силу к цветку.
В принципе, вся магия работала сходным образом. Есть источник и витающая вокруг разнообразная сила. Часть её рассеивается, часть впитывается людьми или, например, аномалиями, которые потом могут стать местом силы. Или поглотителем. Волшебные создания — тоже часть этой огромной системы. Да всё включено в непостижимый баланс мира.
Мировую магию считали магией взаимосвязей. Условно, если в одном месте повлиять на потоки, в другом произойдёт какое-то событие. Не более чем теория, так как практически постичь подобное никто не смог. Насколько это было известно.
Но у меня задача была попроще — наладить связь с одним маленьким растением.
Получалось так себе.
Отголосок силы я ощутил, но на этом всё. Чуть усилил напор — это дало лишь потерю этого слабого сигнала. Непосредственный контакт тоже не помог. Мне даже показалось, что растению не нравится, когда его трогают.
Так я и сидел на подоконнике, задумчиво сверля взглядом горшок. Окна из-за отличной погоды были распахнуты. Шелестела листва, пели пташки, и озорной солнечный луч так и норовил ослепить меня.
Я сходил на кухню, сварил себе крепкого кофе, прихватил пирожков и вернулся, устроившись с целью получить хоть какой-нибудь осязаемый прогресс.
— Может вам помочь, Александр? — услышал я нежный голосок призрачной княжны.
Давыдова пребывала в бестелесном виде, как очень часто в последнее время. В статую ангела девушка воплощалась лишь для вечерних сказок и традиционных празднований.
Впрочем, скульптор сделал изваяние с натуры, поэтому разница была небольшая. Отсутствие крыльев и некоторая эфемерность её образа. То есть осознанный выбор. Для Видящих духи могли являться в любом виде, хоть весьма реалистичном, хоть как сейчас — когда лучи солнца словно проходили сквозь фигуру девушки.
Княжне, как и всем призракам, хотелось настоящего воплощения. Не в камне и не только для тех, кто может их видеть.
— Ангелина, — я приветственно поклонился. — Пожалуй, вы действительно можете помочь. Расскажите про свой дар.
— Я почувствовала силу, — улыбнулась она, подойдя ближе и улыбнувшись. — Не поняла сначала, такого не случалось со мной… при жизни. Это странно, но приятно. Вы взялись за новый аспект?
Я кивнул, и девушка оживилась:
— Ах, я вам даже в чём-то завидую, знаете? Когда сила пробуждается… Это ни с чем не сравнить. Будто заново рождаешься. И перед тобой открывается весь мир. Чудесное чувство.
— Соглашусь, — невольно улыбнулся я её восторгу. — Пускай большинство людей боится нового.
— Глупости какие, — удивилась княжна. — Новое — это всегда так интересно! Ведь никогда не знаешь, что тебя ждёт.
Я не стал говорить, что это и пугает людей. При этом полностью поддерживал её позицию. Новое и неизведанное — всегда любопытно. Всегда вызов и призыв. Зов туда, за границы понятного. И там может оказаться что угодно. Страшно ли это? Безусловно. Интересно? Ещё больше!
— Мой дар… — Давыдова мечтательно улыбнулась, с теплотой глядя на одинокое растение. — Право, не знаю, как объяснить это словами. Однако это отличная тренировка, ведь мне предстоит учить детей. Пожалуй, я могу начать с вас, ваше сиятельство, — подмигнула она мне.
Я был не против учиться как ребёнок. Собственно, в каждом новом аспекте я им и был. Кроме одного, моего прошлого. Следующая пара должна была стать самой простой и вместе с тем сложной.
— Что вы видите? — сразу же приступила к обучению природница.
— Ну, горшок вижу, — ответил я, немного подумал и всё же добавил конкретики: — Листья. Продолговатые, с бледными прожилками. Землю полить не мешает…
— Александр! — деланно возмутилась она. — Ну я же не в прямом смысле, что видите.
Чёрт, это будет нелегко. Что значит не в прямом? Какой вопрос, такой и ответ. Я постарался отстраниться от всяких эмоций и сконцентрироваться на магическом зрении. Что же я вижу…
Увы, всё тот же горшок. И довольно чахлый цветок, не очень общительный.
Я залпом допил кофе, решительно выпрямился и уставился на растение. Так, по идее со всем нужно войти в контакт. Так было с камнем, душу которого требовалось ощутить. С животными, со стихиями, даже с тёмными аспектами.
Но я натыкался на невидимую преграду. А ещё уловил нечто странное, но знакомое. Этот задохлик что, надо мной насмехается?
— Не надо противостоять ему, — мягко произнесла Давыдова. — Мужчины так любят соперничать, что порой забывают о главном. О любви.
Полюбить каждую травинку — для меня, конечно, чересчур. Но я понял, о чём она говорила. То же самое было с волками, пока я воспринимал их очередным вызовом, ничего не получалось.
— То, что вы видите, лишь часть целого, — княжна провела рукой, пытаясь погладить растение. — Корни. Не стоит забывать про корни. Он находится в земле больше чем наполовину. Это то, что его питает.
Банальные вещи, но они меня натолкнули на идею, никак не связанную с магией природы. Этап решения задачи артефакта. Корни. Основа, заложенная в детстве и юности, именно она нас ведёт дальше по жизни. Неважно, хорошее было то время или наполненное бедами. Там формируется характер. И намерения.
— Естественно, есть виды, имеющие слаборазвитую корневую систему, — увлечённо продолжила природница. — Вплоть почти до полного её отсутствия. Тилландсия, к примеру. Удивительное растение! Она может жить буквально в воздухе, представьте себе! Мой батюшка привёз мне такую из тропических стран, — погрузилась она в воспоминания. — Видели бы вы мою оранжерею. Эти крошки висели под потолком, будто парили. Всё, что им было нужно — вода.
Я машинально поднял голову — на потолке зимнего сада трудолюбивый паук спел внушительную сеть, дрожащую от сквозняка. И когда только успел? Здесь же убираются постоянно.
Давыдова проследила за моим взглядом, улыбнулась мохнатому пауку, замершему от нашего внимания, и уверенно заявила:
— Вам непременно стоит обзавестись тилландсиями, Александр.
— Непременно, — вежливо согласился я, пусть звучало это как какая-то болезнь.
Да и представить было сложно растения, не требующие почвы. Я уже понял, что в качестве учителя девушка мне вряд ли подойдёт. Её добродушие и мечтательность — великолепные качества. И с детьми, к тому же в перспективе долгого обучения, это лишь плюс.
Но у меня была задача изучить всё быстро, просто и эффективно.
Иначе говоря, сурово и на практике. И благодаря княжне, я понял, кто мне может в этом помочь.
— Спасибо, — подскочил я, едва не уронив опустевшую чашку.
— За что же? — слегка разочарованно сказала
