и сдвоенное войско, которое быстро обрастет другими, — закончила Альфстанна мысль Диенара вслух, сама того не заметив.
«Он прав» — упало сердце августы. Признаться, она сама пару раз допускала мысль о браке, а не о помолвке, но предложить не решилась. А уж после вчерашнего…
«Статус невесты и впрямь практически ничего не дает — невест до жены можно сколько угодно поменять, и Хеледд, эта мелкая стратийская дрянь, как назвал её Айонас, знает об этом больше других — разве сама она не заняла место Теганы Таламрин?!».
— Пока она будет думать, как обойти секвент, — подхватил Диенар, — это всерьез займет её чем-то якобы важным…
— …так что без пристального внимания нам будет проще подготовить захват столицы, — с тяжелым сердцем выдохнула Альфстанна, по-прежнему не оборачиваясь.
«И умна» — безотчетно повторил Айонас, теряя самого себя.
Август глядел ей в спину, зная: Стабальт не оборачивается, чтобы он не видел её пунцовых щек. Воля девочки тверже сердца палача, подумал Айонас. Но опыт… ей не хватало крайне простого опыта, чтобы стать цельной. Пока она словно расколотый на две половины камень, который никак не срастется в одно.
Дабы не смущать августу еще больше, мужчина отбросил все маски, насмешки и проверки, признав, что она выдержала каждую.
— Пойдем со мной, — сказал Айонас, направляясь к двери. Не подал руки, как Альфстанна переживала, и не оборачивался, молча указуя дорогу.
Место, куда август привел Альфстанну не было храмом или святилищем, как можно было ожидать: обычный кабинет. Местные верховоды, коммандер стражей и лорд-магистр, встали, едва августы вошли.
— Сиятельная леди, — коммандер подчеркнул титул Альфстанны, и поклонился первым. Глубоко и почтительно. У Стабальт нервно дрогнули плечики: Создатель Милосердный, если её отец узнает, что она тут сейчас вытворяет …
Подписывая предложенную грамоту и договор двух кланов Королевского Секвента, Альфстанна так и сказала остальным:
— Батиар Стабальт не должен об этом узнать. Его тогда никакие больные ноги не остановят поотрывать головы нам всем.
Батиара Айонас помнил отлично. И на замечание его дочери только хмыкнул: точно.
Вечерело, когда, наскоро перехватив еды, Стабальт вместе с Айонасом вышли на улицу. Люди августы уже были снаружи, им девушка велела готовить коней, едва вернулась в комнату. Диенар попытался подшутить, предчуя, что, наверное, это последний раз — потому что другой уже не представится:
— Что, неужели не останешься на нашу свадебную ночь?
Альфстанна ответила взглядом — посмотрела искоса, дернув уголком рта. Похоже, и она понимает, что самая лучшая часть их плана подошла к концу. Дальше будет только опасность — и ни одного плеча поблизости, чтобы опереться. Альфстанна с достоинством принимала роль, которую избрал для неё отец, когда ему отказали колени и когда надежда воспитать дитя мужского пола угасла.
Для девственницы готовность молодой августы быть призом на насильственных торгах со смертельным исходом достойна самого натурального восхищения, ибо знать, какая ставка тебе уготована в большой игре, и принимать её — храбрость.
Леди, видимо, тоже задумалась, потому что, достигнув приготовленного коня, проигнорировала согбенного рядом со стременем Толгримма, самостоятельно поднявшись в седло. Ловко и легко. В этом её талант, согласился Айонас в душе.
— Я был не особо уважителен с тобой прежде… — заговорил мужчина сам от себя не ожидая.
— Бросьте, — пресекла Альфстанна. Не до того сейчас. — Пройдет тысяча лет, и женщинам все равно придется раз за разом доказывать мужчинам, что они хоть чего-то стоят, прежде чем те начнут разговаривать с нами лучше, чем с собаками.
Диенар повел бровью — и головой. Да, единственная наследница в клане августов точно знает об этом не понаслышке. Чего ей стоило, интересно, добиться безукоризненного подчинения здоровяков из охраны, после гибели братьев?
— У вас не будет проблем? — спросила Стабальт мягко. Будто, как он отбросил с ней всякие игры, так и она спрятала оголенный прежде меч подозрительности. В конце концов, их маленькие приключения были хорошим для этого поводом. — Я имею в виду, Лаудан, а может, уже и Хеледд выслала по ваши души дознавателей, и то, что вас нет в вашем же лагере…
— Я поехал в цитадель, чтобы призвать в помощь отряд стражей и парочку магов. — Айонас широко улыбнулся. Почему он не говорил с ней раньше? — А то, знаешь ли, исчадия, это та еще железная заноза. Ты тут здесь вообще не при чем. Тебя я в последний раз видел в столице.
Затем неожиданно Айонас вцепился в поводья коня под уздой, застав всадницу врасплох.
— Альфстанна, — заговорил тоном прямым и твердым, как бросок копейщика. — Ллейд хороший парень, и я понимаю, почему он привлек тебя в помощь в этом деле. Но мы оба знаем, что он действует за спиной своего отца. Если Эйнсел что-то прознает и вмешается, и Ллейд утратит контроль над войсками Таламринов, если вообще что-то пойдет не так, отбрось страх и стыд и напиши мне.
Альфстанна выслушала молча, напряженно всматриваясь в лицо мужчины. Айонас выглядел как человек, для которого внезапно самым ценным в мире стало обеспечить её безопасность, и тоже не моргал, хотя краем глаза видел, как едва заметно дрожат повода конского оголовья. Надо же, стоит ей лишь пальцами пошевелить — и жеребец делает, что девчонке нужно. Интересно, подумал Айонас, с любым жеребцом так?
Стабальт кивнула. Ощущая, как утекает время, она развернула коня, крикнув громче ожидаемого:
— В столицу! — низко, командно. Конь чуть взвился, сделал первый шаг. Толгримм продублировал приказ августы держать путь в столицу Даэрдина своей и Айоновской охранным десяткам (разумеется, Диенар выделил людей для защиты «супруги»), а Альфстанна наконец отвела взор от мужчины, нрав которого ей, кажется, только теперь и удалось распознать.
P/S: друзья, я прошу прощения за нестабильность выкладок в последнее время и совсем не могу гарантировать, что ближайшие два месяца смогу держаться условленных дней, пн и чт. Сначала нужно было принять сессию, теперь до конца лета нужно переехать на 6 часовых поясов. А это, как Вы понимаете, сопряжено с кучей бюрократических процедур и бумаг. Писать буду железно и выкладывать тоже, но, возможно, не всегда вовремя. Надеюсь на понимание.
Глава 12
Данан плохо помнила дорогу до мельницы, где прежде в Умсаре они с Редом покупали хлеб. Но Дей и Борво помнили хорошо и шли впереди. Денег, собранных с трупов подручных Жала пока хватало. Данан шла, сверля Диармайду спину, и думая, как теперь все развернется. Что, если их все-таки поймают даэрдинцы? Если
