лагеря, — мигом скис дварф. — Преследовать не стали. Не могли найти вас. Да и нашего отряда будет явно недостаточно для прямого столкновения с силами Гамбурга и Спарты.
— И правильно сделали, — вздохнул Шомпол. — Пока Грибница на стороне неприятеля, мы ограничены в своих маневрах.
— Что прикажете теперь, господин Шомпол? — осведомился подчинённый.
— Возвращаемся к своим, — приказал Шомпол. — Здесь мы уже ничего не добьёмся. Только больше своих парней потеряем. Заводите наши каменюки и сваливаем отсюда.
— Так точно!
* * *
Дварф тяжёлыми шагами мерял коридор. Его всё не отпускал вопрос. Почему? Почему его не тронули?
Очевидно, Король Шурик или же Анфиса заготовили на него капкан. Но если он в него попался, то почему его не пристрелили? Не добили?
Разве не для этого и готовят западню? Чтобы облегчить себе охоту на дичь?
Из мыслей его вырвал голос молодой девушки, личной помощницы Ришелье.
— Господин Шомпол, господин Арбитр ждёт вас.
Секретутка — так её называла Анфиса, когда двери за ними закрывались.
— Момент, — ответил девушке дварф, вновь заливая в себя порцию первача. Жидкий огонь, растёкшийся по пищеводу, слегка успокоил его нервы.
Но только слегка.
В кабинете его уже встречал Ришелье. Взволнованный, на взводе. Его внешний вид утратил привычный лоск. Волосы спутаны, лицо бледное, мешки под глазами.
Таким его Шомпол не видел… да никогда!
Похоже, не только у него в голове роился целый ворох вопросов.
— Антанта на грани раскола, Шомпол, — без обиняков начал Арбитр, расхаживая из стороны в сторону. — Шурик обвёл нас вокруг пальца. Воспользовался разладом в наших рядах! Подгадал удачный момент и нанёс удар! Прямо в наше слабое звено! Гамбург! Чёртова Анфиса! Я знал, что ей нельзя доверять!
— Поздно пить первач, когда днище у бочки прорвало, — прокомментировал его слова Шомпол.
— Я знаю, что поздно! — рявкнул Ришелье. — Но мы не может оставить это предательство без ответа! Мы должны наказать Анфису! Покарать её и Шурика за их наглость! Нам нужно нанести удар по Спарте! Столь мощный, что наш враг будет вынужден взять передышку! Нам нужно время! Время, чтобы подготовиться, всё обдумать…
Шомпол слушал, но не слышал Арбитра. Его взгляд был сосредоточен на разноцветном витраже и тех бликах, что он отбрасывал.
— Шомпол, ты слышишь меня? Шомпол!
— Да-да, я всё ещё здесь, — махнул рукой дварф. — Я понял твою мысль. Можешь не утюжить её по десять-двадцать раз.
Не поворачиваясь даже в сторону Шомпола, Арбитр продолжил:
— Мы нанесём удар по Спарте. Ты и твои воины возьмут штурмом лагерь Шурика! — воскликнул Ришелье.
И в этот момент случилось нечто странное.
Шомпол как никогда ярко ощутил, как что-то попыталось коснуться его сознания. Но ключевое здесь слово — попыталось.
Нечто на груди груди дварфа отозвалось лёгкой дрожью. Шомпол, не понимая, что происходит, шустро расстегнул пуговицы на своей рубашки и вытащил из-под воротника перевязь амулетов.
Как и людям, дварфам не были чужды эти артефакты. Полезные и в быту, и на поле боя. Но что заметил Шомпол, так это то, что на знакомой ему до боли перевязи обнаружился совершенно неизвестный ему амулет.
Имя: Амулет ментальной защиты
Ранг: легендарный
Описание: И от мозгоправа спасёт, и от щупалец самого Ктулху! Главное — знать меру и не пробовать на прочность сверх меры! Сделано в Спарте с душой и любовью.
+ 50 к Воля
+ 50% к шансу избежать ментальной атаки
«Сделано в Спарте», — эти слова не хуже молота ударили по сознанию Шомпола.
Дварф не мог оторваться от амулета. И его молчание заметил Ришелье, наконец, переведя взгляд с карты на стене на своего собеседника.
Они встретились глазами. Повисло неловкое молчание.
Каждый из них понял, что сейчас произошло.
Шомпол осознал манипуляцию Ришелье, тогда как сам Арбитр ощутил, как его влияние не сработало, как должно.
— Что это у тебя в руках? Можешь показать? — нацепив добродушную улыбку, спросил Ришелье.
Быстрым шагом он двинулся в сторону дварфа, но тот столь же шустро вскочил со своего кресла.
— Шомпол, что всё это значит? Я сказал — дай мне посмотреть на этот амулет! Это ради твоей же безопасности! — уже не сдерживал себя Арбитр, повысив голос.
Особенно страшный удар пришёлся по разуму Шомпола. Но амулет выдержал и этот натиск.
— Шомпол, верни эту дрянь сейчас же! — взревел лидер Антанты. Он было бросился на дварфа, возвышаясь над ним на две головы, но Шомпол оказался не промах.
Он был матёрым воином. Куда до него какому-то задохлику-дипломату?
Один лёгкий толчок ладонью. Это всё, что понадобилось дварфу, чтобы отстранить от себя Ришелье. Мужчина не удержался на ногах и рухнул на богатый ковёр.
Шомпол взирал на Арбитра сверху вниз. В его глазах легко можно было прочесть горечь от осознания предательства, обиду, даже ярость и злобу.
Шомпол уже было раскрыл рот, чтобы что-то сказать ошарашенному Ришелье, но ни единого слова так и не было произнесено.
В гробовой тишине лидер Чамбарда покинул кабинет Арбитра.
Едва не летя по коридору, он стал куда активнее осматривать свои карманы. Вдруг он что-то пропустил?
Так и оказалось! В его нагрудном кармашке, а также набедренной сумке он обнаружил ещё два амулета ментальной защиты, но уже уникального ранга.
А ещё он нашёл набросанную на скорую руку записку.
«Самое время распахнуть глаза, Шомпол. И показать всему Серверу, как гордая раса поступает с предателями и обманщиками. Уверен, ты знаешь, что делать».
Шомполу только и оставалось, что расхохотаться во всю мощь своих лёгких.
— Король Спарты, вот же сукин сын!
* * *
Не проходит и трёх суток с момента окончания эвакуации сил Гамбурга, как я получаю неожиданную весть.
Бастион вспыхнул!
И нет, это не наша диверсия, не наше столь успешное наступление. И даже Эва не приложила к этому руку.
Это сделали сами дварфы!
Гигантская, неприступная крепость оказывается охвачена жадными языками пламени. Гарнизон из людей сталкивается в схватке с ослеплёнными яростью дварфами.
Не такого исхода я, конечно, ожидал. Совсем не такого.
Шомпол превзошёл все наши ожидания!
Когда Биба и Боба доложили мне о том, что они оглушили самого лидера Чамбарда, я было действительно подумал о том, что было бы неплохо в том шатре его и прикопать.
Такая потеря бы надолго выбила коротышек из колеи, а Антанта потеряла одного из своих лучших воинов и
