кухне и раздавать по одной миске бесплатной каши не раз в три дня, а каждый день. Еще нужна охрана для склада. А еще можно нанять лекаря, чтобы он раз в две недели принимал людей и лечил их.
Раньше у меня в голове мелькали бы только лица довольных сытых детишек вроде малышки Аи, но после двух лет управления Павильоном мне представлялись учетные книги с доходами и расходами. Сколько я могу выделить денег на стройку? Придется ли просить у отца взаймы или я смогу обойтись своими силами? Кого назначить ответственным за строительство? Кто будет присматривать за столовой? Что делать, когда придут бандиты из Цзянху? Они могут просто спалить мое здание. Значит, нужно купить особую пропитку для дерева, которая не даст ему загореться. Но это дорого…
— Ялань! — голос отца заставил меня отвлечься от цифр и расчетов. — Это еще не всё. За эти годы я не раз разговаривал о помолвке, не раз подходили ко мне, и хотя предварительно семьи возможных женихов были рады обручиться с моей дочерью, всякий раз переговоры заканчивались отказом под тем или иным предлогом.
— Почему отца это удивляет? Разве до тебя не долетали слухи, которые ходят обо мне в Линьцзин?
Он встал из-за стола, подошел ко мне и обнял:
— Моя Орхидеюшка! Такая большая, а всё еще такая наивная. Думаешь, все люди в этом мире так же честны и благородны, как ты? Даже если бы тебя застали с мужчиной, даже если бы у тебя появился внебрачный ребенок, разве это остановило бы их? Ведь ты не девка из Крысиного угла, ты — дочь правого министра. За одну лишь возможность породниться со мной многие согласились бы взять в жены даже… — отец вовремя остановился, разжал свои объятия и посмотрел мне в глаза. — Кроме того, ты владеешь Павильоном небесной глазури, который в месяц приносит столько денег, сколько не зарабатывает за год чиновник второго ранга. И поверь, все в Линьцзин знают, что Павильон входит в твое приданое.
— Тогда, — засомневалась я, — тогда почему за два года к нам на порог не ступил ни один сват?
— Потому что кто-то отслеживает всех вероятных женихов и чем-то угрожает им. Или подкупает. Или что-то обещает. Словом, есть тот, кто не хочет, чтобы моя Ялань вышла замуж.
— Неужели… неужели это Сюэ Сюэ? — пробормотала я ненавистное имя. — Зачем? Ведь брак с ним уже невозможен. Для чего тогда?
— Я и сам сначала не поверил. Слышала о недавнем сильном пожаре?
— Где сгорела лавка с травами?
— Верно. Это как раз было предупреждение той семье, с которой я беседовал об обручении. Они проигнорировали письмо с угрозами. Поэтому я прошу тебя еще раз подумать. Может, тебе все-таки следует поехать в Цяннань к брату? Вряд ли руки Сюэ Сюэ дотянутся туда.
Я задумчиво кивнула:
— Позволь мне поразмыслить над этим. Я не хочу уезжать, не построив столовую. Вряд ли брат разрешит мне возвращаться в Линьцзин по моему желанию.
— Не суди Вейяна по его жене. Вейян не станет принуждать тебя.
— Благодарю, отец, за доверие и за заботу. Твоя недостойная дочь больше не подведет тебя!
— Моя Лань-Лань ни разу не разочаровывала отца и никогда не разочарует.
Глава 4
Рано утром, едва приведя себя в порядок, я поспешила во двор Чжоу. Надо было перехватить управляющего, чтобы он не ушел никуда по делам семьи.
Малышка Тан И первая поприветствовала меня церемонным поклоном обученной служанки. Вся ее живость и непосредственность теперь выражались только через озорной взгляд и умильные гримаски, манеры же и речь соответствовали ее статусу в нашем доме.
— Старший брат У не ожидал, что понадобится юной госпоже Ли так рано, — сообщила она. — Если юная госпожа Ли пожелает, эта служанка позовет его.
— Не нужно, Тан И, я к дяде Чжоу, — махнула я рукой. — Как твое обучение? Много иероглифов выучила?
— Знаю уже сто, — девочка забавно наморщила носик, — ну, или чуть меньше. Я никак не догоню братика! Они такие сложные. А юная госпожа Ли выучила их все? Там же очень много.
— Все иероглифы знают только мудрые старцы, — улыбнулась я и поспешила в дом, иначе Тан И заболтает меня на весь день.
Управляющий как раз завтракал и едва не поперхнулся, увидев госпожу в своем домике. Я извинилась и сказала, что подожду окончания трапезы, но дядя Чжоу сразу же встал, велел убрать плошки и приготовился слушать. Я выложила ему отцовскую идею с постройкой бесплатной столовой.
— Я пока не видела выделенный участок и, скорее всего, не увижу, но хочу, чтобы это было большое здание. Часть отведем под хранение зерна и овощей, отдельно — кухня с очагом на три-четыре котла и двор с навесами и столами. Еще нужна небольшая комната для приходящего лекаря. Впрочем, приглядывать за стройкой будет другой человек. Я же пришла, чтобы управляющий Чжоу помог посчитать, сколько денег нужно выдать на строительство сейчас, сколько потребуется потом и в какие сроки, исходя из моих текущих доходов.
Мы просидели полдня за бумагами, обговаривая детали, учли даже ту самую невозгораемую пропитку и наемников, которые будут охранять место строительства. Это было дорого, но дешевле, чем возводить здание после пожара и посылать своих охранников. Заодно я поняла, какая часть дохода Павильона небесной глазури будет уходить каждый месяц на поддержание столовой. Если сделать всё с умом, закупить зерно заранее, а в работницы нанять женщин из Крысиного угла, выходило вполне неплохо.
С этими расчетами я отправилась к управляющему Хо. Дядя Чжоу — это наши финансы, дядя Хо — люди и заведения. Конечно, я не собиралась взваливать свои дела на плечи Большого медведя, но посоветоваться стоило. И я никогда не пренебрегала мудростью дяди Хо.
В лавке Хо всё было по-прежнему. Покупателей теперь встречала не дочь Хо, а невестка, жена сына. Сюин вышла замуж и оставила отцовский дом, сын женился. Только я до сих пор не получила помолвочных даров.
— Столовая в Крысином углу? — прогудел Хо Дасюн, когда я выложила ему свои планы. — Дело, конечно, хорошее, милосердие девушкам к лицу, да только как бы еще больше слухов не пошло…
— Я это делаю как раз, чтобы избежать слухов. Мне передали место
