Девирн, или, вернее, Молдвинн, о котором поведал брат, прирежет их как скот? Что, если Клейв не получит послание от братского гонца и не явится? Просто не придет с той помощью, на какую Данан рассчитывает, как на последнюю надежду? Что, если гонца Гессима перехватят? Любого из гонцов! Будь то посланник в Цитадель Тайн или посланник в лагерь Ллейда… И что, если, в конце концов, все это окажется неважно, потому что вот прямо сейчас или завтра, или еще через день Темный Архонт появится в Даэрдине? Со сворой исчадий или один, имея в руках то, что искал, или даже без него — ЧТО ТОГДА БУДЕТ?!
Ничего? — истерично хмыкнул внутренний голос.
«Ничего», — с наслаждением ответил голос в голове. Голос, каким Данан не слышала его уже несколько недель. Данан поперхнулась воздухом — и голос в голове с пониманием засмеялся.
— Данан? — шепнул сбоку Жал, но чародейка не слышала.
«С тобой ничего не будет», — снова снисходительно и твердо прозвучал голос архонта. Или это голос того эльфа, которого он растянул, как сапог, и влез внутрь?!
— Данан, — позвал эйтианец чуть громче и невесомо, пальцем коснулся женского локтя. Чародейка не чувствовала касания — только как сердце заколотилось прямо в горле.
«Когда Аэрида снова дрогнет под нами, с тобой, — подчеркнул архонт, — ничего не будет. Если ты правильно выберешь сторону, темный чародей».
Тошнота подступила вместе с волоком тьмы, ударившим в голову. Как в бреду Данан схватилась за Жала — под руку попалось эльфийское предплечье, — теряя равновесие, завалилась вперед. Эльф поймал. Не понимая, что происходит, он напрягся, нахмурился, руки налились амниритовым сиянием, то тут, то там, сочившемся сквозь узкие прорехи одежды. Энергия волшебного минерала пробежалась по позвонку чародейки россыпью горячих искр, Данан бросило в жар, но, главное, мрак перед глазами отступил. Опираясь на руки эльфа, Данан переступила ногами и поняла, что, похоже, конечности снова держат.
— Дан! — Дей, оглянувшись, бросился назад. — Что с ней? — с готовностью прибить уставился на Жала.
— Да что? — пробурчал под нос Хольфстенн. — Спит одна уже сколько времени, вот и валится в руки ко всяким. К тому же наряд располагает, — подмигнул гном.
Диармайд только покосился на Стенна. Он приобнял Данан за свободное плечо и одновременно попытался оттолкнуть Жала. И тут же удивленно уставился на чародейку, почувствовав женскую руку на груди. Данан отталкивала его самого, отступая и, тем самым, прижимаясь к наемнику.
«Дура! — заорал внутренний голос со слезами в интонациях. — Дура! Из всех вас он — самый опытный смотритель! Скажи ему! Он может знать, почему архонт снова зазвучал, как человек, а не монстр!»
— Не нужно, Диармайд.
«Не отталкивай, притяни! Да что же ты делаешь?! Скажи Диар…»
— Все в порядке.
— Это архонт? — «Как чувствовал» — обреченно поняла Данан.
«Вот же! Он сам додумался! Скажи! Просто кивни, в конце концов! НЕ МОЛЧИ, ПОЖАЛУЙСТА!».
— Это просто неуклюжесть. — Данан смяла внутренний голос, свернув, как вымешанное тесто, в комок. — Я оступилась, Жал поймал. Не о чем волноваться. — Она даже улыбнулась — и прокляла себя.
Со смерти Реда они с Деем постоянно на ножах, особенно с появления в их компании эльфа. Цапаются по любому поводу, грызутся на каждой фразе. Но — Данан не сомневалась ни минуты — из всего их отряда именно Дей будет тем, кто в пылу самой жаркой схватки будет держать её в поле зрения и следить, чтобы она не умерла. Сейчас, когда Редгара нет, она стала Диармайду еще важней — иначе, с чего он так бесился, когда Данан решила пригреть в отряде наемника? С чего он стал просить прощения? С чего, едва у неё голова закружится, бросается с тревогой, как прежде — только Редгар?
Он ей тоже важен. Как бывают важны целые бастионы родной крепости, к ледяным камням которых припадаешь тяжелой головой, оставив позади смрад и ужас больших многочисленных битв. Как бывают важны товарищеские спины в неравном бою. Как бывает важна вязанка дров, подаренная в самую лютую и морозную метель.
Дей — Данан осознала с ужасом и вдруг — стал почти так же важен, как был Клейв, лишь с небольшой разницей.
С Клейвом чародейку связывало многолетнее обязательство, и они придерживались его в согласии. С Деем… Если они переживут Пагубу, причем оба, архонт и кровь исчадий тоже станет их обязательством, которое всегда будет залогом их склок — и верности. С Клейвом у Данан не было секретов, потому что это позволяло уберечь окружающих от опасности. С Деем у Данан прежде не случалось тайн, потому что это помогало уберечь его самого. Клейв был надзирателем, который, когда она влюбилась, смог остановить их от опрометчивых поступков. А Дей…
Данан обреченно вздохнула: Дей важен почти как Клейв — но с огромной разницей. Не зря ведь она всю ночь говорила с братом об этой разнице! А раз так, значит, пришло время держать от Дея подальше — и себя, и свои секреты.
— Все в порядке, идем, — повторила она вслух, видя, что Дей по-прежнему внимательно разглядывает её лицо. Лишь бы не покраснеть!
Ожидая, пока недовольный Диармайд вернется к Борво, Данан не шевелилась. И совсем не могла слышать или видеть, как скабрезно блестят глаза Жала. Ему даже делать ничего не надо, чтобы убрать Дея с дороги — Данан сама, кажется, намерена это сделать.
Выход из Умсара дался почти также просто, как и вход — стражи верили в ту же байку. Но, миновав гарнизонный пост, Жал напрягся, мрачнея. На вечернем биваке немного за городом, он подошел к Данан, сидевшей у костра, и потребовал:
— Снимай это. — Кивком головы указал на неё всю.
— Жал? — напряглась чародейка в ответ.
Эльф понял, что прозвучало спорно, и уточнил:
— Мы больше не сможем воспользоваться враньем, про то, что вы — подручные эйтианца, нанятого регентом. Такими темпами через пару дней на всех постах будут знать, что по Даэрдину разгуливает эльф с кучкой ряженых, который якобы ловит дезертиров-смотрителей. И, учитывая, что мы так никого и не поймали, поймают нас.
— Странно, что на вторых воротах не взяли, — протянул гном. Эльф махнул рукой:
— Хранители порядка — когда среди них попадались умные или хотя бы сообразительные? — не требуя ответа спросил Жал. — И тем не менее, Данан, думаю, тебе больше нет смысла ходить так. Переодевайся и бери посох. Едва ли путь будет свободен все время, чародей нам пригодится в полной силе. — Он протянул
