они выпали, потратить на что-нибудь более продуктивное.
Например, собрать себе настоящий генный конструктор, позволяющий производить любые операции с ДНК — секвенировать геном, вставлять и удалять гены, сшивать и расчленять хромосомы, создавать вирусы и векторы. Пользы от этого пока что немного, но вот вред, если бы захотел, он мог бы уже сейчас причинить огромный. Создать аналог генофага для любой расы, в том числе и ещё неизвестных? Вирус, разрушающий высшие нервные структуры и превращающий свои жертвы в полуживотных? Для всех сразу, или избирательно, по расам? Сколько угодно. Ломать — не строить.
Через неделю после угона «Синий дельфин» (именно так называлась угнанная яхта) представлял собой самое страшное оружие во всём пространстве Цитадели. Но только вместе с мозгами своего пилота — хранить пробирки с вирусами он нигде не собирался.
Заодно он наконец вывел культуру водорослей, восстанавливающих кислород, и получил практически неограниченную автономность по дыханию. Подумав, Мордин разделил их на две породы — короткоживущие, но с более быстрым метаболизмом (для личного скафандра, десяти поколений хватало на пять дней), и долгоживущие, но с более медленным метаболизмом (для корабля, популяция в большом баке была полностью стабильной и могла производить воздух для одного скоробиотика практически вечно — пока хватало света).
Вывел он и культуру микроскопических грибов, перерабатывающих почти любую органику в съедобную для саларианца биомассу. Саларианцы были чистыми хищниками (точнее, насекомоядными), и растительная пища для их коротких кишечников не годилась совсем, а крупные куски мяса им было нечем разжевать.
Поскольку экспериментальные культуры в пробирках делились достаточно медленно (с его точки зрения, по крайней мере), Мордин успевал одновременно вести пять-шесть экспериментов, отслеживая две сотни генетических линий — просто переходя от одного стенда к другому.
На крайнем справа стенде зрела ярко-жёлтая культура. Бактерии, производящие вещество, подобное пластику. В идеале ещё через несколько недель это должно дать ему скафандр, который будет самостоятельно затягивать повреждения и блокировать кровотечение носителя. Но эволюция столь сложных генетических программ шла очень медленно, даже с подсказками Мордина.
Теперь следовало решить проблему топлива. Само собой, оборудования для добычи гелия-3 и дейтерия на корабле не было. В тех районах, где предполагалось его использовать, всегда можно купить топлива по сходной цене.
Пришлось ещё немножко попиратствовать. В атмосфере газового гиганта Шаммар работают десятки дирижаблей, сепараторные установки которых постоянно извлекают до пятидесяти граммов гелия-3 в секунду. Что важно — совершенно автоматических. Причём грозы на планете такие, что связь с ними регулярно пропадает. А учитывая силу местных штормов, пропаже парочки аппаратов никто не удивится.
Охранять их никому пока не приходит в голову. Специализированный корабль, способный плавать в атмосфере водородных гигантов, обойдётся предполагаемым похитителям в сто раз дороже, чем он сможет «наловить». А о том, что добрая половина кораблей азари может изображать из себя подводные лодки при необходимости — саларианцы этого времени пока не догадываются. Да и вообще, у азари этого века — возвышенный и романтичный имидж. Мало кто может представить себе прекрасную синекожую деву, промышляющую мелким воровством промышленного оборудования…
Конечно, остаётся ещё вопрос подхода к Шаммару. На орбите находится один патрульный фрегат и одна ракетная платформа. Весьма солидный флот, по нынешним меркам. Никакого вреда они причинить не смогут, если только Мордин не будет достаточно глуп, чтобы самому сунуться в радиус их действия. Слишком велика разница в скорости. А вот курс — запомнят. И с пропажей дирижабля его наверняка свяжут.
Он мог бы выдать себя за сбившуюся с курса прогулочную яхту, и совершенно законно попросить заправки. Вот только здесь «морзянкой» не отделаешься. Потребуют видеосвязи. А саларианец, пилотирующий корабль азари — слишком невероятное зрелище.
С другой стороны, на «Синем дельфине» не написано, что его сделали на Тессии. Вернее, написано, но не таким крупным шрифтом, чтобы его можно было прочитать за несколько астрономических единиц. Для пассивных инфракрасных сенсоров фрегата и многочисленных спутников наблюдения он представлял собой всего лишь «подвижный источник тепла определённой мощности». И если не выходить на связь и не развивать более высоких ускорений, чем доступны саларианским кораблям в этом веке — он таким и останется.
Можно ли не попасть фрегату на мушку, не дать себя рассмотреть в телескопы, и при этом не гонять по системе подозрительно быстро? Легко. За пять минут после выхода из Ретранслятора Мордин рассчитал добрый десяток таких курсов.
С точки зрения экипажей фрегата и добывающего комбайна, их систему посетили банальные «джентльмены удачи» из враждебного клана. Пиратство в Саларианском Союзе в эти дни не так распространено, как в Батарианской Гегемонии времён Мордина… но встречалось, встречалось, что греха таить. К счастью, грабить ничего не стали — то ли побоялись связываться с боевым кораблём, то ли имели планы на добычу побогаче. Так что они просто заправились и полетели дальше. Параллельно были потеряны два дирижабля, но нет чётких доказательств, что пираты к этому причастны. Возможно, собирателей просто занесло в грозу. Рапорт отправлен. Ассоциаций с рейсовиком азари, который две недели назад ушёл на Тессию — никаких.
То, что ему было нужно, Мордин мог бы найти на Илосе или на Эдене Прайм. Увы, проход к Илосу возможен только через Ретранслятор Мю, а его координаты знали только рахни — это была одна из немногих вещей, которые не изменились за две тысячи лет. Когда Шепард проходила этот Ретранслятор, Мордина с ней не было, он присоединился намного позже. А чтобы допрашивать королев рахни… он, увы, далеко не СПЕКТР.
Значит, Эден Прайм? Скопление Исхода сейчас практически необитаемо — люди там появятся ещё очень нескоро. Туда есть прямое реле из Бассейна Аннос. Оно сейчас неактивно, но запрет на активацию первичных Ретрансляторов будет введён Советом ещё очень нескоро.
И даже оборудование для активации он мог кое-где спереть.
Проблема совсем в другом. Система в Исходе, где находился первичный Ретранслятор в Аннос — только его и содержала. То есть, чтобы войти во внутреннюю сеть вторичных Ретрансляторов — нужно пролететь немало световых лет на собственном сверхсвете.
Теоретически, «Синий дельфин», после модернизации системы жизнеобеспечения, которую произвёл Мордин, был способен на такой бросок — но потери времени становились ну совершенно неприемлемыми. На полной псевдоскорости — год-два полёта, а ведь нужно ещё чем-то тормозить. А анабиоза у него ещё нет…
Были два обходных пути — через туманности Змеи и Лошадиной Головы. С переходом из Змеи — та же проблема (не считая того, что прорваться в окрестности Цитадели — само по себе задачка высшего уровня сложности). А
