— Вот то, что вы просили. — Он поднес пробирку к носу Льюиса. Тот почувствовал сладкий аромат мускуса. Это было непохоже на резкий запах из баллона.
«Это объясняет, почему исчезли баллоны, — подумал Льюис. — Кто-то их просто подменил. Но что было в тех, других?»
— Ты хотел что-то сказать, — напомнил шериф.
— Да, — опомнился Льюис. — Идите вместе с ребятами в морг. Разворотите стену позади того места, где нашли баллоны. Заодно вскройте пол.
— Что мы должны найти? — поинтересовался Кзернак.
— Откуда я знаю? Наверное, что-нибудь интересное. Баллоны за моей спиной постоянно то появлялись, то снова исчезали. Я хочу разобраться в этом фокусе.
— Надеюсь, ты знаешь, что предлагаешь. Люди шарахаются от морга. Говорят, что он приносит несчастье.
— Может, это и неплохо для бизнеса, — улыбнулся Льюис. Затем уже серьезно добавил: — Может, вы думаете, что это неплохо и для того, кто попытался пристрелить вашего человека, а потом застрелился сам?
— Наверное, в твоих подозрениях есть смысл.
— Наверное, об этом вам известно больше чем мне. Кстати, где тело Джонсона?
— Его сейчас бальзамируют, — ответил Кзернак. — Уэлби, ты действительно что-то знаешь? Д. А. будет визжать, если заставить его работать самостоятельно.
— Успокойтесь, шериф.
— Ладно, может, ты мне все-таки расскажешь про самоубийство Джонсона?
— Говорят, что он был сумасшедшим. Джон должен знать об этом побольше. Док Белармейн потрошит труп Джонсона и рассказывает ему о прелестях анатомии.
— Почему?
— Он говорил что-то о «просто человеческом»…
— Ответ ты на меня прямо-таки вешаешь, — отозвался Кзернак.
— Вы будете этим заниматься?
— Вне всяких сомнений. Но мне это не нравится!
Шериф напялил шляпу и вышел из комнаты. Доктор последовал за ним.
— Который час? — бросил им вслед Льюис.
— Около пяти. Вы были без сознания, когда вас привезли из операционной.
— Пять утра или вечера?
— Вечера.
— Наверное, вы хорошенько надо мной попотели? — спросил Льюис.
— Это была чистая рана. Все было довольно просто. Сейчас обеденное время. Я распоряжусь, чтобы вас обслужили в первую очередь. А потом сиделка принесет снотворное. Вам необходимо отдохнуть.
— Как долго мне еще валяться в постели?
— Мы поговорим об этом позже, — улыбнулся доктор. Затем повернулся и вышел из комнаты.
Льюис повернул голову и увидел стопку журналов на тумбочке. Один из журналов валялся на ковре. Он был хорошо иллюстрирован — чудовище с выпученными глазами преследовало полуодетую красотку. Льюису припомнился его кошмар. «Просто человек… Просто человек… Просто человек…» Эти слова словно звучали с заезженной пластинки. Но какое отношение имел Джонсон к этим галлюцинациям?
Студент-сиделка принес поднос, установил его на кровати и помог Льюису перекусить. К его рукам, казалось, навечно прикипел гипосульфит. Льюис засыпал, все еще пытаясь найти ответы на мучавшие его вопросы.
— Он уже проснулся, — произнес женский голос. Льюис услышал, как распахнулась дверь. Он открыл глаза и увидел Кзернака с Уэлшем. Было светло. За окном шел дождь. Мужчины сняли свои плащи и развесили их на стульях.
Льюис улыбнулся Уэлшу:
— Спасибо за прекрасный слух, Джо.
Уэлш ухмыльнулся в ответ и сказал:
— Я открыл окно, как только ты отошел от черного хода. Думал, что ты мне что-то скажешь. Когда ты вошел внутрь, мне показалось странным, что я при открытом окне ничего не слышу.
Кзернак встал и пересел на кровать Льюиса. Уэлш с удовольствием расположил свои ноги на освободившемся месте.
— Д. А. продолжает визжать? — спросил Льюис у шерифа.
— Нет, — ответил Кзернак, — он умудрился попасть под ливень и теперь валяется дома простуженный. Так что я остался шерифом округа. — Он слегка качнул кровать. — Как ты себя чувствуешь, мальчик?
— Боюсь, что буду жить.
— Ты идешь на поправку, — отметил Уэлш. — Мы приспособили облегченный микрофон для девочки на календаре. Она жаждет с тобой встретиться. Выглядит все так же завлекательно.
— Передайте ей, чтобы немного потерпела, — парировал Льюис. Он глянул на шерифа. — Что вы нашли?
— Пока ничего, — ответил Кзернак. — Помнишь стену за баллонами, которая была оштукатурена? Мы сняли штукатурку и обнаружили под нею провода.
— Какие провода?
— Ювелир старик Келлер сказал, что это серебро. Они там сильно переплетены.
— К чему они крепятся?
— Ничего мы не нашли, — буркнул Кзернак. — Верно? — обратился он к Уэлшу.
— Ничего, кроме проводов, — подтвердил тот.
— Что вы собираетесь с ними делать? — поинтересовался Льюис.
— Ничего, — ответил Кзернак. — Мы только хотим узнать, для чего они предназначены.
— Что-нибудь под полом?
Лицо Кзернака побагровело.
— Мы наверняка вляпаемся, — он прищурил глаза и склонился над Льюисом. — Как ты думаешь, что мы там нашли?
— Я только знаю, что там исчезали баллоны. И что там было?
Кзернак привстал.
— Весь участок под полом — это конвейер, который тянется прямо к месту бальзамирования. Там все в кафеле, и только в одном месте — люк и лестница. Каково! И это только небольшой эпизод из фильма ужасов.
— Что там было внизу?
— Сложный механизм.
— Какой?
— Я не знаю, — Кзернак наклонил голову и посмотрел на Уэлша.
— Глупейшая куча деталей, которую я когда-либо видел, — сказал тот, пожимая плечами.
— Док Белармейн заглядывал туда после ночного дежурства. Он должен тебя сегодня навестить, — вставил Кзернак.
— Он видел все это уже после вскрытия тела? — переспросил Льюис.
— Этот вопрос не ко мне, — отрезал шериф.
— Ему устроили вскрытие, чтобы он осмотрел морг, — вмешался Уэлш. — Док не рассказывал, как это было.
— Что вы выяснили о персонале морга? Что они говорят про эту тайную комнату?
— Они утверждают, что не знали про нее ничего. По крайней мере, они ее не обслуживали. Этим занимался исключительно Тул вместе со своей женой.
— Тул?
— Второй партнер. Его жена тоже лицензированный похоронщик. Я не видел их с той ночи, как в тебя стреляли. Персонал утверждает, что во всем виноват Джонсон. Тул с женой только запирали двери и держали язык за зубами.
— Для чего предназначен этот механизм?
— Большая его часть — это конвейер. Остальное как бы подводит пучок труб к бальзамировочному столу. Это был большой… — Кзернака остановил скрип двери.
Док Белармейн вкатился в комнату с циничной улыбкой на лице. Его глаза осмотрели присутствующих, и дверь словно захлопнуло сквозняком.
— Я вижу, что пациент практически здоров, а так надеялся, что и для меня найдется работенка.
— Он еще нас всех переживет, — вступился Кзернак.
— Весьма вероятно, — согласился доктор. Он посмотрел на Льюиса. — Ты готов к небольшому разговору?
— Минуточку, док, — взмолился Льюис. — Джон, у меня к тебе просьба. Отвези один из баллонов в мастерскую и разрежь там его автогеном. Я хочу знать, как он устроен внутри.
— Нечего искать работу для других, — огрызнулся Кзернак. — Я не уйду, пока не получу хоть какого-нибудь объяснения.
— Но я и сам ничего не знаю, — признался Льюис. — Все кусочки нужно сложить в целое. Я прикован к постели, но когда освобожусь, обязательно займусь этим. У меня десять тысяч вопросов и ни одного ответа.
— Успокойся, — сказал Белармейн.
— Все это странно — я про выстрел. Совершенно лишено смысла. Этот парень попытался прикончить тебя, а потом убить себя. И все это только потому, что ты хотел заглянуть внутрь баллона. Но там, к сожалению, только бальзамирующая жидкость. Не буду я их резать!
— Вскройте этот баллон специально для меня, — попросил Льюис.
— Ладно, — Кзернак с Уэлшем встали.
— Этот Шерлок хочет нас использовать как мальчиков на побегушках. Давай возьмем…
— Джон, прости, — крикнул Льюис. — Просто я не могу…
— Я знаю, что сейчас ты этого не можешь сделать, — сказал Кзернак. — Ты прекрасный человек, Уэлби. Я надеюсь, что доделывать мы будем все-таки вместе. Я отступился, как только увидел этот механизм.
