все в порядке, — пояснила я, и папа шумно выдохнул. — Серьезно, пап? Ты думаешь, я бы вот так тебе об этом сказала?
— Что за новости, милая? — спросила мама, расставляя тарелки.
— Сегодня я получила письмо, — сказала я. — Это что-то вроде конкурса. По фотографии. Можно выиграть стипендию.
Мамины глаза засветились.
— Ты собираешься подать заявку?
— Нет. То есть да. Я уже подала… И прошла в полуфинал.
Наступила тишина. Расшифровать выражения лиц родителей мне не удавалось. Мама казалась задумчивой. Папа сидел с отсутствующим видом.
Вот такие новости, — подытожила я, выдвинула высокий табурет и потянулась за жареным вонтоном.
Я уже была готова выдать родителям медали за недюжинное самообладание, но тут они все-таки его потеряли. Мама принялась обнимать меня со словами: «Я так тобой горжусь! Так тобой горжусь!» — а папа похлопал меня по руке, как старого школьного приятеля.
— Ну, все, хватит уже, — пробормотала я, высвобождаясь из маминых объятий. — Это не такое уж и достижение. Там двенадцать полуфиналистов.
— Но, Алексис, это же чудесно! — воскликнула мама. — Это достижение, да еще и какое! Вот Кейси обрадуется, когда узнает!
Я обвела комнату взглядом.
— Кстати, во сколько она возвращается?
— Она останется ночевать у Лидии, — сказала мама. — Вчера ей пришлось пропустить вечеринку, так что я подумала: пусть сегодня повеселится. Кстати, мне нужно завезти ей кое-какую одежду.
— Давай я завезу, — предложила я.
— Серьезно? — переспросила мама.
— Ага, — я выдавила улыбку. Мне выпал шанс узнать, что за «собрания» проводили Кейси и ее друзья. Упустить его я не могла. — Как раз расскажу ей про конкурс.
У Крофорда направо, у Моррисона налево, у Баркера направо.
Это была старая часть города. Маленькие домики стояли тесно друг к другу, как яйца в лотке. Во всем районе я не заметила ни одного современного жилого комплекса.
Дом Лидии когда-то, видимо, был довольно милым, но дни его славы давным-давно минули. Наружная обшивка облезала, словно кожа с обгоревшего на солнце плеча. За ней виднелись многочисленные слои старой краски. Окно второго этажа было затянуто фольгой. На подъездной дорожке стояла красная спортивная машина отца Лидии, его любимица. Но на дверце со стороны водителя красовалась вмятина, а бампер, похоже, держался на честном слове.
Я достала с заднего сиденья пакет с пижамой Кейси и тросточку Адриенны. А потом пошла по тротуару, заросшему сорняками и усеянному муравейниками. Дверной звонок не работал, поэтому я постучалась.
Через несколько секунд дверь открыла Адриенна.
— Ой, привет! — поздоровалась она. — Заходи!
— Вот, держи, — я протянула ей тросточку. Она взяла ее и поскакала по дому, словно двухлетний ребенок, совершенно на нее не опираясь.
Мы зашли на кухню, и вся проходившая там кипучая деятельность мигом остановилась. Девочки сидели за маленьким столом, заставленным разнообразными материалами для творчества. Каждая из четверых работала над своим плакатом. Слева от меня лежала стопка желтых листовок.
Я взяла одну из них, не обращая внимания на протесты Кейси.
ХОТИТЕ ОТКРЫТЬ В СЕБЕ ШАРМ И ВНУТРЕННЮЮ КРАСОТУ?
ВСТУПАЙТЕ В СОЛНЕЧНЫЙ КЛУБ!
Рядом с текстом красовалось большое мультяшное солнце. Оно широко улыбалось и смотрело на зрителя кокетливым взглядом из-под длинных ресниц. Под ним был напечатан телефонный номер (слава богу, не наш) и адрес электронной почты: info@jointhesunshineclub.com
— Что это такое? — спросила я.
— Солнечный клуб, — начала Адриенна с такой готовностью, как будто проговаривала этот текст миллион раз, — это сообщество для молодых женщин, где они могут заняться самосовершенствованием…
— Почему только для молодых женщин? — поинтересовалась я, не обращая внимания на предостерегающие взгляды сестры.
— Потому что он только для девочек! — прочирикала Адриенна, как будто такого ответа было достаточно. — Для молодых женщин, которые хотят пробудить свою внутреннюю красоту, а также улучшить внешность. Алексис, обязательно вступай к нам! Будет так весело!
— Спасибо большое, — проговорила я. — Но у меня в этом году плотное расписание.
— Мы будем делать столько классных штук! — продолжила она. — Проводить совместные обсуждения. И создавать новые имиджи.
Я чуть язык себе не прокусила, пытаясь удержаться от ядовитого ответа. Если Адриенна собиралась взять свой имидж за образец, она сильно заблуждалась на его счет.
Но тут я заметила, что она сменила свою нелепую одежду на джинсы и симпатичную рубашку. Ничего невероятного, но по сравнению с тем, что она обычно носила, прогресс был налицо.
Я, конечно, не эксперт в области моды и стиля. Некоторые люди, Меган, например, могут заглянуть в заваленный одеждой шкаф и подобрать идеальный наряд, не прикладывая никаких усилий. Даже Кейси это хорошо удается. Она вернулась из больницы всего неделю назад, а уже стала самой стильной из двух сестер.
Меня восхитило то, с каким энтузиазмом Адриенна собралась помогать людям преображаться. Но, как и я, чувством стиля она не отличалась. Ее брюки всегда были либо чересчур длинными, либо немножко короткими. Ее рубашки оказывались или слишком свободными, или слегка тесноватыми. Вот и я так же. Все мои попытки красиво одеться каждый раз приводили к тому, что я начинала чувствовать себя собачкой, на которую хозяйка-знаменитость напялила модный костюмчик.
Пока Адриенна перечисляла все невероятные знания и навыки, которые можно будет получить в Солнечном клубе, я взглянула на остальных. Кейси недовольно смотрела на меня, в то время как Таши наклеивала блестки на свой плакат. А Лидия… Скажем так: оптимистичные рассказы о самосовершенствовании были определенно не по ее части. Я ожидала, что она начнет закатывать глаза или хихикать. Так что когда я увидела, что она вежливо слушает Адриенну, я была приятно удивлена (ключевое слово — удивлена).
Когда Адриенна закончила свою речь, все взгляды устремились на меня.
— Эээ… здорово, — проговорила я.
— Мы будем развешивать листовки на территории школы в понедельник, — пояснила Адриенна. — А Таши ходит в школу «Олл Сэйнтс», так что она сможет отнести наши листовки и туда. Новые участницы клуба, мы идем за вами!
Старшая школа Сюррея не была заведением для трудных подростков. Никаких металлоискателей, ничего в таком духе. Но я сомневалась, что хоть кто-то из учеников спал и видел, как бы занять свои дни каким-нибудь полезным делом. Мне было грустно думать, как девочки разочаруются, когда никто не запишется.
— Удачи вам, — сказала я. — Идея звучит очень интересно. — «А также совершенно безнадежно», — эти слова я не озвучила.
Но вы можете представить, как громко они прозвучали у меня в голове.
В следующую пятницу мы праздновали окончание домашнего ареста Меган. Большую вечеринку, которая планировалась неделю назад, устраивать не стали. Собрались в узком кругу: Меган, мы с Картером, Пеппер Лэрд и еще несколько девочек из группы поддержки. Все мы
