокий вдох, я спокойно произнес, обращаясь ко всем собравшимся.
— Как долго вы собираетесь быть их кормовой базой?
Мои слова прозвучали как удар грома среди ясного неба. Толпа замолчала, и я почувствовал, как все взгляды обратились ко мне.
Я сделал паузу, дав моим словам возможность проникнуть в сознание каждого.
— Посмотрите вокруг себя, — сказал я, обводя рукой площадь и возвышающиеся вокруг нее величественные здания. — Этот прекрасный город, ваши дома, ваши семьи… Все это создано вашими руками, вашим трудом и талантом. Но кому это принадлежит на самом деле? Вам или тем, кто приходит и забирает все, что пожелает?
Я видел, как мои слова находят отклик в сердцах слушателей. Некоторые опустили головы, не в силах выдержать горькую правду, другие же смотрели на меня с растущим интересом и пониманием.
— Демонические практики используют вас, словно скот, — продолжил я, чувствуя, как гнев поднимается в моей груди и наполняет голос силой. — Они забирают ваших дочерей, выкачивают ресурсы из ваших земель, подавляют вашу волю. И ради чего? Ради своего извращенного пути совершенствования, который противоречит самим законам Неба⁈
Некоторые из присутствующих вздрогнули при упоминании о похищенных дочерях. Это была болезненная тема для многих семей в городе. «Дом Наслаждений», контролируемый сектой Ацтлан, был постоянным напоминанием о той цене, которую приходилось платить за относительный мир.
Лиан попытался возразить, его лицо исказилось от внутренней борьбы.
— Но мы не можем просто…
Я не дал ему закончить, мой голос зазвучал еще громче, наполняясь энергией Звездной Ци.
— Разве ваши идеалы велят вам страдать? Разве это ваша судьба — быть вечными рабами тех, кто избрал путь тьмы? Таков ли ваш путь?
Мои слова эхом разнеслись по площади, отражаясь от стен зданий и проникая в самые сердца слушателей. Я видел, как в глазах многих загорается огонек понимания и решимости.
Кайрен, младший брат Лиана, который до этого момента молчал, внезапно сжал кулаки так сильно, что его костяшки побелели. Его глаза горели смесью гнева и страха, когда он выкрикнул.
— Ты думаешь, это так просто⁈ Так просто освободиться от того, кто может раздавить тебя, не моргнув? Я ненавижу их, как и все здесь, но толку от ненависти, если тебя убьют?
Его голос дрожал от едва сдерживаемых эмоций. Я видел, как в нем борются страх перед могуществом секты Ацтлан и желание освободиться от их гнета.
Я посмотрел прямо в глаза Кайрену, чувствуя его боль и отчаяние. Мой голос стал мягче, но не потерял своей силы:
— Подчиняться — самый легкий путь. Но не единственный.
Эти слова повисли в воздухе, словно тяжелые капли перед грозой. Я видел, как они проникают в сознание каждого, кто меня слушал. Тишина, воцарившаяся на площади, была настолько глубокой, что, казалось, можно было услышать, как бьются сердца всех присутствующих.
Лиан, который до этого момента выглядел растерянным и напуганным, вдруг выпрямился. Его глаза встретились с моими, и я увидел в них проблеск той силы и решимости, которая, должно быть, сделала его одним из лидеров секты «Алых Лепестков». Он сделал глубокий вдох, расправил плечи и, наконец, произнес:
— Я поговорю с отцом, когда он вернется из уединенной медитации.
Напряжение, сковывавшее толпу, начало спадать. Люди начали переглядываться, на их лицах появились робкие улыбки. А затем, словно прорвав невидимую плотину, площадь взорвалась аплодисментами и радостными возгласами. Такое чувство, что им просто не хватало кого-то, кто это озвучит.
Я стоял, наблюдая за этим проявлением надежды и воодушевления, чувствуя, как тепло разливается в моей груди. Эти практики не заслуживали быть под гнетом кого-то подобного тому, кого я сегодня прикончил.
Внезапно перед моими глазами вспыхнул знакомый текст техники «Безоблачного Неба». Символы, казалось, парили в воздухе, видимые только мне. Ну надо
