выдал его тайны. Именно поэтому я и сбежал тайком, ночью, когда он спал.
От услышанного в Жакане образовался какой-то невообразимый водоворот чувств. Хотелось кричать от бессильной злобы, но при этом шок от услышанного полностью парализовал тело наёмника. Хотелось стиснуть зубы, чтобы хоть как-то заглушить обиду и боль отчаяния, ведь мысль о том, что найти этого проклятого алхимика, способного с лёгкостью менять лица, не выйдет и за сто лет, выжигала любые попытки строить планы. Но при этом где-то в сердце, в самых его глубинах, в самых тёмных уголках, неожиданно зародился какой-то странный огонёк… надежды.
— Акума, или как там его, говорил, что ты украл у него какие-то записи, — приведя немного чувства в порядок, заговорил Пентр. — Он нанял меня найти тебя и вернуть эти записи. Собственно говоря, расплатился со мной он этой чёртовой маской, — наёмник дважды ударил себя по щеке и страшно оскалился. — Что это были за записи?
— Я не знаю, о чём ты, — ровным голосом ответил Юзлесс, но в последний момент отвёл глаза, чем заставил наёмника ухмыльнуться.
— Это хер лысый выдумал всё, включая историю с лавкой в Крейнине, но при этом почему-то не соврал о тебе. Ты сам сказал, что был его учеником, но недолго. Ты правда сбежал от него и правда у него что-то украл, но это явно не какие-то сраные алхимические формулы. Ты скрываешься, слоняешься тут и там, прячешь лицо и боишься, что тебя найдут. Я могу даже предположить, что эти проклятые маски служат не для оплаты, а для гарантии того, что тебя будут искать. Найти тебя, забрать украденное и выпытать, как найти твоего бывшего хозяина. Думаю, лысый хрен строил именно такой план, а если я прав, то могу предположить, что таких, как я, с украденными лицами, ходит по миру достаточно, чтобы не дать тебе спокойно жить. Кто первый найдёт тебя, тот получит призрачный шанс вернуть своё лицо на место.
— Ты и вправду думаешь, что после того, что он сделал с тобой, он вернёт тебе лицо? — с лёгкой усмешкой спросил Квирт.
— О нет, я так не думаю, — зло оскалившись, протянул наёмник. — Я думаю, что он убьёт меня, едва я притащу ему записи и тебя. А может и того хуже — оставит меня с этой рожей до конца моих дней. Но учитывая историю этого лица, жить мне не особо долго.
Юзлесс ничего не сказал, не стал спорить или выдвигать свои теории, вместо этого он опустил голову и уставился в огонь. Минуты тянулись долго, маг-недоучка молчал, наёмник его не торопил. По лицу юноши было видно, что он что-то крепко обдумывает, и торопить его никак нельзя. Наконец спустя немалое количество минут, продлившиеся как часы, Юзлесс потянулся к своей сумке и достал из неё… чёрную книгу.
— Это же… — в шоке прошептал Жакан.
— Одна из двух книг, куда он записывает имена своих жертв, — подтвердил догадку наёмника маг. — Одну он всегда хранит у себя в сундуке, другую носит с собой. У меня было время изучить эту книгу, и я пришёл к выводу, что она, скорее всего, проклята. Я не знаю, прокляты ли маски, которые он раздаёт, или это просто сопутствующий атрибут, но книга точно пропитана сильным проклятием.
— В каком это смысле? — сдвинув брови к носу, спросил Пентр.
— Я не знаю точно, что это за проклятие, моих знаний и навыков не хватает, чтобы понять суть этой книги. Так же я не уверен на все сто, проклята она или заговорена, эти две специализации похожи, несмотря на полную противоположность в их глубинной сути. Неопытные люди их часто путают. Единственное, в чём я точно уверен — что именно благодаря ей Акума ворует лица, — Юзлесс обошёл костёр и, присев на камень возле Жакана, раскрыл зловещую рукопись. — Видишь, всё в ней написано красными чернилами, которые, несомненно, являются кровью. Акума сам пишет все строки, кроме росписи своей жертвы. Видишь: “Лансвел Бронт, одна маска предоплата, две после получения товара”. “Лайла Крюн, одна маска предоплата, две после выполнения заказа”. Использование крови говорит о проклятой силе. Ведь кровь является отличным проводником, но при этом она может выступать в качестве усилителя уже заложенного заклятия, или даже активатора.
Жакан быстро пробежался по нескольким страницам глазами и понял, что маг-недоучка прав. Везде одно и то же: одна маска сейчас, все остальные потом, но как выяснил сам Пентр, потом может и не наступить.
— Одна маска в одни руки, — задумчиво проговорил наёмник.
— Скорее всего, чтобы магия сработала, у жертвы должна быть лишь одна маска. Возможно, при большем количестве заклятие не сработает или произойдёте что-то неописуемое — смешение лиц, двуликость и прочее.
— Но как это работает? — спросил Жакан, продолжая скользить по страницам глазами. — Я не надевал маску. Я просто принял её из рук этого ублюдка, отнёс к себе в комнату и положил в сумку, а наутро обнаружил её на себе.
— Не знаю, — покачал головой Юзлесс, закрывая книгу. — Это какая-то древняя магия, возможно, это смешение нескольких стилей, а может, вообще что-то третье. Моих знаний и умений не хватает, чтобы понять всю суть. Единственное, что я могу предположить — данная книга работает только с масками, которые есть у Акумы. С любой другой, скорее всего, ничего не выйдет.
— Ясно, — медленно кивнул наёмник, на лице которого залегла тень задумчивости. — Теперь у меня есть хоть какое-то представление о том, что со мной случилось, кто это со мной сделал, и куда стоит копать.
— И куда же? — теперь уже удивился Квирт.
— Если эта книженция магического толка, а твоих знаний не хватает, значит, стоит поискать более головастого мага.
— Боюсь, ничего не выйдет, — покачав головой, ответил маг. — Это книга древняя и тёмная, я пытался спрашивать у своих учителей из коллегии, но те, ничего толком не сказав, выкинули меня за ворота и приказали никогда более не пускать меня на порог с этой проклятой вещью. Ни один толковый маг не согласиться помочь нам.
— Ни один чистый маг, — когда на лице юноши появилось недоумение, наёмник хитро оскалился. — Я наёмник, пусть я и не якшаюсь с совсем тёмными личностями нашего мира, но пара знакомых на серой стороне закона у меня всё же есть. Включая крайне толкового алхимика и мага, которые, возможно, смогут нам помочь.
— Нам? — в удивлении протянул Юзлесс.
— Прости, парень, но тебе придётся какое-то время походить со мной. Ты больше моего знаешь этого Акуму, и в магии смыслишь лучше в сто раз. К тому
