иначе первая же встреча с каким-нибудь постовым милиционером или даже бдительным дружинником-бригадмильцем грозила обернуться вполне реальным сроком, а из-за решетки дела как-то несподручно решать.
Еще в буфете на Финляндском вокзале Андрей купил пару бутылок пива по два девяносто шесть, взял бы и с полдюжины, да больше двух в одни руки не давали, так что уж две – так две. Завтра капитан-комнадор решил отдохнуть, ну а послезавтра, отдав соседке ключ, рвануть в Тихвин и дальше – к вепсским колдуньям!
Может быть, удастся и не устраиваться на работу, сказать любопытным, что, мол, отпускник… Однако – опасно! Шестьдесят второй год – не двухтысячные, народ кругом бдительный, особенно – в деревнях, где чужак – особенно, городской чужак - издалека виден.
Над всем таким прочим и размышлял Громов, неспешно прогуливаясь по золотистому осеннему лесу. Ночью шел дождь, а вот с утра уже погодка разыгралась: повисло в прохладно-голубом, с белыми кучевыми облаками, солнышко, приятно было пройтись!
Андрей и увлекся, расслабился – сделав большой, километра в три, круг, вернулся к дому с другой стороны, там, где в заборе имелась лазейка – как раз за кустами крыжовника. Туда-то молодой человек и нырнул… да там же, в саду, и замер, бросив взгляд на дом. Внутри явно кто-то был – мелькнула в окне чья-то фигура. Хозяйка внезапно вернулась? Очень может быть – мало ли, что-то там не срослось. Впрочем, может, и не хозяйка – раз уж появились те люди, коим Громов успел сильно насолить… если, правда, они еще живы. Да хотя б те же «жучки» - вполне могли проследить за «богатым барыгой» да обнести «хату»!
Капитан-командор покачал головой - зря, зря он вчера был так беспечен, даже не проверил слежку. Вполне возможно, круглолицый просто пошел следом за ним от самого садика. Вполне!
Собственно, если б не оставшиеся на даче документы, Андрей туда бы и не пошел – взял бы да уехал уже сегодня. А что? Собраться-то – только подпоясаться! Но тут… если кто-то забрался в дом с явно враждебными намерениями – так надо бы быть готовым к схватке, но, еще лучше – этой схватку избежать!
Избежать, да… А как? Интересно, сколько их там, внутри? Хотя – зачем считать? Лучше выманить!
Ага! Молодой человек присмотрелся, увидев чуть приоткрытое окно. Поня-атно! Стеклышко осторожно выставили, открыли шпингалет, забрались. Не-ет, это явно не Анна Егоровна!
Хорошо – документы на столе не оставил, припрятал – и не под подушку, не в матрас, куда как подальше – под половицу, за плинтусом, сразу и не найдешь. Опыт!
Выбравшись обратно к лесу, Громов заглянул через заборчик – замок-то на двери висел… Точно – забрались! Сидят теперь, гады, ждут – засаду устроили.
И выход один – на живца! Как они – или, тот, кто следил – Андрея в толпе узнавали? На том же вокзале, в пригородном поезде? Пор одежке, вестимо – кепочка и синий, довольно-таки приметный, демисезонный плащик, купленный Громовым третьего дня – в пиджачке-то было холодновато, не май месяц.
Итак – плащ! И – кепочка. Новая, светло-серая, в мелкий темный рубчик. Теперь надо бы что-то придумать, кого-то найти… там, у платформы, мужички обычно ошивались пьющие… Хотя… А что, милиция-то у нас нынче службу не бдит, временную прописку не спрашивает?
Где опорный пункт, Андрей знал. Анна Егоровна показала как-то – между старой столовой и почтой, правда, участковый здесь был – на несколько поселков к ряду, так что – на месте ли?
Слава Богу, на месте!
Свернув к почте, капитан-командор еще издали заметил темно-синий сорок девятый «Иж» с коляской и надписью – «Милиция». Значит, здесь участковый, на опорнике… Вот и зайти.
На невысоком крыльце Андрей очистил туфли от грязи об специально положенную металлическую решетку и, вежливо постучавшись, вошел, увидев сидевшего за узким столом молодого безусого парня в синем приталенном кителе с серебристыми погонами младшего лейтенанта.
- Здравствуйте, товарищ уполномоченный. Не отвлекаю?
- Да не особо, - участковый поднял глаза. – Вы что-то хотели, товарищ?
- Не знаю даже – и к вам ли… - замялся Громов. - Со счетчиком у меня какая-то ерунда. Барахлит что-то.
- Ну, это вам в энергоремонт надо, - потянувшись, резонно заметил милиционер.
- Так ведь, дело в том, что не мой счетчик-то. Я тут, видите ли, комнату снимаю. В отпуске, вот, решил отдохнуть.
- А-а-а! У Анны Егоровны?!
- У нее.
Участковый спокойно кивнул, доставая из ящика стола портсигар:
- Она говорила. И вообще, очень хорошо о вас отзывалась.
- Весьма польщен!
- Курите?
- Нет, спасибо. Бросил. – Андрей дождался, когда участковый закурил, и продолжил. – знаете, вот еще что меня смутило-то – вчера вечером какая-то проволока с проводов свисала. А утром глянул – нету. Может, электричество ворует кто? Или мальчишки балуются?
Младший лейтенант задумчиво выпустил дым в потолок. Хотел, видно, кольцами, да не получилось, что, впрочем, милиционера отнюдь не смутило:
- Воровать-то вроде бы не должный – не тот контингент. А вот пацаны баловаться могут! Ну, что – съездим, глянем? Как вас…
- Громов Андрей Андреевич. Можно просто Андрей.
- Служите где?
- Старший научный сотрудник. Диссертацию пишу по истории, - усаживаясь в коляску, торопливо сообщил капитан-командор.
- По вас сразу видно, что человек интеллигентный. Да и Анна Егоровна говорила.
Уважительно кивнув, младший лейтенант запустил двигатель, и мотоцикл, громко рыча и покачиваясь на ухабах, ходко покатил по проселку.
Гопники дали стрекача сразу же, как только милицейский мотоцикл остановился у дома. Как прикидывал Громов – выпрыгнули в окно и укрылись в саду, за кустами, а то и сиганули за забор, связываться с милицией опасались, видать, мало их было, либо рассчитывали просто выждать и прихватить Андрея вечером или ночью, как говорится – «без шума и пыли».
- Ну, где тут ваш счетчик?
- Да вон…
- Все в порядке, вроде… Идемте. На провода глянем.
Участковый, а следом за ним - и уже успевший прихватить документы Громов, вышли на крыльцо.
- Вот этот провод. А от него проволока во-он через ту рябину шла, видите?
- Да вижу, - младший лейтенант присмотревшись, кивнул и прищурился. – Примерно догадываюсь, кто бы мог бы. Но вам все равно в энергосбыт надо. Хоть и хозяйки нет, но все же пусть глянут. Адрес-то знаете? Это не здесь – в Зеленогорске.
- А вы сейчас не туда? – с надеждой
